|
Страшная сила
|
|
|
|
Что есть красота и проч.
|
|
|
|
Катя Метелица
|
|
|
|
Маникюр – одна из самых опасных вещей в мире. Я поняла это неделю назад. Было так: я шла к себе домой по прекрасному, золотисто-зеленому переулку, припорошенному последним тополиным пухом, и все было хорошо, и я радовалась жизни. На плече у меня висела маленькая сумка, а в руке были ключи. Руки я старалась держать чуть-чуть на отлете, потому что старалась не смазать свежий лак с ногтей. Маникюр был особенный, сделанный по системе Джессики Вартухян, которая считается лучшим в мире специалистом по этому делу. Она приезжала в Москву с мастер-классами, и меня с ней познакомили.
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Короткие алые ногти – это декларация постфеминизма и просто красиво.
|
|
Фото Артема Чернова (НГ-фото)
|
|
|
|
|
|
Всегда интересно поговорить с человеком, который добился выдающихся успехов в какой-то технологии, что бы оно там ни было. У Джессики Вартухян большая школа в Токио и своя клиника в Голливуде, к ней ходят на маникюр и педикюр куча звезд, от четы Рейганов до Рене Зелльвегер и Алисии Сильверстоун. «Своих мастеров я учу водить пилочкой вот так – как смычком по скрипичным струнам! А своих клиентов я учу все делать вот так, – Джессика показала, как она открывает дверцы, как берет вилку со стола, – не ногтями, а подушечками пальцев! Всегда только подушечками. Вот и весь секрет. Об этом надо просто помнить!»
|
|
|
|
Я шла по переулку и раздумывала о том, что привычка касаться предметов только подушечками должна в итоге серьезно повлиять на характер. Кончики пальцев – это ведь сплошные нервные окончания, у них прямая связь с мозгом. И вообще – почему люди придают такое огромное значение тому, как выглядят их ногти? Это какая-то мистика. Голливудские газеты, которые показала мне Джессика Вартухян, выходят с шапками: «Нет жеманному французскому маникюру! Короткие ярко-алые ногти – вот оно, знамя постфеминизма!» И соответствующие фотографии Джулии Робертс, Сары Джессики Паркер и еще каких-то красавиц… В лос-анджелесских газетах они выглядят как-то совсем не так, как на обложках журнала Gala. Как-то по-домашнему. Платьица в цветочек…
|
|
|
|
Я не знаю, как это получилось, что я вдруг потеряла почву под ногами. Камешек попал под каблук? Просто какая-то неровность почвы? Эти мгновения, когда ты уже на самом деле рушишься, но еще как бы пытаешься сохранить равновесие, – они очень долгие. Думаешь: «Нет, этого не может быть. Взрослые люди не падают ни с того ни с сего на улице, летом, среди бела дня. Я сейчас как-нибудь это… выправлюсь». А потом уже понимаешь, что не выправишься, а потом впечатываешься буквально в асфальт. Очень больно. Просто как-то невозможно. И потом еще приходится вставать и ковылять со всей этой кровищей домой, и прохожие косятся и думают, что ты какая-то, наверное, припадочная. Подралась, что ли? Или кто-то побил?
|
|
|
|
А дома потом замазываешь ссадины зеленкой, чтобы внести в эту безрадостную картину хоть немного позитива, и в конце концов едешь в таком виде на день рождения к приятелю, и там все над тобой смеются и говорят: да ничего же страшного. И даже, наоборот, забавно! И даже красиво! «Даже похоже на Уму, – говорят, – Турман!» И начинают в лицах изображать сцены из кинокартины «Криминальное чтиво». А знакомая, которая работает художником по гриму, рассказывает, что ее довольно часто просят – не для съемок, а просто так – нарисовать фонарь под глазом. Или фальш-шрам на переносице, как у Данилы Багрова в «Брате-2».
|
|
|
|
– Но как же все-таки, – спрашивают, – ты ухитрилась лицом-то в асфальт въехать? Нормальные люди на руки падают…
|
|
|
|
И тут я понимаю: чертов маникюр. Я о нем не думала, конечно, но бессознательно наверняка выставила руки вперед чуть позже, чем нужно. Лак, однако, все равно сбился, и вдобавок на руках куча царапин, которые не очень-то украшают.
|
|
|
|
В кино, кстати, раны как-то быстрее заживают, чем в натуре. И как-то живописнее. Можно, конечно, утешать себя, что с блямбой под носом ты вылитая Ума Турман, но… В общем, не такая уж и вылитая. Если честно, вид просто жалкий, и вот уже неделю я стараюсь выходить из дома, только когда стемнеет. Зато есть время подумать.
|
|
|
|
Я думаю вот о чем: Уму Турман невозможно представить себе с налаченными ногтями. Вообще.
|
|
|
|
Еще я думаю вот о чем: людям кажется прекрасным все, чему есть соответствующие образы в искусстве. Шрам Данилы Багрова. Кровавая струйка из носа Миа Уоллес. Лысый череп Брюса Уиллиса, кривой нос Жерара Депардье, вогнутый профиль Анджелины Джоли, целлюлит Бриджит Джонс… На обычном человеке это может смотреться цитатой, иногда достаточно убедительной. Не случайно все мои знакомые, которые вынуждены брить череп, чтобы скрыть лысину, просто боготворят Брюса Уиллиса. А еще, я знаю, в некоторых дорогих зубных клиниках клиентам предлагают переделать челюсти так, чтобы была улыбка точь-в-точь, как у Брэда Питта или у Дженифер Анистон. На этом же принципе работает модная индустрия: в определенный момент люди искренне убеждены, что очки со стеклами в форме капель, или колготки в крупную сетку, или острые носы у туфель – это вовсе не уродливо, а очень мужественно/женственно и привлекательно. А короткие алые ногти – декларация постфеминизма. И, наконец, это просто красиво! Вот так-то.
|
|
|
|
http://www.ng.ru/style/2005-06-30/8_krasota.html 30.06.2005
|
