|
Забытая обитель. в одинцовском районе найден древний монастырь
|
|
|
|
|
|
В XV–XVI вв. Звенигородская земля отличалась насыщенностью объектами церковной архитектуры. Только в юго-восточной части Звенигородского удельного княжества в то время располагалось около 30 приходских сельских церквей и погостов. По всей видимости, некоторые из храмов могли относиться к категории приписных (в которых богослужения проводились раз-два в году), или были монастырскими «заоградными» церквями, которые возводились в отдаленных вотчинах обители «на прихождение православному христианству».
|
|
|
|
Вообще церковь и монастыри сыграли крупную роль в заселении рассматриваемой территории и содействовали возникновению здесь новых сел, деревень и починков. Приобретая земли (покупками, пожалованиями князей, дарениями частных лиц, заимкою) монастыри, как правило, получали при этом различные льготы. Крестьяне, садившиеся на пустых и не разработанных угодьях монастыря, освобождались от юрисдикции местной власти, от повинностей на 3–10 и более лет, от обязательства давать подводы и кормы проезжающим чиновникам. Такие привилегии привлекали на монастырские земли многих крестьян.
|
|
|
|
Приподнять завесу над ранним периодом церковного строительства и формирования сельских приходов на Звенигородской земле нам позволяют интереснейшие материалы, полученные в процессе археологических изысканий, которые проводят сотрудники Государственного историко-литературного музея-заповедника А.С. Пушкина в с. Большие Вязёмы.
|
|
|
|
Одно из перспективных направлений археологических исследований музея – поиск и изучение забытых древних погостов. Работа включает в себя выявление в письменных источниках упоминаний о когда либо существовавших церквях и монастырях, разорённых и прекративших своё существование в годы Смуты, когда Звенигород и его окрестности надолго становятся ареной вооруженных действий. Так, в 1606 г. этот район попадает в зону восстания Болотникова. Позже здесь стояли отряды Лжедмитрия 1 и Лжедмитрия 2. В 1617 г. Звенигородский уезд подвергся сплошному разорению войсками королевича Владислава и практически обезлюдел. Большое количество храмов в это время было разграблено, сожжено и уже никогда не возродилось.
|
|
|
|
Долгая скрупулёзная работа над архивными документами и картами XVII–XIX вв. недавно была вознаграждена уникальной находкой. Так, в глухом непролазном лесу у деревни Чигасово удалось обнаружить один из древнейших монастырей Подмосковья, который был основан в эпоху, озаренную светом учения преподобного Сергия Радонежского и славной Куликовской победы. Найти остатки обители помогло описание небольшой лесной поляны в урочище «Веденьё», которое сделал в 1879 году священник Георгий Иванович Фивейский:
|
|
|
|
«…в местности, называемой пустошью Введеньём, находится в лесу поляна, на которой и была первая Введенская церковь, давшая название и самой пустоши. При входе на поляну прежде всего представляется небольшой холм, на котором в память бывшей церкви изстари стоит и поддерживается крестьянами деревянный крест с иконой Введения во храм; вокруг холма земля представляется неровною, на ней много плоских ям, происшедших от осадка земли, – это было кладбище, которое, как извечно, по древнему обыкновению всегда находилось около церкви. Кладбище представляется подобием круга в 20 сажень в длину и столько же в ширину. На восточной стороне холма, на глубине 3 вершков находятся в земле надгробные белые плиты из белого камня с чеканкою на них по краям и по углам, но, к сожалению, подпись на них стёрлась, на одном из них остались в разных местах 2 буквы ничего не объясняющие.
|
|
|
|
На северной, южной и восточной стороне кладбища, в некотором расстоянии от него, видны неглубокие ямы, свидетельствующие о бывшем здесь некогда селении. При входе на поляну с правой стороны находится пруд, хотя и заросший травою, но с постоянною в нем водою…».
|
|
|
|
Именно здесь, в лесном урочище «Веденьё» когда-то располагался Введенский монастырь, история которого уходит в далёкое прошлое. Точная дата возникновения обители не известна. Можно допустить, что время её устроительства близко основанию знаменитого Саввино-Сторожевского монастыря. Первое же упоминание мы находим в разъезжей грамоте, составленной 16 июня 1504 г. великим князем Иваном III в связи с передачей Звенигородского удела князю Юрию Ивановичу. Это была небольшая скромная пустынь, почти не оставившая после себя каких-либо исторических сведений. Учреждение монастыря приходится на то время, когда умы русских людей занимала мысль о тщете и суетности мирского житья. Городские и подгородные обители тогда не могли вместить всех, желавших удалиться от суеты мира. Среди самих монашествующих в XIV и XV вв. было сильно стремление к пустынножительству, к уходу из многолюдных монастырей в уединенные пустыни и скиты, десятки которых возникали в глухих непроходимых лесах. В дебрях леса, в молитвенной аскезе отшельники стяжали благодать Божию. Они пробавлялись самой скудной пищей, пестовали смирение и подвергали свою плоть тяжелейшим испытаниям. Именно в таких малых обителях, в безмолвии полутёмных монастырских келий, созидался духовный идеал Руси…
|
|
|
|
Весной этого года остатки монастыря с большим трудом удалось обнаружить. Для поисков лесного урочища были использованы современные снимки окрестностей Звенигорода с космического спутника. Благодаря им, стало возможным точно локализовать крохотную полузаросшую поляну среди обширного лесного массива. Добравшись на место, мы к своему удивлению, застали Введенскую пустошь практически в том самом состоянии, котором ее видел Г.И. Фивейский почти 130 лет назад. Те же холм, заросший тенистый пруд, холодные надгробные камни…
|
|
|
|
Местность вокруг монастырских руин необычайно живописна. Поляну окружает стена старого таинственного леса. Это место, волнующее воображение уводит за собой в прошлое, в то время когда малиновый звон колоколов Введенского храма разносился на много верст окрест, а тихое умиротворяющее пение безвестных иноков разливалось над лесом. Врата обители были открыты каждому паломнику. В церковные праздники к стенам храма стекались десятки богомольцев, и монастырь щедро одаривал их своим духовным богатством. Подле церкви Введения погребали монахов, где-то здесь, под корнями могучих дубов находятся гробницы основателей.
|
|
|
|
Отзвенели монастырские колокола, ушли в мир иной игумены и иноки, обветшал великолепный древний храм. В первой половине XVI в. обитель захирела и превратилась в погост – населенную местность, где церковь с кладбищем, но домов, кроме принадлежавших духовенству, не было. В начале XVII века Введенский погост подвергся разграблению и осквернению. Много страшного тогда произошло здесь – убийства, грабеж, глумления над древними образами. Возродиться из руин и вновь обрести поруганные святыни Введенский храм уже не смог.
|
|
|
|
Около XVIII столетия на месте престола сожженного поляками храма был поставлен поклонный крест, который застал и описал Г.И. Фивейский. В конце XIX в. здесь возвели деревянную часовню, просуществовавшую до 1920-х годов, когда она была сожжена воинствующими безбожниками.
|
|
|
|
Память о монастыре жива и сейчас. С древним Введенским погостом связано множество преданий, некоторые из которых удалось зафиксировать ученым-этнографам. Так, до сих пор в деревнях Чигасово, Хлюпино и Сальково можно услышать легенды о провалившейся под землю церкви или о старинном колоколе, якобы найденном на месте храма.
|
|
|
|
Летом этого года, проведя археологические раскопки на месте монастыря, ученые обнаружили большое количество высокохудожественных древних предметов. На то, что здесь когда-то стоял православный храм с окружающим его некрополем, указывали части окладов от икон, утварь, многочисленные надмогильные плиты и другие находки, среди которых следует выделить удивительный по богатству и красоте набор произведений средневековой христианской металлопластики. В процессе исследований было найдено несколько массивных литых крестов-энколпионов эпохи преподобного Сергия Радонежского.
|
|
|
|
Они представляют собой довольно крупные и массивные складные кресты, которые носились поверх одежды и были предназначены для хранения частиц Креста Господня либо частиц мощей святых угодников. Известны случаи нахождения таких энколпионов с сохранившимися внутри реликвиями, залитыми воском. Энколпионы-реликварии нескольких типов хорошо известны археологам среди древностей домонгольского времени. Центром их производства во второй половине XI-XII веках был Киев, а основной территорией распространения - Среднее Поднепровье. Самая распространённая форма древних мощевиков - четырехчастный крест с закругленными концами. На лицевой стороне креста, в центре, как правило, изображалось Распятие, в круглых же концевых медальонах и на обратной стороне помещались изображения архангелов, Св. апостолов, образы тезоименитых святых-покровителей. Довольно часто выбор иконографических сюжетов был связан с особенностью духовного пути владельца креста.
|
|
|
|
При археологических раскопках энколпионы встречаются гораздо реже, чем обычные нательные кресты. Крайне редко они встречаются в погребениях на рядовых некрополях XIV-XVI вв. По всей видимости, эти предметы находились в личном пользовании лиц, имевших высокий культурный уровень и социальный статус. В первую очередь такие кресты могли принадлежать представителям церковного причта и монахам.
|
|
|
|
На некоторых найденных нами энколпионах помещены образы святых воинов-демоноборцев - архистратига Михаила, Федора Стратилата, Дмитрия Солунского, мученика Никиты. Кресты с изображениями покровителей ратного дела принадлежали русским воинам и служили оберегами в войнах за свободу Отечества и неприкосновенность православной веры. Несколько таких нагрудных мощевиков было найдено при археологических исследованиях на Куликовом поле. На одном из крестов XV века изображен мученик Никита, побивающий беса. Именно в это время св. Никита становится символом освобождения Руси от татарского ига. Очень интересен и чрезвычайно редок литой образок с изображением Николы и семи спящих отроков Эфесских. В центральной части композиции помещен св. Николай, вокруг которого изображены семь полулежащих фигур отроков, подпирающих головы рукой. Этот сюжет связан с легендой о семи отроках из Эфеса, известной с V–VI вв. нашей эры. Семь мальчиков-христиан спрятались в пещеру, спасаясь от преследований императора-язычника Деция. Здесь они чудесно заснули и проснулись лишь спустя три столетия, уже при полном торжестве христианства. Эта легенда была популярна в Византии и Древней Руси, и неслучайно семь спящих отроков Эфесских помещены на фасад замечательного памятника владимиро-суздальского зодчества – Георгиевского собора в Юрьеве-Польском. Семь спящих отроков почитались в народе как целители животворящим сном, а иконки с их изображением служили оберегами во время сна.
|
|
|
|
В площадь археологического раскопа попал древний монастырский некрополь. Здесь были бережно расчищены и изучены белокаменные надгробные плиты, часть из которых оказалась богато украшена геометрическим орнаментом. Однако сами могилы при раскопках не вскрывались, дабы не тревожить прах похороненных здесь людей.
|
|
|
|
Археологические исследования на месте древнего Введенского монастыря еще не завершены, но они уже позволили составить представление о бытовой и духовной культуре его насельников, определить время возникновения и расцвета обители, изучить монастырское кладбище. Интереснейшая коллекция древних предметов пополнила фонды Пушкинского музея-заповедника и в ближайшее время будет выставлена для показа посетителям. На месте монастырского храма летом этого года был водружен новый памятный крест…
|
|
|
|
Алексеев Алексей Викторович,
|
|
|
|
археолог, старший научный сотрудник
|
|
|
|
Государственного историко-литературного
|
|
|
|
музея-заповедника А.С. Пушкина.
|
|
|
|
http://www.odintsovo.info/news/?id=4615 07.02.2006
|
