30.01.2023. - Мифическая генеалогия Остапа Бендера

Мифическая генеалогия Остапа Бендера

Протей – герой греческой мифологии, сын морского и вулканического бога Посейдона, пастух тюленьих стад, наделенный способностью принимать облик различных существ. На протяжении дилогии Остап Бендер выступает как истинный Протей, с легкостью меняющий занятия, роли и амплуа, обличья, маски и личины. Юрий Щеглов связывает многоликость Остапа с лоскутным характером советской действительности, вызывающим необходимость частой мимикрии.

«Как показывает в своих «Метаморфозах» Овидий, во время мировых катаклизмов предметы перемещаются на чужие места и вступают в новые, парадоксальные сочетания... В эпизоде потопа дельфины населяют лес и ударяются о деревья, а тюлени лежат на лугу, где недавно щипали траву козочки... Тем же методом решается у Ильфа и Петрова тема послереволюционного хаоса в России... Как подводные нимфы-нереиды дивятся городским домам и улицам, так взирают на «Геркулес» с его чисткой менады, дриады и наяды со стен дореволюционной гостиницы... Старый мир полузасыпан, перестал существовать как ансамбль, и на поверхности его можно наблюдать лишь разрозненные его осколки».

Вообще-то дискретность и фрагментарность – обычное свойство мифического и сказочного пространства. Но показательно, что Щеглов привлекает дельфинов и тюленей Овидия: так вводится тема не только смещений, но и превращений (скрытый мотив Протея).

Щеглов выделяет две «большие метаморфозы» Бендера – два его перерождения.

Во-первых, из босяка в «Двенадцати стульях» (далее – ДС) он превращается в прекрасного принца в «Золотом теленке» (далее – ЗТ).

Другое превращение происходит ближе к концу ЗТ. Выехав на Турксиб, Бендер выходит из сферы несовершенного социализма, над которой он парил, как горный орел-стервятник, и соприкасается с социализмом идеальным – с миром строителей будущего. Этот большой мир отторгает его. Демонический Бендер силен только в том пространстве, которое соавторы называли «маленьким миром»:

«В советское время, когда в большом мире созданы идеологические твердыни, в маленьком мире замечается оживление. Под все мелкие изобретения муравьиного мира подводится гранитная база коммунистической идеологии. На пузыре «Уйди-уйди» изображается Чемберлен, очень похожий на того, каким его рисуют в «Известиях»... Есть галстук «Мечта ударника», толстовка «Гладковка», гипсовая статуэтка «Купающаяся колхозница» и дамские пробковые подмышники «Любовь пчел трудовых».

Однако наиболее униженным Остап предстает все же не на фоне великих строек, а в столкновении с румынской пограничной стражей. Эти охотники за «бранзулетками» уж ни с какого боку не принадлежит к «большому миру».

Так что причины метаморфоз героя следует искать глубже. По нашему мнению, они связаны со сказочно-былинной основой дилогии.

Оборотень сомнительного происхождения

Герой русских былин, соответствующий Бендеру, это Волх Всеславьевич, оборотень и кудесник шаманского типа. При рассмотрении этого героя мы будем руководствоваться наблюдениями Вячеслава Вс. Иванова и Владимира Топорова.

Сюжеты о Волхе принадлежат к самому архаичному слою в русском эпосе. Для них характерна «стихия чудесного, волшебно-колдовского, магического, слиянность человеческого и природного начал».

Магические обертоны в образе Бендера возникают регулярно. Это знаменитый волшебный саквояж. Это воспоминания о поприще ярмарочного импресарио в Херсоне (с показом в балагане бородатой женщины). Это готовность выступить в роли фокусника (в пешем походе после крушения «Антилопы»). И даже накормить толпу пятью хлебами («Накормить-то я их накормил, но какая была давка»).

Рождение былинного Волха чудесно. Мать его, гуляя по саду, «соскочила с камня на лютого змея»; змей обвивается вкруг ее ноги и «хоботом бьет по белу стегну».

Рептильные мотивы дилогии («шакал в форме змеи», геликон – Змей Горыныч и т.п.) нам тут мало помогут. Впрочем, в одном эпизоде Бендер сам именует себя заклинателем змей. Но этот мотив мы разберем отдельно.

О матушке Остапа мы не знаем ничего. Фраза из автонекролога Бендера «Мать покойного была графиней и жила нетрудовыми доходами» вряд ли соответствует действительности. (Щеглов замечает, что глумление над покойными родителями – частая черта трикстеров, начиная с Ласарильо с Тормеса.)

О своем отце Остап сообщает, что он был «турецкоподданным». По одной версии, в Одессе турецкое подданство принимали купцы-иудеи, чтобы обойти препоны конфессиональной дискриминации и освободить детей от воинской повинности. По другой версии, «турецкоподданый» просто иронический эвфемизм еврея: Палестина до 1917 года была протекторатом Османской империи.

Неизвестен точный возраст Бендера. В ДС (лето и осень 1927 года) он назван 27-летним. В ЗТ (лето 1930 года) Остап утверждает, что ему 33. Таким образом, происхождение героя окутано нарочитой таинственностью.

Шаги командора

Когда былинный Волх появляется на свет, гремит гром, дрожит земля, колеблется море, рыба уходит в морскую глубину, птица – в небеса, звери – в горы.

В ДС изображается девятибалльное землетрясение в Ялте. Среди других упоминаний вулканизма – картинка с Везувием в сундучке отца Федора. Вулкан Фудзияма, который снится Остапу. «Подземные вулканы» в радиотрансляции. «Бутоны, извергающие лаву» в изображении рассвета на Волге. Вулканический прыщ на щеке Воробьянинова и пр.

В ЗТ выделим экран с Фудзиямой в кабинете председателя Арбатовского исполкома. Вулканическое кольцо общественной деятельности, которым Скумбриевич охватил «Геркулес». Небывалые вулканы и перешейки, от которых спятил учитель географии. Вулканические раскаты смеха, охватывающего Остапа в газоубежище. Вулканическую грязь российских проселков и т.п.

Развитие Волха также чудесно. Едва родившись, он говорит, «как гром гремит». Его пеленают в «латы булатные», кладут ему в колыбель «палицу в триста пуд». В семь лет отдают учиться грамоте, а к 10 годам он постигает «хитрости-мудрости»: оборачивается соколом, волком, «туром – золотые рога».

О мимикрии Остапа сказано достаточно. О годах его детства и юности известно мало. За плечами у него гимназическое образование (удержавшийся в памяти список латинских исключений, кое-какие познания в новых языках, немалая общая эрудиция) и несколько тюремных отсидок (в Старгород он входит пешком, отбыв очередной срок).

Военно-полководческие мотивы в образе Бендера анализирует Щеглов. Остап сравнивает себя с полководцами Суворовым и Румянцевым. В речах его часты строки батальной поэзии («Слуга царю, отец солдатам», «Взвейтесь, соколы, орлами», «Спите, орлы боевые») и милитаристские ноты («Командовать парадом буду я»).

Вождь и повелитель

Былинный Волх в 12 лет набирает себе дружину, а в 15 уже готов к воинским подвигам. Между действием ДС и ЗТ проходит три года, но Остап набирает дружину только во втором романе. Хотя репетиции такой вербовки есть и в ДС: «Союз меча и орала», мобилизация васюкинских шахматистов, попытка получить роль «старшого» в автопробеге Персицкого (здесь уже предвосхищается роль командора «Антилопы»).

Волх кормит, поит и одевает свою дружину; он всегда бодрствует. Остап занимается экипировкой антилоповцев, добывает для них пропитание. Прощаясь, отдает им последние деньги. Параллель бессоннице Волха – ночные бдения Остапа над «делом Корейко».

Волх Всеславьевич – великий охотник, повелитель мира зверей. Обернувшись волком, он «бьет звери сохатые», а в облике сокола охотится на гусей, лебедей и уток.

Миксантропические и зооморфные образы в дилогии нагромождены так тесно, что слипаются в большие ряды. Это архитектурные тигры, кобры и львы в Старгороде. Это шиншилла из тульского зайца и собака-выхухоль, мексиканский тушкан и шанхайские барсы в сценах с Эллочкой. Это «львы из тиражной комиссии, ягнята из личного стола, козлы из бухгалтерии, кролики из отдела взаимных расчетов, гиены и шакалы звукового оформления и голубицы из машинного бюро» на волжском пароходе и т.п.

В ЗТ столь же развернутые зоологические метафоры изображают «Геркулес», Черноморскую кинофабрику, спецвагон с газетчиками.

Остап-заклинатель приручает или укрощает «гадюку семибатюшную» Полесова, «курочку» Грицацуеву, «змея» Мечникова, Балаганова с бараньими кудрями, водителя «Антилопы» Козлевича и Паниковского, уподобленного жабе. А также бестиарий геркулесовцев, бродячий зверинец газетчиков, пандемониум кинематографистов. Но настоящий его антагонист – «золотой теленок» Корейко.

Бендер – теневой руководитель конторы «Рога и копыта» (формально ее возглавляет зицпредседатель Фунт). Корейко – теневой руководитель концерна «Геркулес» (формально его возглавляет товарищ Полыхаев).

«Геркулес» подвизается в лесной промышленности; у него есть дочерняя фирма «Трудовой кедр». Интерьеры гостиницы, которую занимает концерн, изобилуют растительными мотивами ар деко. Имена Полыхаев, Серна Михайловна, Кукушкинд и Берлага связаны со стихией леса.

Контора «Рога и копыта» призвана заготавливать животное сырье. И как бы Бендер ни старался от этой миссии отвертеться, в мифическом плане он – повелитель царства Фауны. Соответственно Корейко – повелитель царства Флоры, как и положено травоядному Тельцу.

«В Индию духа купить билет»

Главный эпизод цикла былин о Волхе – победа над Индейским царством. Обернувшись соколом, он прилетает в палаты к царю Салтыку Ставрульевичу и подслушивает его разговор с «царицей Аздяковной, молодой Еленой Александровной». Оборачивается горностаем, перекусывает тетивы луков, обезвреживает стрелы и ружья вражеского арсенала. Летит соколом к своей дружине и ведет ее к городу-крепости индейского царя. Превращает своих воинов в муравьев; они пробираются в город и громят его. Волх убивает царя, берет в жены царицу и сам воцаряется, богато одарив дружину.

Тема Индии в ЗТ всплывает не раз. Саквояж Остапа содержит облачение «брамина-йога». Черноморская кинофабрика сравнивается с Голкондой. Берлага в психбольнице изображает вице-короля Индии. Во вставной новелле Остап отправляет в Индию Вечного жида.

К концу романа индийская тема нарастает. Фуражка Остапа катится «в сторону Индии». Он навещает индийского мудреца и беседует с ним о смысле жизни. В разговорах вагонных попутчиков звенят «золотые индийские рупии».

Наконец, и мечта Остапа о Рио-де-Жанейро – это мечта об Индийском царстве. Правда, это не Ост-, а Вест-Индия. Но они вполне эквипотенциальны как образы земного рая.

Правда, в последнем разговоре с Балагановым миллионер Остап заявляет: «И Америки нет, и Европы нет, ничего нет. И вообще последний город – это Шепетовка, о которую разбиваются волны Атлантического океана... Заграница – это миф о загробной жизни». Шепетовка – местечко на Волыни, в ту пору самая западная железнодорожная станция СССР. По сути, Бендер заявляет, что обетованная земля его мечты – не от мира сего. Это затонувшая Атлантида либо подводное царство Протея.

Что касается «царицы Аздяковны», любовная линия присутствует и в ЗТ, и в ДС. И если женитьба Остапа на вдове Грицацуевой – циничный обман, то роман его с Зосей проникнут светлой печалью. Заметим, что до Бендера за Зосей ухаживал его антагонист Корейко; царица Аздяковна прежде принадлежала побежденному царю Салтыку. Вознаградить остатки своей дружины Остап тоже пытается – но тут вмешались обстоятельства такого рода, что ничего нельзя было добиться.

Мотив муравьев, проникающих в неприступную цитадель, есть в мифе об индийском громовержце Индре. Зевс является к Эвримедузе в виде муравья. Их сын Мирмидон – родоначальник мирмидонян, «муравьиных людей». В русской сказке Иван Царевич, превратившись в муравья, проникает в хрустальную гору, убивает Змея и освобождает царевну, на которой женится.

В связи с мотивом хрустальной горы отметим стеклянные дворцы железнодорожников в Старгороде и Москве (начальный и конечный пункты странствия героев ДС) и утопические небоскребы Нью-Васюков. Еще один отголосок этого мотива – Хрустальный перевал, с которым пришлось помучиться строителям Восточной магистрали в ЗТ. А в главе о ребуснике Синицком, как мы помним, имеется описание целого «муравьиного мира». Сиречь мира маленького, противостоящего миру большому.

Источник