«Урал – самый богатый на паранормальные явления регион России». Так считает уфолог, проводник по аномальным зонам Свердловской области и Пермского края Алексей Королёв. Алексей Королёв родился в 1976 году в Свердловске. Окончил философский факультет Уральского госуниверситета. Служил в армии, воевал в Чечне. Региональный координатор Русской уфологической исследовательской станции (RUFORS) и Международного центра гоминологии. Автор проекта «Россия паранормальная». Проводник по аномальным зонам Урала.
Самый аномальный регион
Алексей Смирнов, «АиФ-Урал»: - Наш регион, действительно, самый аномальный в России?
Алексей Королёв: - Абсолютно убеждён в этом. Я уже 15 лет занимаюсь изучением разных загадочных явлений, аномальным туризмом, и сделал вывод: такого объёма информации об НЛО не даёт ни один субъект РФ. Например, в Поволжье, где Жигулёвские горы, есть аномальная зона – Самарская Лука. Места красивые, но такого потока сигналов и наблюдений, как на Урале, у них нет. А в Пермском крае, в Свердловской, Челябинской областях, ХМАО постоянно что-то происходит. Мы регулярно получаем сообщения о неопознанных летающих объектах, снежном человеке, хрономиражах, причём речь зачастую идёт о близких контактах.
- Что этому способствует?
- Здесь действует комплекс факторов. Горы обладают особой энергетикой, мы ощущаем её не только физиологически, но и фиксируем с помощью приборов. Каждая возвышенность, каждый холм действуют как своеобразная антенна. Плюс большое количество полезных ископаемых, военные и промышленные объекты, аэродромы. Возможно, «им» всё это интересно. Кроме того, не исключаю, что у «них» тоже существует такое явление, как аномальный туризм.
- У «них» - у инопланетян?
- Я бы не стал напрямую называть их инопланетянами, такие утверждения требуют доказательств. Нечеловеческие цивилизации, пришельцы. Откуда они к нам приходят – мы не знаем. Космос, глубины океана, которые исследованы ещё меньше, чем космос, недра Земли. Вселенная безгранична. Есть информация, что в нашей галактике порядка 40 тысяч планет, похожих на нашу, где может зародиться жизнь. Но слово «инопланетяне» мы используем только в предположительном ключе.
- Когда вы сами впервые увидели НЛО?
- Это было ещё в эпоху СССР. У меня было два очень похожих наблюдения в марте 1989 года и в апреле 1991 года. Объект в виде светящегося шара с расходящимися лучами, направленными на город, размером с луну, летел над Свердловском ночью, мы наблюдали его всей семьёй. Он пролетел над городом и ушёл куда-то на восток. Траектория, общий вид НЛО в обоих случаях были одинаковыми. Я думаю, что один и тот же объект в те годы мониторил Землю.
- Какие аномальные зоны на Урале самые знаковые?
- Полагаю, что это Молёбка (М-ский треугольник) в Пермском крае и перевал Дятлова в Свердловской области. Не все знают, что перевал Дятлова – это не просто место гибели туристов, а огромный аномальный район, большей частью безлюдный. Туда ежегодно направляется много техники, лыжников, пеших туристов. Но они двигаются по одной и той же проторённой тропе. Многие говорят: «Мы там были, всё посмотрели, ничего необычного не видели». Но, простите, вы изучили только одну тропу. Вглубь леса вы не заходили.
- Правда, что у НЛО есть периоды активности и спада?
- Да, это было замечено ещё в XX веке. У нас на Урале в последний раз пик активности пришёлся на 2016 и 2017 годы, из каждой поездки мы что-то привозили. Сейчас таких явлений значительно меньше. Но, например, этим летом, в августе, находясь в Молёбском треугольнике, мы наблюдали летящий над лесом светящийся объект, который поначалу приняли за самолёт. Однако с нами был профессиональный лётчик, он сразу же заявил, что это что-то другое. Больше всего нас удивило, когда объект неожиданно остановился и полетел в обратную сторону…
Пришельцы – среди нас?
- А всё-таки: кто кого изучает?
- Скорее всего, это процесс обоюдный. У меня есть товарищ, музыкант, выступающий под псевдонимом Дядюшка Вилли. В одной его философской песне, которая называется «Гуманоиды-рептилоиды», есть такие слова: «Они среди нас, или мы среди них?» Мы часто считаем себя исследователями, но на самом деле они тоже изучают нас. Мы для них – пища. Пища для размышлений.
- Представители официальной науки называют уфологию псевдонаукой. Ваше мнение?
- Естественно, это не так. У нас есть много свидетелей и фактов, зафиксированных аппаратурой. Кроме того, даже если все таинственные явления можно объяснить какими-то земными причинами, изучать их всё равно надо. Нельзя априори утверждать, что в них нет ничего интересного, что нет объекта для исследования. Допустим, что йети не существует. Но вы докажите, что его не может быть в принципе! Недавно я поучаствовал во Всемирном дне снежного человека в Удмуртии, и один из моих коллег – Валентин Сапунов из Санкт-Петербурга, который уже лет сорок изучает этот феномен, сказал: «Доказать, что снежного человека нет, ещё более сложно, чем то, что он существует». Масса очевидцев, бескрайние просторы, где может обитать это существо, обширная кормовая база...
- Кто сегодня всерьёз занимается уфологией?
- Исключительно энтузиасты, которые готовы тратить своё личное время, силы, ресурсы. За последние пятнадцать лет количество таких людей на порядок уменьшилось. Ещё в 2008-2010 годах мы собирали большие экспедиции, увлечение было массовым. Но сегодня люди увлеклись более приземлёнными вещами, они только изредка смотрят на небо. Их интересуют карьера, деньги, машина, ремонт квартиры, отдых…
- Не обидно, что многие обыватели считают уфологов сумасшедшими или шарлатанами?
- Так думают лишь те, кто никогда не сталкивался ни с чем таинственным и загадочным. Им просто не повезло. Часто достаточно одного наблюдения, чтобы мировоззрение поменялось на 100%. Человек всю жизнь был скептиком и атеистом, ни во что не верил, но как только увидел что-то паранормальное, вдруг осознал: НЛО существуют! А есть люди, которые наблюдали такие явления неоднократно. Если в квартире возник полтергейст, завёлся «барабашка», поневоле задумаешься.
- Бывают везунчики, которые видят НЛО регулярно?
- Такие люди есть. Я был знаком с очевидцем Верой Михайловной, женщиной пожилой, которая на протяжении своей жизни примерно раз в десять лет видела в небе какие-то загадочные явления. Первый раз это произошло в середине 50-х годов XX века. Она приехала в свой маленький посёлок в Пермской области, сошла с поезда, вечером идёт по улице и вдруг видит, что вокруг стало светло как днём. С неба шёл сноп яркого света, который накрывал весь посёлок. Что это было – осталось неизвестным.
- Экспедиции в аномальные зоны – дело рискованное?
- Опасностей, действительно, много. Дикая природа – это непроходимый лес, низкие температуры, летом – медведи, зимой – волки и росомахи. Однажды в конце января подо мной проломился лёд на озере, и я по грудь оказался в ледяной воде. Кроме того, мы никогда не знаем, с чем столкнёмся, по какому принципу работает двигатель НЛО, на какое расстояние можно к нему приближаться. Один мой коллега как-то всю ночь просидел в ста метрах от светящегося объекта, а потом у него целый год были разнообразные проблемы со здоровьем. Был и такой случай: пару лет назад мы впятером увидели в лесу неясное свечение, а затем параллельно земле стали летать какие-то красные точки-звёздочки. Мы хотели подойти поближе, но вдруг всех нас охватил дикий, необъяснимый страх, ужас, настоящая паника. Мы сломя голову бросились бежать. Через час пришли в себя, вернулись, но состояние повторилось: мы убежали оттуда ещё быстрее…
- Вы берёте с собой оружие?
- Никогда. Большого хищника убить сложно. Неопытные туристы, скорее всего, нанесут вред лишь самим себе. Раненый медведь запросто порвёт насмерть всю группу. Кроме того, за убийство животных без лицензии российское законодательство карает достаточно жёстко. Поэтому мы принципиально не берём с собой оружие.
- Какое оборудование используете во время экспедиций?
- На сегодняшний день у нас достаточно неплохая база. Есть дозиметр, электромагнитометр, частотомер, тепловизор, фотоловушки, квадрокоптер. Периодически добавляется что-то ещё. В своё время пытались использовать биолокационные рамки. Их сложно назвать прибором, но однажды я провёл эксперимент и нашёл у себя на приусадебном участке воду, на малой глубине. Рамками нужно уметь пользоваться. В старину, когда не было никакой геологоразведки, лозоходцы брали прутик и находили источники воды, руду, другие полезные ископаемые.
Натуральный курорт!
- В декабре вы с товарищами совершили поход на перевал Дятлова. Ваши впечатления?
- Это была уже моя пятая поездка на перевал. До этого были три летних экспедиции и одна зимняя. Не обошлось без происшествий: достаточно серьёзно поморозил нос и руки. Тут есть доля собственной вины: когда там ниже минус 40, мы намазываем лицо гусиным салом. Но в этот раз нос я как-то пропустил, кожа слезла. Накануне на спутниковый телефон пришло предупреждение от нашего координатора в Екатеринбурге, что будет ураганный ветер до 100 км/ч. Когда мы поднялись туда, возникло ощущение, что эти 100 км как раз и были. Я был в шапке, балаклаве, шлеме со щитком, но мне не было жарко. В память о дятловцах решили зажечь свечи, залезли под скалу, но из-за сильного ветра даже там невозможно было это сделать. В итоге зажгли их в коробке из-под продуктов. А потом долго не могли завести мотосноуборды. В этот раз было минус 43 градуса, но это далеко не рекорд. В последние годы фиксировали температуру в минус 54.
И хорошо, что не было метели! С нами ездил манси – Валерий Анямов, он рассказывал, что однажды они пришли к останцу с табличкой, но увидели его, только когда приблизились на расстояние вытянутой руки. Но тут, конечно, встаёт вопрос везения. Бывает, приходишь летом – дожди и ветра. А в 2022 году мы находились на перевале десять дней: идеальная погода, солнце, штиль, на небе ни облачка. Натуральный курорт!
- В январе вы собираетесь в очередную экспедицию. С какой целью?
- Наша задача – впервые за 25 лет пройти точным маршрутом группы Игоря Дятлова. Есть лесная часть пути, которой сейчас никто не ходит. Все группы передвигаются по оленегонной тропе, по утрамбованной дороге, это проще. Летом – на джипах, зимой – на снегоходах, на лыжах, можно и пешком. Хотим повторить маршрут дятловцев на лыжах, но это будет сложно. Мы уже поняли, насколько задачи, которые мы ставим в Екатеринбурге, трудно реализовать на севере Урала.
Вторая цель – научная. Мы собираемся комплексно изучить физические параметры места. Утверждают, что там уже всё исследовано, но жизнь показывает, что это не так. В августе 2022 года мы работали с металлоискателями возле кедра, где были найдены первые тела погибших, и обнаружили две интересных находки: таинственный металлический стержень и закопанную консервную банку времён СССР. Как они туда попали – непонятно. Не исключено, что их оставили участники группы Дятлова. Возможно, мы не раскроем тайну гибели туристов, но сможем проверить ряд версий, в том числе лавинную, которую многие считают версией номер один.
- Вы верите, что тайну гибели дятловцев можно раскрыть?
- Сейчас возникла такая ситуация, что даже если появятся абсолютно бесспорные доказательства, документы, свидетели, проливающие свет на эту трагедию, большинство им просто не поверит. Сформировалось огромное количество противоречивых версий, каждый будет отстаивать свою. Кроме того, есть мнение, что истина в этом вопросе никому не нужна, кроме друзей и родственников погибших. Дело даже не в том, что на этой истории большое количество людей делает хайп, деньги и так далее. Я и мои коллеги уделяем теме группы Дятлова много времени, но мы ею не живём. А есть люди, для которых она стала смыслом жизни.
- Правда, что в последние годы перевал стал гораздо доступнее для туристов?
- Проводников, гидов, которые доставят вас туда и обратно, действительно, стало много. Однако далеко не все из них – квалифицированные экскурсоводы. Они покажут вам останец с памятной табличкой и место, где стояла палатка туристов, но чаще всего этим всё и ограничивается. Люди сделают селфи, а познавательный аспект истории группы Дятлова нередко остаётся за кадром.
- В последние годы власти активно развивают внутренний туризм. В планах – максимально благоустроить перевал Дятлова для гостей. В случае массового паломничества – не потеряет ли это место свою привлекательность?
- Есть проекты, которые должны способствовать популяризации маршрута, в частности, Большая уральская тропа, которая идёт до перевала. Но даже если проложить там дорожки, обустроить места стоянок, возвести турбазы, глемпинги и так далее, дикая природа всё равно останется. Будут маленькие островки цивилизации, а вокруг них – непроходимый лес, ветра, холод, метели, дикие звери, непредсказуемость.
Но, мне кажется, мы не с того начинаем. Давайте сначала решим главные вопросы: защита животных и вывоз мусора. А уже потом будем строить глемпинги. Нельзя сказать, что проблема с мусором стоит очень остро, но он начинает накапливаться. Мы его собираем, что-то сжигаем, что-то закапываем, а большинство туристов вообще об этом не заботится. Например, прошлым летом я обнаружил на одной из стоянок брошенные резиновые сапоги. Они там будут разлагаться десятилетиями. Но если ты пришёл с ними в тайгу – что мешает унести их обратно, не загрязняя природу Северного Урала?
