|
Наш мозг искажает реальность
|
|
|
|
Оказывается, наш мозг создает иллюзию реальности, основываясь как на нашем предыдущем опыте, так и на эволюционном устройстве нашей первичной зрительной коры. Расположенный в задней части мозга, где он получает сигналы от наших глаз, этот первый слой восприятия изображений (называемый V1) не просто делает снимки. На самом деле, он помогает решать — если не диктовать — то, что мы видим.
|
|
|
|
И это крайне важно, потому что такое строение позволяет нам быстро принимать решения, основываясь на том, как мы воспринимаем окружающий мир. В противном случае, как утверждают ученые, мы могли бы тратить слишком много времени на распознавание важных стимулов в окружающей среде, таких как опасность.
|
|
|
|
В исследовании доцент нейробиологии Сеульского национального университета Хеён Шин, доктор философии, и ее коллеги воздействовали на мозг шести мышей сверхточными голографическими лазерами, нацеленными на крошечное скопление клеток в V1. Они задались вопросом, может ли активация этих клеток сама по себе заставить мозг «видеть» то, чего на самом деле нет.
|
|
|
|
Мозг животных загорался, как будто они видели фантомные фигуры, например, треугольник Канижи, где вырезанные из Pac-Man фигуры обманывают вас, заставляя видеть треугольник, которого на самом деле нет. Команда назвала эти клетки «нейронами-кодировщиками IC», потому что их импульс может распространяться, привлекая десятки тысяч других нейронов для завершения картины.
|
|
|
|
|
|
|
Такое заполнение паттернов в V1 не является чем-то совершенно новым; предыдущие исследования показали, что мозг работает не столько как камера, пассивно передающая сигналы, сколько как разумный угадывающий, заполняющий пробелы в информации. Однако в этом новаторском исследовании команда Шин определила точный кластер, который активно транслировал иллюзии и управлял этим процессом. Шин говорит, что не ожидала, что это «заполнение» произойдет так рано, прямо в первой области обработки визуальной информации мозга.
|
|
|
|
Это означает, что реальность — в глазах смотрящего. Это подразумевает, что «восприятие — это не прямая запись реальности, а процесс вывода», — говорит Шин. В нейробиологии вывод означает, что мозг делает наилучшее предположение о том, что существует — заполняя пробелы в восприятии и опираясь на прошлый опыт. Однако она быстро отвергает утверждение о том, что реальность — это «контролируемая галлюцинация», поскольку галлюцинация означает выдумывание вещей, которых нет. «Вместо этого иллюзия — и восприятие в целом — это интерпретация мозгом сенсорных данных на основе ваших убеждений о сенсорном мире», — говорит она. Оказывается, чем больше наши сенсорные миры пересекаются, тем больше мы разделяем один и тот же «предиктивный код».
|
|
|
|
«Наш мозг действительно создает реальность, по крайней мере, единственную реальность, которую кто-либо из нас может когда-либо познать», — говорит Джеймс Хайман, доктор философии, профессор психологии в Университете Невады, Лас-Вегас. «Мозг не пытается дать нам „истинную“ картину мира; он пытается дать нам полезную. Самое важное — это выживание». Обезьяна, раскачивающаяся на деревьях, не анализирует каждую линию — она предполагает, что коричневый цвет соответствует ветке, а зеленый — нет. Этот упрощенный подход работает, потому что ветки выдерживают вес, а лианы — нет, но если змеи обвиваются вокруг веток, детали становятся критически важными, говорит он.
|
|
|
|
Очевидный вопрос: можем ли мы действительно доверять своему сознанию в том, что оно скажет нам правду, или оно просто выдумывает наиболее полезную историю? Возможно, мы обречены никогда не узнать, потому что мы в ловушке нашего мозга, ориентированного на выживание.
|
|
|
|
… Но реальность может быть общей галлюцинацией
|
|
|
|
Что если массовое самоубийство культа в Джонстауне в 1978 году было не просто крахом правосудия, а крахом самой реальности, моментом, когда группа скатилась к тому, что он называет ошибочной общей моделью мира? Лидер Джим Джонс приучил более 900 последователей верить, что коллективная смерть — это их единственный выход из преследований, убедив их, что совместная смерть — это революционный акт.
|
|
|
|
Другими словами, это была своего рода социально синхронизированная галлюцинация, говорит Крис Фрит, доктор философии, профессор нейропсихологии в Центре нейровизуализации Велкома при Университетском колледже Лондона. «Мы осознаём не физический мир, а нашу модель этого мира», — говорит он. Это утверждение он развил в своей статье 2025 года в рецензируемом журнале Open Mind. В этом свете, причиной провала в Джонстауне была не просто мораль, а внутренняя карта мира, которую использовали почти тысяча человек для ориентации.
|
|
|
|
То, что кажется твёрдой, неоспоримой реальностью, не является прямым окном в окружающую среду. Вместо этого, по мере того как мы двигаемся, учимся и взаимодействуем, наш мозг автоматически строит ментальную модель мира. Эта модель похожа у разных людей, потому что мы все ориентируемся в одной и той же физической среде и постоянно корректируем свои ментальные карты, используя друг друга.
|
|
|
|
Но когда группа начинает укреплять искаженную версию этой общей карты, целые сообщества могут в конечном итоге жить внутри сконструированного мира, который больше не соответствует миру за его пределами.
|
|
|
|
Задолго до появления языка мозгу приходилось решать простую, но глубокую проблему: как безопасно перемещаться в пространстве, не сталкиваясь с другими движущимися существами. Решение заключалось в создании стабильных внутренних карт окружающей среды, которые сохраняются даже тогда, когда никто не наблюдает. На самом деле, ни один мозг в одиночку не может создать ощущение, что мир тверд и действительно «существует». Реальность социально привязана — она кажется реальной, потому что физические тела других людей постоянно подтверждают это для нашего мозга.
|
|
|
|
Вот почему Фрит считает, что изоляция настолько дестабилизирует. Отрезанные от других, внутренние модели теряют естественный стимул, и изолированные люди могут впасть в галлюцинации, дереализацию и деперсонализацию. Мы даже можем назвать это измененным состоянием реальности, вызванным не галлюциногенами, а сильным отклонением от карты общего мира.
|
|
|
|
Опасность заключается в том, что слишком много умов привязаны к одной и той же локальной (виртуальной) карте. Это создает нагрузку на системы мозга, которые обычно поддерживают ощущение стабильности нашего общего мира. Однако наличие людей с разнообразными взглядами и мнениями помогает защитить группу от чрезмерного погружения в нереальность.
|
|
|
|
Если крайняя изоляция может ослабить восприятие реальности для отдельного человека, то же самое делает и чрезмерное соответствие группе. Вот почему каждому обществу нужен свой «нестандартный человек».
|
|
|
|
«Некоторые люди генетически менее подвержены социальному влиянию», — говорит Фрит. Это люди, которые ставят под сомнение реальность и сдерживают волну слепого консенсуса. Вспомните знаменитые эксперименты Аша по конформизму, где участники должны были оценивать длину линий на карточках. Большинство людей соответствовали нормам примерно в одной трети случаев, даже когда истина была очевидна. Но когда хотя бы один человек не соглашался — когда даже один голос давал правильный ответ — конформизм рушился, и участники почти всегда снова доверяли собственному восприятию.
|
|
|
|
Если бы только один такой «нестандартный человек» в группе Джима Джонса смог сделать то же самое в ноябре 1978 года.
|
|
|
|
Источник
|
