05.06.2007. - Академик Деревянко: “Шамбалы не существует”

Академик Деревянко: “Шамбалы не существует”

Более ста лет тому назад, путешествуя по югу Центральной Азии, сотрудник Минусинского музея Дмитрий Александрович Клеменц обнаружил на острове Тере-Холь развалины, напоминавшие буддийскую или индуистскую мандалу. Впоследствии нескольким экспедициям удалось установить, что загадочное сооружение целиком погибло в огне. Сегодня российская пресса уже поспешила окрестить памятник Пор-Бажын ни много ни мало “русской Шамбалой”. Но верно ли это и существует ли легендарная Шамбала в реальности, мы попытались выяснить у главы научного совета культурного фонда “Крепость Пор-Бажын”, директора Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН академика Анатолия Пантелеевича Деревянко.

“Пор-Бажын не Шамбала и не связан с Шелковым путем”

По мнению известного российского ученого, так называемая Шамбала с Россией никак не связана, а значит, и с Пор-Бажыном тоже. Те легенды, которые тиражируют в последнее время СМИ, — совершенно закономерная реакция на подобные загадки истории, считает Анатолий Деревянко. Но все это нисколько не умаляет того факта, что Пор-Бажын, бесспорно, уникальный памятник. “Он заслуживает самого пристального внимания как один из лучших в России и в мире храмовых комплексов (или крепостей) уйгурского периода”, — считает академик. Этот комплекс имеет свою историю. На сегодняшний день археологам о нем известно немногое: кое-что о конструкции, о своеобразии этого комплекса и о его назначении. Ученый-историк из Новосибирска убежден, что Шамбала — это миф, также как и Атлантида. Во всяком случае, до настоящего времени неизвестно ни одного научного свидетельства ее существования. В связи с чем рассматривать данный комплекс как Шамбалу в научном плане бесперспективно, считает он. Отыскать сегодня истоки того, откуда пошла дезинформация, что Пор-Бажын — северные ворота Шамбалы, практически невозможно. Вероятнее всего, подобный миф существовал и раньше. Например, вопрос о том, что это за руины, всегда возникал у местного населения и служителей культа. Для любого неспециалиста этот комплекс, конечно, представляет загадку. Отсюда возникающие домыслы, стремящиеся заполнить информационный вакуум. Нередко можно услышать о том, что поиски этой самой Шамбалы идут на Алтае и еще в некоторых местах нашей необъятной страны, но все это, по словам российского ученого, всего лишь “добровольные” исследования и разного рода досужие домыслы. Кстати, также этот уникальный исторический памятник пытаются связать и с Северным шелковым путем. Но, как уверяет академик Деревянко, последний проходил гораздо южнее. Кроме того, уже сейчас можно с высокой долей вероятности утверждать, что эта крепость не была центральной в системе защитных сооружений уйгурского каганата. На недавнем научном совете была детальным образом обозначена программа исследований Пор-Бажына. Ожидается, что она будет мультидисциплинарной. Это значит, что в полевых работах, помимо археологов, востоковедов, примут участие специалисты многих естественно-научных направлений: геологи, геоморфологи, геофизики, гидрологи, палеоботаники и др. Это необходимо для получения максимальной информации об этом памятнике мирового культурного наследия. В силу того, что исторический комплекс Пор-Бажын занимает большую площадь, то, по мнению Деревянко, на его исследование может потребоваться несколько лет.

О гипотезах

По своим размерам исторический памятник Пор-Бажын (в переводе с тувинского — “глиняный дом”) не очень велик — всего три с половиной гектара (приблизительно 250 м на 158 м). Аналогичные памятники уйгурского времени в Монголии и Китае гораздо крупнее, рассказывает Анатолий Пантелеевич. Но в данном случае размеры сооружения были ограничены величиной самого острова, на котором он расположен. Существует предположение, что этот остров когда-то был полуостровом и соединялся с “материком”. Однако установить, так это или нет, помогут лишь тщательные раскопки, а также подводные гидрологические исследования. Есть и другая гипотеза, говорящая о том, что озеро образовалось уже после появления Пор-Бажына и своим возникновением затопило дорогу к сооружению, изолировав его на острове. Но в любом случае, как бы то ни было, это будет несложно проверить. Если это озеро образовалось уже после того, как здесь был построен Пор-Бажын, тогда в тех местах аллювия (галечника) должно быть немного, объясняет академик. Но в том случае, если озеро древнее, слой аллювия будет более мощным — вплоть до нескольких метров. Так или иначе, ответ на это ученые найдут уже в первые недели полевых работ. По мнению академика Деревянко, одновременно с исследованиями начинать исследования Пор-Бажына необходимо проводить разведочные работы в окружающих районах и окрестностях, поскольку там высока вероятность обнаружить различные погребальные комплексы, остатки древних жилых сооружений, небольшие поселения сельского типа и многое другое. В пользу этого говорит то, что в 2002 году там уже проводились исследования тувинскими археологами, которым удалось найти погребение средневекового воина. Ученый убежден, что исследования в радиусе 10—15 км чрезвычайно важны, так как они могут существенно дополнить информацию о памятнике. Стоит отметить, что при исследованиях близлежащих археологических памятников, с учетом климата и сильных морозов, можно ожидать высокую сохранность погребений. В силу того, что исторический комплекс Пор-Бажын занимает большую площадь, то, по мнению Деревянко, на его исследование может потребоваться несколько лет.

Почему Пор-Бажын может исчезнуть

Сибирский ученый убежден, что в отношении уникальных тувинских руин целесообразнее всего было бы поступить точно так же, как это сделано в Китае с погребальным комплексом Цинь Шихуанди (знаменитые терракотовые солдаты), “где треть раскопана, треть раскапывается, а треть площади оставлена для будущих исследований”. По намеченному плану, часть Пор-Бажына должны оставить для будущих исследований лет на 50—100: “когда появятся новые методики, новые приборы и новые возможности”. Это необходимо для того, чтобы извлечь более фундаментальную информацию, чем возможно получить сегодня, объясняет Анатолий Деревянко. По его глубокой уверенности, весь “островной” комплекс на озере Тере-Холь для реконструкции и реставрации необходимо накрыть. В противном случае памятник может просто разрушиться в силу действия естественных процессов. То, что памятник постепенно разрушается, хорошо видно уже сейчас. И если его не исследовать, то в будущем о нем можно будет говорить только в прошедшем времени. Раскопки же и консервация позволят сохранить памятник почти в первозданном виде на десятки, а то и на сотни лет, повторяет известный ученый. Хотя немаловажно и то, насколько бережно к нему будут относиться будущие поколения. Успехи изучения Пор-Бажына должны стать хорошим примером для многих глав субъектов Федерации, которые об исторических памятниках на подвластных им территориях заботятся из рук вон плохо. В качестве позитивного примера можно вспомнить хорошо всем известный научно-исторический комплекс “Фанагория” в Краснодарском крае, изучением которого руководит московский ученый Владимир Кузнецов. На месте памятника создается научно-исследовательский центр, деньги на который выделяет российский бизнесмен Олег Дерипаска.

Зачем нужно раскапывать руины “Глиняного дома”

Еще в 2005 году на Пор-Бажыне проводили мониторинг ученые из Санкт-Петербурга Владимир Семенов и Марина Килуновская (оба — ИИМК РАН), исследующие древности Тувы более тридцати лет. Тогда же они предложили правительству Тувы разработать систему мер по изучению и сохранению памятника. Непосредственно самим проектом “Пор-Бажын” руководит профессор Елецкого университета Виктор Соловьев, имеющий опыт исследований подобных сырцовых памятников в Таджикистане. Из российских ученых он считается наиболее опытным в этом вопросе. Помимо него проект возглавляет Ирина Аржанцева из московского Института этнологии и антропологии РАН. Главным же исполнителем работ является Государственный музей Востока (Москва). В настоящее время остается открытым вопрос о том, чем же на самом деле является загадочный Пор-Бажын. Говоря о нем, с уверенностью можно сказать лишь то, что он был создан в 750—751 годах н.э. Именно тогда уйгуры вышли на границы сегодняшней Тувы и смогли эту территорию — южную часть Тувы и Саяно-Алтай — присоединить к своему каганату. Данная крепость была призвана защитить уйгуров от интенсивных передвижений тюрок и монголов. Однако, по другой версии, это был буддийский храмовый комплекс. Как бы то ни было, установить истину помогут лишь фундаментальные исследования этого исторического объекта. Ожидается, что раскопки откроют неожиданную информацию о культуре того времени. Необходимость срочного изучения памятника продиктована также и перспективами развития международного туризма, отмечает академик Деревянко. Несмотря на то что Пор-Бажын расположен, можно сказать, на “краю России”, а также вдалеке от каких бы то ни было населенных пунктов, он претендует стать уникальным памятником археологии на открытом воздухе всемирного значения. “Грандиозность проекта в этом и заключается, — полагает российский ученый, — так как ни в СССР, ни в современной России подобных задач — раскопать, отреставрировать и музеефицировать — еще не ставилось. Таким образом, данный опыт можно смело назвать уникальным”.

“Русский Шаолинь”

Впервые идея проведения широкомасштабных археологических раскопок крепости Пор-Бажын была озвучена осенью 2006 года главой МЧС России. Выходец из Тувы Сергей Шойгу предложил организовать вблизи памятника студенческий полевой лагерь. Участники экспедиции смогут не только принять непосредственное участие в археологических раскопках, но и получить новые знания — в лагере будет действовать образовательно-спортивный молодежный центр. На месте изученной крепости планируется создать национальный парк “Крепость Пор-Бажын”.

Побратимы тувинского “Глиняного дома”

Сырцовые сооружения известны уже с неолита — нового каменного века, рассказывает ученый из Новосибирска. В мире подобные Пор-Бажыну сырцовые сооружения известны весьма широко. Они разбросаны практически по всей Центральной Азии. Помимо Монголии, Китая и Тувы они также встречаются в Хакасии и в прилегающих к Туве районах Средней Азии. На Дальнем Востоке, недалеко от города Уссурийска, есть огромная крепость чжурчженей. Когда-то она была частью Золотой империи, основанной тунгусо-маньчжурами. Позже ее разгромил Чингисхан. В той крепости намного лучше, чем в Пор-Бажыне, сохранились валы и рвы. Да и в целом общая сохранность памятника гораздо лучше. По словам Анатолия Деревянко, этот комплекс также разрушается из-за высоких темпов строительства коттеджей. Другая грандиозная крепость "Гора-Шапка" находится в Амурской области на границе с Китаем. Это также крепость чжурчженей. Сохранились остатки дворцового комплекса, вал, рвы, а также жилища простолюдинов и воинов. Но только все они в отличие от Пор-Бажына находятся очень далеко от Москвы. И когда доберется фортуна исследования и до них — неизвестно.

http://www.mk.ru/blogs/MK/2007/06/04/society/248077/ 04.06.2007