17.10.2009. - Что скрывает ставка Гитлера под Винницей «Вервольф»

Что скрывает ставка Гитлера под Винницей «Вервольф»

15.10.2009

В восьми километрах от украинского областного центра Винница есть место, которое вот уже более полувека будоражит умы исследователей и журналистов. Местные жители его называют дурным.

А покойная болгарская ясновидица Ванга предостерегала, что тут «смертельная опасность подстерегает каждого». В годы Второй мировой войны здесь был построен подземный командный пункт Гитлера «Вервольф», что в переводе с немецкого означает «Дикий волк», «Оборотень». С тех пор об этом районе и ходят самые мрачные поверья.

Бункер под Винницей мог стать причиной лучевой болезни Гитлера

Как сообщает украинская газета «Вечерние новости», подземная ставка фюрера находилась в восьми километрах от Винницы, у села Стрижавка. Газета предполагает, что именно бункер под Винницей «наградил» Гитлера лучевой болезнью.

«Вервольф» сооружался с сентября 1941 г. по апрель 1942-го. На строительство согнали более 10 тысяч советских военнопленных, 1425 иностранных и 995 местных жителей. Две тысячи человек погибли от голода и морозов. Четыре тысячи уже ненужных на «объекте» расстреляли в ночь с 11 на 12 января. На внутренние отделочные работы в марте согнали 227 украинских евреев из близлежащего села Стрижавка. Позже их всех вывезли в Винницкую тюрьму и расстреляли. Словом, погибли все, кто знал устройство бункера и его коммуникаций.

Гитлер находился в «Вервольфе» дважды: с мая по октябрь 1942 г. и с 19 февраля по 13 марта 1943-го. 13 марта 1944-го, перед отступлением немцев за Буг, подземная ставка была взорвана.

Уже в наши дни ученые пришли к выводу, что предельно допустимая концентрация радиоактивных веществ в гитлеровском подземелье превышала допустимую норму в пятьсот раз.

Историки так и не пришли к единому мнению о причинах болезни Гитлера

Впервые Гитлер почувствовал себя очень плохо в июле 1942 г.: болела голова, «прыгало» кровяное давление, дрожали руки. Зимой Гиммлер скажет о нем: «С начала войны фюрер постарел на пятнадцать лет». Более полувека эта облетевшая весь мир фраза не дает покоя медикам и историкам, пытающимся понять причины болезни Гитлера.

Авторитетные психологи наперебой ставят диагнозы: шизофрения, импотенция, некрофилия, паранойя. В 1996 г. английский историк Дэвид Ирвинг изучил личные архивы доктора Морелля, лечившего фюрера с 1937-го по 1945 г., и пришел к выводу, что пациент «А» (так значился Гитлер в медицинских картотеках) не был импотентом, не страдал какими-либо сексуальными отклонениями, не болел болезнью Паркинсона, не был ни шизофреником, ни параноиком. «Ни один диагноз к нему решительно не пристает», — удивляется Ирвинг.

А вместе с тем зимой 43-го пациент «А» принимает 120 — 150 таблеток в день и… катастрофически стареет. Все в окружении Гитлера замечают, что у него «становится все более хриплым голос, нарушается равновесие (на прогулках фюрер заваливается на бок), дрожат руки и ноги, ухудшается зрение, отекают голени ».

Ева Браун — гражданская жена Гитлера, с которой он обвенчался перед смертью, — была самой непосредственной свидетельницей стремительного старения фюрера. Начиная с 1942 г., их личная жизнь становилась все более нервной и все больше напоминала отношения сиделки и больного.

С весны 1943-го документы для Гитлера начали печатать на специальных «фюрерских» машинках с увеличенными втрое буквами, а по маршрутам его прогулок через каждые 20 — 30 метров расставили скамеечки для отдыха. «В августе он часто жалуется на головные боли, в сентябре заболевает желтухой, мучается зубами. В середине сентября с ним случился сердечный припадок, а в октябре понадобилась операция на голосовых связках, — пишет немецкий историк Альберт Цоллер. — Он лежит часами в глубокой апатии, занятый одной мыслью — шоколад и пирожные. Его страсть к сладкому приняла болезненный характер: он съедает до трех тарелок пирожных в день».

У Гитлера наблюдался еще один признак облучения — эйфория. С весны 1944 г. он живет за счет таблеток, уколов глюкозы, витаминов, гормональных препаратов и кислородных вливаний. Морелль настаивает на госпитализации, а Гитлер обвиняет его в измене и увольняет: «Немедленно покиньте мою комнату, Морелль. Вы хотите вывезти меня из Берлина. Я себя прекрасно чувствую и не позволю вам строить козни за моей спиной»…

Состояние эйфории проявилось у Гитлера уже в июле 1942-го. Именно в это время фюрер меняет план сражений. По первоначальному замыслу немецкая армия должна была последовательно наступать сначала на Кавказ, затем на Сталинград. Через Кавказ Гитлер хотел послать высокоподвижные соединения в Индию. В Берлинском архиве по сей день хранится этот план — «Директива-41». Но в «Вервольфе» Гитлер пишет «Директиву-45», где захват Кавказа и захват Сталинграда рассматриваются одновременно.

От этого авантюрного плана фюрера отговаривало все его окружение во главе с Гиммлером. «Наблюдавшаяся и раньше недооценка сил противника принимает гротескные формы и становится опасной», — записал Гиммлер в своем дневнике. Но фюрер стоит на своем: «Германская армия непобедима», — и меняет директиву только на захват Сталинграда. Дальнейшее известно: битва под Сталинградом стала поворотным пунктом войны и истории ХХ столетия — немцы были разгромлены.

Под сохранившимися на сотне гектаров остатками монолитных плит и каменных стен, на глубине в десятки метров, по утверждению той же провидицы Ванги, «затаилась опаснейшая болезнь». Возможно, она находится в законсервированных гранитных подземельях, многоярусных жилых и служебных сооружениях с некогда автономным электропитанием и водоснабжением, системой радиационной и бактериологической защиты, мощной аппаратурой дальней связи. А может быть, в сверхсекретном объекте номер три на втором подземном этаже, в который, судя по всему, до сих пор никто не смог проникнуть.

Исследователи утверждают, что под толстым слоем песчаника, в скалистом грунте на уровне третьего подземного этажа проходила железнодорожная ветка, по которой подвозили какие то таинственные грузы. Толщина стен подземного сооружения достигала пяти метров, а его перекрытий – восемь! Зачем такая мощь?

С волнением брожу, то и дело наталкиваясь на прутья арматуры и выступающие из под земли бетонные плиты, по огромной территории «Вервольфа». По документам, которые в свое время просочились в печать, на его строительстве было задействовано более четырех тысяч человек. В основном наши пленные. В живых немцы не оставили никого из них. Работало немало и немецких специалистов. Большинство из них также были уничтожены. Они покоятся в нескольких братских могилах в ближайших к «Оборотню» селах.

– Пленные размещались здесь же неподалеку, за речкой – в коровниках и конюшнях. Была зима 1942 го, страшно морозная, снежная. Как же они, бедные, страдали! Полураздетые, голодные. Спали прямо на земле. Гнали их на работу колоннами, в оцеплении собак и автоматчиков. Кто падал и не мог больше двигаться – пристреливали.

Елена Лукашевна Деминская, худенькая, с изрезанным морщинами лицом, но еще крепкая старушка, с которой Бог послал мне встретиться нежданно негаданно на окраине леса (она здесь пасла теленка), говорит быстро, словно боясь на успеть рассказать все, что ей пришлось пережить за свои 80 лет. Она одна из трех оставшихся в живых жительниц сел Стрижавка и Коло Михайловка, привлекавшихся немцами к строительству сивки Гитлера.

– Я счищала кору со спиленных деревьев, срубала сучки и ветки. А зачем фашистам нужны были дальше эти сосны и дубы – не знаю. Было несколько колец? заграждений. Мы работали во втором кольце. Бревна грузили на подводы, а пленные везли их в глубь леса. По моему, почти все из них назад не возвращались. Что там робили – мы могли только думать гадать. Один из наших сельских хлопцев, партизан с «Черного леса», как то ночью пришел хлеба картошки попросить и рассказывал о глубоких котлованах и бетонных ходах норах под землей.

Туда нас не пускали, – продолжает Елена Лукашевна. – Везде вышки с пулеметами, дзоты. Пропуска, что нам выдали, охрана спрашивала на каждом шагу: «Матка, документ» – так мы привязывали эти бумажки прямо на лоб и целый день не снимали – дывысь, окаянный, щоб тоби очи повылазылы. Раз как то, это было уже летом сорок второго, я полола картошку и вижу: в сторону леса проехало сама посчитала – пятнадцать легковых машин.

Вокруг мотоциклы с пулеметами, броневики. Потом говорили в селе, что сам Гитлер наведался вместе со своей кралей.

– На территории бункера красиво было – трава посеяна кругом, клумбы с цветами. Я не раз на территорию бункера попадала – привозила немцам огурцы, помидоры, капусту, молоко, – дополняет вторая моя собеседница, давняя подруга Деминской Елена Николаевна Берегеля.

– Свое возили?

– Да откуда свое, у меня детей куча. Колхозное. У нас же колхоз имени Ильича и в оккупацию действовал.

Мужики все на войне, а мы – и скотниками, и ездовыми, и грузчиками были. А куда деваться? Откажешься – расстреляют. Кормить приходилось немцев. Может, и самого Гитлера с его жинкой. Говорят, в глубине леса, еще за одной оградой с проводами, по которым ток пропускали, был бассейн, где они купались.

Но туда даже муха не могла пролететь, так все охраняли. Документы свидетельствуют, что впервые фюрер находился в своей винницкой ставке в июле октябре 1942 года, вторично – в августе 1943 го и пробыл около месяца. Была при нем и Ева Браун. Здесь Гитлер принимал японского посла, вручал железный крест летчику асу Францу Берецброку, сбившему более сотни самолетов.

Другой вопрос: чем, кроме управления военными действиями, занимался фюрер в своей огромной ставке, строившейся на века, с ее подземными лабиринтами в сотни и сотни метров? Вопросами охраны объекта занимался лично Гиммлер, по его указанию зенитные установки сбивали любой, будь то даже и свой самолет, появившийся на подступах к бункеру.

Версий много, и одна противоречивее и вроде бы даже абсурднее другой. Исследования «Вервольфа» (законсервированного путем взрыва всех входов) велись и в 60 е годы, и в 1989 1990 годах в рамках комплексной программы «Гермес», в которой принимало участие 14 союзных институтов. После шурфования, эхолокации, рекогносцировки и съемок местности со спутников, других исследований экспедиции срочно уезжали, увозя с собой засекреченные данные, с которыми мы вряд ли скоро ознакомимся в полном объеме.

Проникли ли ученые и спецслужбы в сам бункер и его объект номер три, который из космоса, как утверждают, воспринимается сплошным черным пятном? Что в нем спрятано? Золото рейха, а может, Янтарная комната? Ведь неподалеку, в поселке Клесово соседней Ровенской области, немцы активно разрабатывали залежи янтаря, считавшегося «арийским камнем». К слову, до сих пор не раскрыта тайна и бункера главы рейхскомиссариата Украины генерала Эриха Коха, который находился в Ровно в массивном здании нынешнего областного краеведческого музея. Есть версия, что часть Янтарной комнаты спрятана в его и соседних залитых водой подземельях.

Имперский советник финансов Гель, который прибыл в Ровно из Берлина с заданием ускорить вывоз ценностей с Украины и которого застрелил легендарный Николай Кузнецов, должен был, как утверждают источники, развернуть в здешних местах производство янтарных украшений, и экспонаты Янтарной комнаты ему нужны были как образцы совершенства. В Ровно остались свидетели, видевшие, как глубокой ночью со стороны вокзала в направлении бункера гауляйтера двигалась колонна машин без номеров, груженных ящиками. Назад грузовики возвращались порожними.

Почти два часа водила Елена Лукашевна Деминская по территории бывшей ставки Гитлера. Разгадка тайн показалась мне еще более недоступной. Бросались в глаза скудность, какая то болезненность здешней природы, чахлость деревьев и кустарников на всей территории «Оборотня», хотя в сотне метров отсюда буйно росли сосны. А вокруг смотрели пустыми проемами окон и дверей десятки заросших травой, недостроенных дач дворцов «новых украинцев». Говорят, что их владельцы находятся в тюрьмах и колониях, иные убиты в криминальных разборках. Недаром считают в округе, что здесь «дурное место, темное, злое».

Комментарий ученого. Действительный член Географического общества Российской академии наук Иван Кольцов, в свое время будучи руководителем засекреченного отдела по биолокации при Совете Министров СССР, занимался изучением подземелий «Вервольфа». Вот его комментарий:

– Есть среди подземных сооружений, построенных гитлеровцами в годы Второй мировой войны, те, что представляют особый интерес и покрыты плотной завесой тайны. Это командные пункты стратегического назначения немецко фашистских войск, именуемые обычно «ставками Гитлера». Всего, как известно, их было семь: «Фельзеннест» («Гнездо в скалах») на горном правобережье Рейна; «Танненберг» («Еловая гора») в горных лесах Шварцвальда; «Вольфшлюхт» («Волчье ущелье») на бывшей франко бельгийской границе под городком Прюэ де Пеш; «Вервольф» («Оборотень») в районе Винницы; «Беренхалле» («Медвежий зал») в трех километрах от Смоленска; «Рере» («Туннель») в Галиции и «Вольфшанце» («Волчье логово») – в Восточной Пруссии, в семи километрах от Растенбурга (ныне польский город Кентшин).

Пожалуй, более других окутана туманом таинственности ставка «Вервольф» в восьми километрах от Винницы. Возведена она была в крайне короткие сроки – менее чем за год. Гитлер руководил отсюда своей армией с июля до октября 1942 года.

Месторасположение объекта также было выбрано не случайно. Предания гласят, что в древние времена здесь стояли культовые сооружения наших предков с сильной положительной энергетикой.

На подземных работах трудились тысячи советских военнопленных. Все они плюс сотни немецких специалистов после ввода объекта в строй были расстреляны. Случай беспрецедентный – «своих» фашисты обычно оставляли в живых. Значит, секретность стройки была наивысшей. В чем тут дело? В ставке? Но строители всех других ставок были оставлены в живых. А может быть, дело в полезных ископаемых, что добывались во время проходки штолен? Или в той продукции, которая изготовлялась из этого сырья на подземных заводах?

Пока ответы на эти вопросы не найдены. Во время исследования, в котором мне довелось участвовать, удалось лишь выяснить, что подземелья «Вервольфа» имеют несколько этажей на разных уровнях с разной удаленностью друг от друга. Все они соединены между собой туннелями, уходящими от ставки на многие километры, например, в сторону населенного пункта Калиновка (пятнадцать километров), где тоже велись какие то подземные работы.

При отступлении многие входы в подземелья, как и саму ставку, гитлеровцы взорвали. Однако сейчас ведутся работы по размуровыванию входов, чтобы создать музейный комплекс, наподобие того, что существует в Польше в «Волчьем логове».

Что касается таинственного объекта номер три, то добраться до него нам не удалось. Однако методом биолокации за мощными бетонными стенами обнаружены огромные массы металлов, в том числе и драгоценных – золото, платина. Фиксируется какое то сооружение из них непонятного предназначения. Тайна будет разгадана только тогда, когда удастся вскрыть железобетонный панцирь объекта номер три. К сожалению, даже во времена СССР на это не хватило средств, во всяком случае, для нашей экспедиции.

http://www.vlasti.net/news/63846#