13.06.2012. - Филиппинские хилеры

Филиппинские хилеры

В западной части Тихого океана расположены острова, которые из-за необычной красочной природы называют «жемчужиной южных морей». Это Филиппины — край, богатый легендами, где весьма активны различные стихии: огонь, вода, воздух. Природа здесь отличается буйным неукротимым нравом.

Время от времени происходят извержения двенадцати действующих вулканов. На островах очень часты землетрясения. Ежегодно сюда «наведываются» до тридцати тайфунов. Возможно, крутой нрав филиппинской природы объясняется геологическим возрастом островов. Ученые считают, что они образовались всего пятнадцать миллионов лет назад в результате извержения вулкана. Буйство природных сил несет не только разрушения, но и рождает поистине уникальные творения животного и растительного мира. Биологи утверждают, что 60% растений, произрастающих на Филиппинах, встречается только на этих островах.

Столь же уникальна духовная атмосфера Филиппин. Почти 90% населения — христиане (83% — католики, 6% — протестанты). Сильно влияние буддизма, ислама, но прежде всего — местных верований. Страх перед злыми духами, вера в амулеты и магические обряды пронизывают всю повседневную жизнь филиппинца. Здесь можно встретить и шаманов, и знахарей, а среди интеллигенции сильно влияние христианского спиритизма. Во второй половине XX века мир узнал о филиппинском чуде. О нем писали, пожалуй, все газеты. Речь шла о хилерах, то есть о целителях, выполняющих хирургические операции без инструментов и наркоза... Большинство хилеров являются членами общества «Унион — эксперитист — христиане де фи-липпино» (первая община официально зарегистрирована в 1905 году). Может быть, этот своеобразный синтез христианской мистики и оккультных учений Востока и создал духовные и нравственно-психологические предпосылки столь высокой способности филиппинцев к целительству.

Два года (1976—1977) провела на Филиппинских островах Нина Григорьевна Борисова. Как профессиональный медик она заинтересовалась методом лечения, который используют филиппинские хилеры. Семерых из них ей довелось узнать поближе — она познакомилась с их семьями, образом жизни, посмотрела их работу, довелось ей и ассистировать на операциях. Обо всем увиденном Н. Борисова рассказала в журнале «Наука и религия» (статья «Филиппинские хилеры» в № 8 за 1994 г.).

Первые, с кем познакомилась Н. Г. Борисова, были Хелен Моргайте и Дэввд Елизальде. К тому времени они уже имели известность, поскольку не один год вели успешную работу. О том, как Хелен и Дэвид стали хилерами, Н. Борисова пишет: «Хелен (по национальности гречанка) была первой целитель-ницей-иностранкой. Прибыла она на острова из Австралии, где занималась лечением с помощью наложения рук. Она считала, что этот дар к ней пришел от рождения, а путь к целительству указал ей «вещий голос». Он часто беседовал с ней, давал советы, как и что делать, а в 1971 году приказал ей бросить все и отправиться на Филиппины, что она и сделала. Хелен в детстве считалась необычным ребенком, в десять лет могла читать чужие мысли, предупреждать о надвигающейся беде, о предстоящих неприятностях. Сначала взрослые считали, что все это

лишь детские фантазии, но, когда она на глазах у взрослых остановила своей подружке кровотечение из раны, многие поверили в ее необычные способности. Вскоре после приезда на Филиппины Хелен познакомилась с Дэвидом Елизальде, двоюродным братом целителя с мировым именем Тони Агпао. Он служил в охране президента Маркоса, а в свободное время занимался целительством. Это знакомство круто изменило судьбу Дэвида — он бросил службу и вместе с Хелен, которой, по его словам, было предназначено свыше стать духовным целителем, полностью посвятил себя исцелению страждущих. Так родилась дружная пара самых известных в стране целителей».

Хелен Моргайте и Дэвид Елизальде основали «Целительный Центр Черного Назаретянина», который посещало не менее 150 человек в день. Среди посетителей обычно было 8—10 иностранцев (одни приезжали лечиться, другие — учиться, третьи — в знак благодарности за исцеление помогали «по хозяйству»). В Центре Н. Борисова видела людей из Новой Зеландии, Англии, Южной Америки, но особенно много было приезжих из США и Японии. Денег с больных целители не брали. Хелен говорила, что исцеляющая сила дана ей Богом и она должна отдавать ее больным бескорыстно. Центр существовал за счет добровольных пожертвований состоятельных людей и самих больных.

Хелен и Дэвид лечили методом «наложения рук», делали квазихирургические операции, практиковали дистанционное лечение. Им удавалось лечить почти все заболевания. Н. Борисова отмечает, что Хелен хорошо знала методы современной медицины и довольно грамотно применяла их, умело использовала китайско-тибетскую практику иглоукалывания. Излюбленным местом для проникновения в брюшную полость у Хелен было околопупочное кольцо.

Первую увиденную квазиоперацию, которую делала Хелен, Н. Борисова описывает так: «Это было излечение хронического гайморита у больного, приехавшего из Австралии. В тот день он стоял за моей спиной, в общей массе любознательных людей возле «операционного стола», бледный, волнующийся, и беспокойно спрашивал у меня (зная, что я врач): стоит делать операцию или нет? Он двадцать лет страдал хроническим гайморитом и безуспешно лечился частыми проколами пазух. Последнюю надежду на выздоровление он возлагал на филиппинских целителей. Я посоветовала ему рискнуть. Подумав, он сделал беспокойный вздох и быстро сел на операционное кресло. Хелен, улыбаясь, приветствовала его порыв, потрогав нос, быстро смазала переносицу раствором скипидара, смочила им же свои пальцы, зажала переносицу между вторым и третьим согнутыми пальцами, сделала два скользящих движения вниз, и в подставленный лоток хлынул поток кровавой массы. Продолжая выдавливать кровь из носа, она извлекала оттуда кусочки тканей. Лоток быстро оказался заполненным. Затем Хелен сделала те же движения пальцами, но только в обратном направлении (к основанию носа), и кровотечение мгновенно остановилось. Больной глубоко выдохнул и выплюнул кровавую массу изо рта. Такими же быстрыми движениями Хелен вдула резиновым баллончиком в нос больного какой-то порошок, заставила его сделать несколько вдохов через нос и отпустила. Больной впервые за много лет задышал носом и с испуганным лицом вышел из комнаты. Такая же ошарашенная стояла и я».

С разрешения целителей Н. Борисова сняла квазиоперации на три кинопленки и пять фотопленок. Однако после проявки получилось только 15 отснятых слайдов и один пятиминутный фильм. Расстроенная неудачей, она рассказала о ней Хелен. Та объяснила: «Это моя работа. Я не хотела, чтобы у вас что-либо получилось, вы из России, а я раньше никогда не видела русских и.отнеслась к вам недоброжелательно. Потом я изменила свое впечатление о вас и дала вам возможность сделать эти снимки». И еще добавила, что очень хотела, чтобы о ней узнали в России.

Каждый прием больных начинался с прослушивания записи с пением молитв и хвалой Богу за дарованную присутствующим духовную силу. Хелен обходила собравшихся больных и отбирала для квазихирургического лечения 8—10 наиболее тяжелых, ими она обычно занималась в конце приема. Затем начинала обслуживание повторных (курсовых) больных, которых передавала на долечивание многочисленным ассистентам. После первой половины приема (с 10 до 12 часов) наступал часовой перерыв, во время которого целители много шутили, курили и пили по несколько чашечек крепкого кофе. Перерыв заканчивался молитвой, и в час дня начинался прием больных, отобранных для квазихирургического лечения. «Никакой специальной подготовки рук, принятой в традиционной хирургии, не проводилось,— отмечает Н. Борисова.— Операции шли быстро, молча. Один больной вставал, другой ложился. Целители не отходили от стола в течение часа, иногда оперировали в четыре руки, подстраховывая друг друга. В движениях целителей чувствовалась сосредоточенность, напряженное внимание, темп. Надо распределить запас энергии на все операции. Хелен говорила: это очень важно, это все равно что совершить полет в космос. Энергии должно хватить не только туда, но и обратно».

Рабочий день хилеров заканчивался около двух часов. Часть больных уходила домой сразу, часть еще отдыхала. Всем прооперированным рекомендовалось в течение 30 минут отдохнуть — во избежание возникновения обмороков или усиления болей на месте операции. После операции больному некоторое время нельзя было мыть тело, растирать мочалкой место вмешательства, поднимать тяжести и употреблять алкоголь. Через два дня больной должен был явиться на повторный осмотр. Если при осмотре не отмечалось улучшения, пациента повторно пролечивали, и так до наступления ожидаемого эффекта.

Хелен оперировала и мужа Н. Борисовой: «Еще до поездки на Филиппины врачи обнаружили у него язву желудка и двенадцатиперстной кишки. Осмотрев его, Хелен решительно предложила операцию. Он согласился... Сам он комментировал операцию скупо: «Не больно, не страшно, но удовольствия мало». Через несколько дней после операции боли в желудке стихли. В течение двух лет они его не беспокоили, не требовалось никакой диеты. Через год, будучи в отпуске в Москве, он вновь прошел полное обследование — исчезли даже следы язв».

Дэвид Елизальде слыл к тому же еще и большим специалистом лечения «наложением рук», которое часто сочетал с вибрационным массажем. Массаж он применял там, где имелась большая толща мышц или сильные жировые отложения.

Свои способности исцелять людей Хелен объясняла Н. Борисовой так: «Я глубоко верующая женщина. Я могу вступать в контакт с космосом, своим покровителем, и даже Богом. Каждый день я много молюсь и прошу дать мне исцеляющую духовную силу. У меня хорошее настроение и отличное здоровье. Если у целителя плохое здоровье, плохое настроение, плохой сон, если он плохо служит Богу, тогда у него не будет и необходимых духовных сил, и он не имеет права заниматься цели-тельством».

Хелен очень дорожила своим даром лечить больных и была всегда весела, здорова, освобождала себя от земной суеты, много молилась, постоянно стремилась совершать добрые дела. Свое лечение она часто называла лечением верой — верой во врача, верой в возможности выздоровления, верой в божественную силу (энергию). Чтобы не спугнуть Святой Дух, она не меняла интерьер своей лечебницы. Хелен всегда подчеркивала, что целебная сила не есть свойство, данное человеку на всю жизнь. Она была счастлива на Филиппинах, но очень скучала по своей стране, мечтала вновь побывать там, однако опасалась, что в новой среде Святой Дух покинет ее. И все же спустя год (в 1977 году) она вместе с Дэвидом уехала в Австралию.

Расставшись с этой парой, Н. Борисова начала искать встречи с другими целителями. Ей сказали, что на Филиппинах не более 300 известных целителей, и только четверо-пятеро проживают в столице. Среди них Виргилио Гутиеррис — целитель, как говорится, от бога. Н. Борисова познакомилась с ним. Отношения установились самые добрые, дружеские. Виргилио было 39 лет, он коренной филиппинец, йог, каждый год посещал Индию, где продолжал совершенствоваться в йоге, тренировать свое тело и дух. Гутиеррис известен не только на Филиппинах, но и за рубежом. Он побывал в Японии, в Германии и в США. Целительству начал обучаться с семи лет, а к двадцати годам уже мог оперировать. Н. Борисова пишет: «Мне довелось увидеть около сотни сделанных им операций, дважды испытать это его искусство на себе и провести с ним небольшие экспериментальные исследования. Кроме того, он не раз оказывал помощь нашим морякам. Вообще мне показалось, что он не знает, что такое отказать. В своем доме он открыл настоящее учебное заведение для целителей, в котором они могли при желании вести приемы, а по воскресеньям его дом превращался в молельный храм. Сам Гутиеррис принимал больных три раза в неделю, остальное время проводил в горах, на природе. Ел один раз в день, неукоснительно соблюдая все посты. Оперируя, он мог выполнять все манипуляции с закрытыми глазами, исцелял не только людей, но и животных, обладал способностью активизировать рост растений. Спектр его способностей был необычайно широк. Он говорил, что поддерживать хорошую форму ему помогает умение войти в транс и в нужный момент из него выйти, что многое дают занятия йогой».

Гутиеррис лечил глухоту, холецистит, гайморит, гастрит, пояснично-крестцовый радикулит, экземы, бронхиальную астму, стенокардию, язвенную болезнь, варикозное расширение вен и т. д. Одна операция потрясла Борисову: «Перед самым отъездом в Москву, когда кончились все мои кинопленки, я пришла утром в клинику Гутиерриса. В это время появился человек, которого под руки вели родственники. Он был очень бледен и еле шел. Его быстро положили на кушетку. Гутиеррис осмотрел больного, сказал: «Язва в кишечнике, немного кровоточит», и стал готовить больного к операции. Он долго выравнивал общее поле больного, затем смазал живот специально приготовленным кокосовым маслом и, как обычно, быстрыми движениями пальцев раздвинул кожу, затем подкожную клетчатку, выделил место для вскрытия брюшины, сделал несколько движений пальцами над брюшиной. Раздался свистящий шумок... и обнажился кишечник. Гутиеррис быстрыми движениями стал перебирать петли кишок, как заправский хирург, пока в начальном отрезке толстой кишки не нашел язвочку, он показал ее мне. На вид это было небольшое конусообразное возвышение, чуть отечное. Целитель поводил над ней несколько секунд пальцем, делая при этом свои пассы, и опустил кишечник в брюшную полость. Дальше все шло так, как при обычной квазиоперации,— быстро и последовательно. Спустя 8—10 минут все закончилось. Больной продолжал лежать на кушетке бледный, с лицом, покрытым испариной, говорил тихо, был очень слаб. Через 30 минут он встал и, поддерживаемый родными, пошел домой. Предварительно родственники получили от Гутиерриса бутылочку травяного настоя. Спустя еще два дня я пришла, чтобы окончательно попрощаться, и вновь увидела этого больного. Он был здоров на вид, жалоб не предъявлял, а пришел для того, чтобы взять еще одну дозу настоя трав. Гутиеррис рекомендовал ему не заниматься физической работой еще в течение месяца и продолжать прием травяного настоя».

Сами филиппинские целители болеют как обычные люди, и им также бывает нужна врачебная помощь. Однажды у Гутиерриса из невинного воспаления ногтевой фаланги на стопе развился обширный воспалительный процесс всей стопы. Возникла угроза септического процесса. Первую неделю он переносил заболевание стойко, ходил с температурой 40 градусов, принимал больных, хотя делать это было ему тяжело. Операции часто не получались. Н. Борисова предложила Гутиеррису свою помощь, но он упорно ее отвергал. Наконец Нине Григорьевне было разрешено ежедневно осматривать место воспаления. Состояние больного ухудшалось. Спустя десять дней разделяющая линия между здоровой и мертвой тканью дошла да середины стопы, стали отторгаться не только мертвые ткани, но и костные фаланги пальца. Коллеги ежедневно подпитывали Гутиерриса своей энергией, но это не помогало. Только тогда он разрешил Нине Григорьевне провести курс лечения антибиотиками. Через две недели его общее состояние стало улучшаться, стопа очистилась от омертвевшей ткани, хотя, к сожалению, и осталась без одного пальца.

В течение последующего месяца целитель не подходил к больным, так как имел, как говорил он, больную энергию. Прием больных вели другие целители. Обсуждая этот случай, Гутиеррис согласился, что там, где есть серьезная инфекция, лечения одной биоэнергией недостаточно. Надо добавлять целебные отвары трав или использовать методы современной медицины. Однородная энергия не дает организму необходимого исцеляющего эффекта, поэтому не всегда можно лечить самого себя. Наконец, Гутиеррис признал, что сочетание при лечении больных методов традиционной и нетрадиционной медицины вполне возможно.

Н. Борисова отмечает, что многие европейцы, уже имеющие в своей стране солидную врачебную практику, годами посещали клинику Гутиерриса, стараясь овладеть его методом врачевания. Но не у всех это получалось. Филиппинские целители основную причину неудач европейцев в освоении квазиоперации видели в особенностях мышления белого человека. По мнению хилеров, европейцы уже не так тесно связаны с природой, не могут безраздельно растворяться в ней. Они меньше связаны с богом, с космосом. Их мышление анализирующее, критическое, в нем много недоверия. И это не дает им возможности быть «детьми» природы, принимать ее такой, какая она есть, и жить по законам Вселенной.

Для филиппинца путь к целительству также не прост, далеко не каждому открываются его тайны. Н. Борисовой довелось встретиться с одной из лучших целительниц — Жозефиной Сайсон, жившей в глухой сельской местности в 250 километрах от столицы. Ей было всего 14 лет, когда учителя составили для нее целую программу. Она должна была уйти на шесть месяцев в горы, молиться там целыми днями, 42 дня голодать, 42 дня молчать, не проявляя никаких забот о своем теле. «Я очень хотела выполнить все это, но не хватало выдержки, воли,— рассказывала Жозефина.— Через две-три недели программа срывалась, и приходилось все начинать сызнова. Так повторялось пять раз. Только на шестой раз я одолела ее. Измученная, возвращаясь в село, я подошла к церкви и увидела нищего. И вдруг оказалось, что я вижу все его внутренности. Они были черные. Вещий голос сказал мне: «Иди к нему и лечи». Что было дальше, не помню».

Тяжело перенесла Жозефина открывшийся у нее дар — он пугал, тревожил, в течение нескольких дней после первого лечебного опыта она испытывала страшную слабость. Но, преодолев свою немощь, она стала принимать больных. Первое время — не более двух человек в день. После приема сама чувствовала себя как больная. Так продолжалось несколько лет. Объясняя свое состояние, Жозефина говорила: «Мое тело служило каналом, через который Святой Дух воздействовал на больного. Святой Дух силен, он ослабляет тело». Теперь она сильная, уверенная в себе целительница. Может принимать любое количество больных. Диагностирует «внутренним зрением», лечит путем наложения рук и надавливания на биологически активные точки, делает квазиоперации. Вся округа (в радиусе 150 км) лечится теперь только у нее, и у нее же лечат крестьяне свою живность.

Ее искусство оперировать Н. Борисова испытала на себе. На правой голени у нее были остаточные явления тромбофлебита. Сайсон осмотрела ногу, и не успела Нина Григорьевна дать согласие на операцию, как ощутила быстрое вхождение ногтей в кожу и увидела раскрываемую рану. Голова закружилась, появилось состояние тошноты, и Нина Григорьевна попросила приостановить операцию и закрыть рану. Голосом, не терпящим возражений, Сайсон ответила: «Спокойно, все идет по программе». Через 5—7 минут все было закончено. Спустя 30 минут нога стала нестерпимо болеть, появилось чувство жжения на месте операции. Однако через 5—6 часов эти явления прошли. Правда, когда Н. Борисова на следующий день замерила электрический потенциал биологически активных точек на месте операции, показатели были максимальными. К норме они пришли только через трое суток.

Кроме того, Н. Борисова рискнула сделать у Жозефины операцию по поводу обострения хронического холецистита. «Я хорошо помнила неприятные ощущения от первой операции, но боли в области желчного пузыря не проходили. Жозефина приветствовала мое решение, охотно осмотрела мою печень и, засуетившись, стала готовиться к операции. Однако от кровавой операции я категорически отказалась. Тогда она предложила щадящий, бескровный вариант лечения. Из настенного шкафа она извлекла баночку с кокосовым маслом и сказала: «Это целебное масло, обработанное моими руками семь раз. Его я применяю в особых случаях, но для вас я его использую». Смоченную в нем ватку она быстрыми движениями пальцев втерла мне под кожу в районе желчного пузыря, затем медленно повернула меня на живот и как бы выдавила из кожи эту ватку на спине из той точки, куда отдавала боль. Жозефина показала мне ватку, и я была удивлена тем, как она смята, отжата и суха. Я не ощущала никаких болей, никакого дискомфорта. Настроение было хорошее. Но по дороге домой, приблизительно через 30—40 минут, опять почувствовала нестерпимые боли в желчном пузыре, спустя еще час я от боли уже не сидела, а лежала в машине. Через шесть часов боли стихли, и я почувствовала себя вполне сносно... Правда, когда в последующие три месяца, отбросив все предосторожности, я с жадностью набросилась на филиппинские специи, боли возобновились — видно, мой организм все-таки не был приспособлен для такой пищи».

Анализируя свои наблюдения над целителями, Н. Борисова отмечает, что процесс их обучения связан со многими серьезными опасностями. Так, длительное возбуждение подкорковых центров во время обучения обязательно возбуждает и кору головного мозга, отчего может пострадать вся нервная система. На Филиппинах готовят целителей постепенно, медленно, в течение десятков лет приучая к новому мышлению, формируя новый духовный мир человека, тренируя одни реакции и приглушая другие, обучают умению не переходить допустимую грань эмоциональности и т. д. Это школа, в которой обучаются десятки лет и совершенствуются всю оставшуюся жизнь. Целитель — не только призвание и профессия, но и определенный образ жизни. Кроме всего прочего, каждому из них обязательно нужен учитель.

Анализируя имеющийся объективный материал, свои личные наблюдения, впечатления, данные исследований известных энтузиастов-ученых, Н. Борисова заключает, что филиппинские квазиоперации — не миф и не проделки ловких иллюзионистов, а реально существующая практика. Приблизительно в 70 процентах случаев наступает существенное улучшение, а иногда и полное выздоровление пациента.

Н. Борисова пишет: «Внешне квазиоперации смотрятся просто. Незнакомый врачевателю пациент из общего потока больных ложится на стол и оголяет больное место. Для начала целитель пассами рук создает мощное однородное поле вокруг больного (а может быть, создает единое поле с больным), затем накладывает свои руки на больное место и как бы нащупывает «что-то», ориентируется, руки замирают в одной точке. Целитель концентрирует свое сознание (входит в транс), затем через несколько секунд делает резкий бросок ладоней в глубь тела. При этом он совершает пальцами быстрые, вибрирующие, поступательные движения. Пациент ощущает точечную боль, когда он вводит в кожу первые фаланги пальцев, затем чувствует легкие, разрывающие и продвигающиеся движения пальцев вглубь. Потом начинается раздвижение краев раны, и появляется первая кровь. Убрав ее ватным тампоном, можно рассмотреть образовавшуюся конусообразную рану и подлежащие ткани, которые кровоточат уже меньше, чем сама кожа. Пальцы целителя работают так быстро, что проследить и осмыслить, что за чем следует, довольно трудно. Только сознательное расчленение операции на фрагменты, длительное наблюдение, дополненное личными ощущениями перенесенных операций, дало мне возможность осмыслить происходящее. Я поделилась своими выводами с целителями, рассказывая им о последовательности их действий в момент операции,— они очень удивлялись. Их сознание не фиксировало эту последовательность. Всеми движениями рук, как считают они, руководит кто-то изнутри них, все делается на каком-то подсознательном уровне. Закрытие раны происходит с помощью движений пальцев и ладоней того же характера, но с еще большей скоростью и в обратном направлении. Края раны как бы тянутся за пальцами и занимают их место в момент ухода, поэтому проследить, что от чего зависит, трудно. Тягучая консистенция кожи дезориентирует наблюдателя. Целитель производит последние, контрольные движения пальцами вдоль соединившихся краев раны, и место операции очищается от крови. На коже после смыкания краев раны в первые секунды еще можно отметить (на фоне легкого покраснения) только белесый, слегка возвышающийся рубчик, который через несколько секунд бледнеет и исчезает. Если немного затянуть момент очищения от крови места операции, то рубчик можно уже и не увидеть. Не остается никаких следов операции. В течение последующих двух-трех часов операционное поле испытывает чувство жжения и на месте операции повышается кожная чувствительность. Боли иногда появляются позже и держатся недолго. Сам оперируемый в момент операции бледен, возбужден, часто покрыт «испариной», отмечается яркая вегетативная реакция. Вопросы он воспринимает как идущие издалека, отвечает на них односложно и неохотно. Активно двигаться пациент начинает сразу после операции, но ему все же рекомендуется отдохнуть в тишине не менее 30 минут. Выполнив все рекомендации, больной возвращается в относительно нормальное состояние приблизительно через час и уходит домой. Время операции может варьироваться от 3 до 15 минут. Если разделить его по фазам, то на образование раны уходит не более 30 секунд, столько же — на закрытие, остальное время остается непосредственно на кровавое вмешательство».

В тело пациента целители проникают по-разному. Одни оперируют больного, находясь все время в состоянии транса. Такие врачеватели работают автоматически, как бы ничего не видя, на вопросы не отвечают, делают все быстро. Они очень чувствительны к различным внешним воздействиям. Например, целитель Терте в момент операции упал в обморок от вспышки молнии. Другие входят в транс только в начальный момент, а затем становятся контактными, с ними можно разговаривать, они отвечают на вопросы. Так, например, работает Жозефина Сай-сон. Некоторые входят в транс лишь на секунды, а затем направляют всю целительную энергию только в руки.

Есть группа хилеров, производящих рассечение тканей на расстоянии, не касаясь тела пациента. К примеру, Жуан Бланке вскрывает кожу пациента одним рассекающим движением указательного пальца, находящегося над больным на расстоянии 15—20 сантиметров. Образуется небольшая (в 2 см) рана, над которой медленно появляются капельки крови. Почти все больные при этом испытывают небольшую боль, как при порезе кожи. Затем боль исчезает. Весь дальнейший лечебный процесс осуществляется через двухсантиметровый разрез. Заживление идет как при обычной резаной ране. Иногда Жуан может взять палец постороннего человека в свою руку и проделать им разрез кожи больного. Это, по его словам, подтверждает, что биологическая энергия без труда передается другому человеку.

Борисова пишет, что целители готовят себя к рабочему mi" гакже по-разному. Одни предварительно, часа за три до операции, совершают дома литургические песнопения, читают МОЛИТВЫ, отрывки из Библии. Она приводит слова, которые in чип in обязательно произносят: «О Ты, Великая, Беспре-Вальная Сила. Ты, великое Пламя жизни, которой я являюсь шин, искрой. Я предаюсь Твоей Целительной Силе, дабы она Протекала через меня и подкрепила, восстановила и исцелила человека. Дай Твоей Силе проникнуть сквозь меня, чтобы ни 1 человек почувствовал Твою жизненную Энергию, Силу и Жизнь и смог бы проявить ее в лице Здоровья, Силы и Энергии ( делай меня достойным протоком Твоей Силы и используй меня для Добра. Мир будет при Твоем целительном труде». Обычно в такие минуты на столе у целителя разложены мази, медикаменты, вода: все это накануне принесли больные для подпитки их духовной энергией. Есть целители, которые ночь напролет совершают молебен, разные ритуальные обряды. Это дает им целебную силу на следующий день. Другие совершают молебен только перед самой операцией.

В 1973 году профессор Шиблер и профессор Кирзгезер наблюдали, как целитель Бланко проводил инъекцию энергии больному. Один из профессоров испытал эту процедуру на себе. На коже плеча, где была сделана инъекция, остался след и даже небольшое кровоизлияние. В другой раз ученые положили на пути «укола» листок фольги. Он оказался пробитым. Значит, сила энергии была достаточно велика. При инъекции энергии больной почти всегда чувствует боль. Перед процедурой целитель правой рукой касается открытого текста Библии, утверждая, что таким образом он берет оттуда энергию, и формирует пальцы как для работы со шприцем, затем через воображаемый шприц вводит энергию в тело пациента. Некоторые, чтобы подготовить больного к операции, делают от двух до четырех инъекций.

Почти все целители перед операцией подпитывают пациента своей энергией, хотя каждый это делает по-своему. Считается, что больные приобретают при этом большую выносливость и сопротивляемость к заболеванию. Н. Борисова считает, что эта процедура важна и для целителя — она создает уверенность, что его вмешательство пройдет успешно, что организм больного ответит на операцию мобилизацией своих энергетических сил.

Есть в статье Н. Борисовой рассказ об очень интересной беседе с целителем Максом. Действительно ли целители обладают энергией, которую они якобы чувствуют и которой свободно оперируют. На вопрос «Как вы манипулируете своей энергией?» Макс сказал следующее: «Да, мы владеем энергией, мы ее очень чувствуем, и создается она в голове, в результате молитв. Правая сторона тела вырабатывает положительную энергию, левая — отрицательную». Хилеры легко меняют направление действия энергии и ее заряд. На Филиппинах в основном все целители работают с положительной энергией. Если сравнивать квазиоперации с обычными, то разница между ними очевидна. Обычная операция механически устраняет причину болезни и таким образом помогает восстановить нормальную функцию органа. Квазиоперация делает это не всегда. Зачастую целитель воздействует непосредственно своей энергией на больной орган, чем и восстанавливает его нормальное состояние. Например, при лечении аппендицита хилер вскрывает брюшную полость и извлекает аппендикс наружу вовсе не для его удаления, а для непосредственного воздействия на него энергией. Совершая легкий массаж своими пальцами, он освобождает аппендикс от содержимого, после чего возвращает его на прежнее место. Через день наступает улучшение, а затем и выздоровление. Это не раз подтверждалось при контрольном осмотре дипломированными врачами. Дело в том, что при квазиоперациях цель вмешательства иная, нежели в обычной хирургии. Она состоит в том, чтобы восстановить патологически измененную функцию органа, создать благоприятные условия для стимуляции организма, который сам побеждает свои болезни. Если что и удаляется при квазиоперации, то только кусочки жировой или соединительной тканей, лимфоузелки, сгустки крови и т. д. Целители говорят, что эти частицы как бы олицетворяют в их сознании болезнь, и, удаляя их, они изгони ют болезнь из тела человека.

Н. Борисова описала также процедуру удаления зубов. «Запомнилась такая сцена. Сидят в ожидании помощи больные. Среди них несколько человек с зубной болью. Вдоль рядов проходит целитель и спрашивает, кого что тревожит. Один из сидящих открывает рот и показывает больной зуб. Целитель, заглядывая в рот, трогает зуб и проходит дальше. Минут через пять он возвращается и удивленно спрашивает, почему больной продолжает сидеть с раскрытым ртом, ведь больной зуб ему уже удалили».

Общие черты характера всех целителей — воля и упорство, желание помочь больному. Это великое стремление в виде «вибрационной» волны направляется в нужный пункт, в результате чего и достигается исцеляющий эффект. Н. Борисова спрашивала целителей: как они определяют, какой вид лечения нужен больному, на чем они основываются, когда предлагают то или иное вмешательство? Гутиеррис ответил так: «Осмотреть больного — все равно что прослушать музыку. Она сама настраивает сознание на определенный лад. Один от прослушанной музыки смеется, другой грустит, третий возбуждается и т. д. Все происходит помимо нашего сознания, здесь работает подсознание».

Борисова попыталась рассказать о том, что ей довелось увидеть, прочувствовать, когда она общалась с хилерами в течение двух лет пребывания на Филиппинах. Однако она только приоткрыла завесу над тайной этого феномена.

http://earth-chronicles.ru/news/2012-06-12-24640