Эта история началась на Алтае в конце девятнадцатого века. Однажды купец Семен Никифоров, торговавший в отдаленных алтайских поселках мануфактурой, возвращался поздно вечером в свое селение лесной дорогой с партией товара и большой суммой денег, вырученной от продажи, заложенной должниками, недвижимости.
С ним был его сын и три работника. С наступлением темноты их повозки подверглись нападению вооруженных бандитов. В первые же минуты стычки нападавшие застрелили сына Никифорова и двух его работников. Сам он смог вырвать у одного из грабителей ружье, но тот ударил его в грудь ножом. Никифоров все же смог вырваться и убежать в чащу. Бандиты пытались добить его, но мрак и лесная чаща стали его союзниками, и купец смог убежать.
Вероятно, вследствие ранения, он потерял ориентир в лесу, истекал кровью, а часа через три блуждания понял, что вышел на берег реки Обь. Сил идти дальше не было и оставалось надеяться только на чудо. Купец прошел несколько метров вдоль берега, содрогаясь от озноба , и вдруг инстинктивно почувствовал в зарослях кустарника какой-то источник тепла. Подойдя ближе, он скорее нащупал, чем разглядел огромный валун. Исходящее из камня приятное тепло наполняло все тело, и, устремив глаза к небу, Семен Никифоров приготовился умирать у этого камня. Вскоре сознание оставило его.
Очнулся он на следующий день. И не сразу вспомнил все обстоятельства случившегося вчера, а когда память вернулась к нему, заметил, что рана уже затянулась. Семена также поразило, что его тело наполнено какой-то легкостью и он без усилия поднялся с камня, как будто и не было вчерашнего ранения и нескольких часов отчаянных блужданий по ночному лесу. Он попытался найти естественную причину своего исцеления и подумал о камне, потрогал его рукой и обнаружил, что камень необычно теплый. Отправившись в сторону дома, он делал своим маленьким перочинным ножичком отметки на деревьях, чтобы потом было легче найти место своей необычной ночевки.
Последующие несколько недель ему некогда было вспомнить об этом камне. Надо было устроить похороны своего сына и работников.
Затем купец показался врачу по поводу своего ножевого ранения. Тот долго осматривал его и пришел в полное недоумение.
— Судя по шраму, у вас должно было быть очень тяжелое и глубокое ножевое ранение, которое требовало бы серьезного хирургического вмешательства, — наконец сказал он. — У вас должно было быть повреждено легкое. А к тому же, глядя на шрам, я бы сказал, что вас ранили года два или три назад. Так хорошо он зарубцевался.
Услышав такое, Семен рассказал все обстоятельства своего спасения своим односельчанам. Рассказ обсуждали "всем миром". В конце концов порешили отправить экспедицию на поиск камня. Однако, то ли Никифоров ставил свои метки недостаточно аккуратно, то ли какая-то сила сбивала мужиков с толку, только камня та экспедиция не нашла.
Со временем этот рассказ перешел в область местных преданий. Одни действующие лица той истории умерли, другие через какие-то десять лет стали сомневаться в реальности всего случившегося. Один только Семен Никифоров до самой смерти свято верил в истинность всего случившегося, хотя попыток найти камень более не предпринимал.
Но вот зимой 1916 года о камне пришлось вспомнить снова. Случилось так, что группа мужиков и молодых парней поехали на ярмарку. Ехали они по берегу Оби. На первой ночевке один из молодых парней захотел вернуться назад. Лошадь и сани ему не дали, и он решил идти пешком. По дороге он простудился и шел медленнее, чем рассчитывал. Чтобы не быть застигнутым темнотой посреди замершей реки, он начал засветло искать место для ночлега. Тут он заметил камень, вокруг которого не было снега. Он решил подняться туда, чтобы переночевать. Когда же он закончил все приготовления к ночлегу, прислонился к камню и поразился тому, что он теплый. Когда же после ночевки возле этого камня, он почувствовал, что и его простуда прошла, парень вспомнил предание о купце Никифорове и решил привести к камню всех своих односельчан. На сей раз найти его не составило труда. Сельчане определили его так же, как и первооткрыватель — с берега Оби было легко заметить черную каменную глыбу, вокруг которой почему-то не ложился снег.
Камень стал местом настоящего паломничества. По краю стали ходить легенды о чудесном исцелении прикоснувшихся к нему. Так один ссыльный эсер столь серьезно болел чахоткой, что даже не мог прийти к камню сам — его привезли на санях. Проведя возле чудесного камня всего одну ночь, он настолько поправился, что тут же отправился в Санкт-Петербург делать революцию. Другой молодой человек исцелился возле камня от "падучей" (так в то время называли эпилепсию). Почти все сходились на том, что даже нескольких минут, проведенных возле камня, достаточно для того, чтобы вылечиться. Но, постепенно местные старожилы начали замечать, что камень становится менее теплым и стали ограничить доступ к камню.
Против камня выступил местный православный священник, который увидел в поклонении камню элементы языческой ереси.
Негативное отношение церкви поначалу обеспечило камню терпимое отношение большевиков. Активист "союза воинствующих безбожников", который печатался под псевдонимом Моисей Пролетарский, писал в 1923 году в журнале "Безбожник" об этом камне, как о примере гонения "буржуазно-помещичьей" православной церкви против "стихийно революционных" верований "угнетенных классов".
Дальнейшая судьба камня весьма печальна. В период коллективизации его приехала исследовать ученая комиссия, которая не установила в камне никаких сверхъестественных особенностей. Даже температура его не отличалась от температуры других камней. После этого один комсомольский активист рассчитал, как можно столкнуть эту огромную каменную глыбу с обрыва в реку с помощью одного маленького трактора. Местные жители предполагали, что камень "сумеет себя защитить". Однако шоу по низвержению камня, которое, по замыслу его устроителей, имело такое же значение, как и свержение церковных колоколов с колоколен, прошло успешно.
Молва, правда, утверждает, что тот молодой человек плохо кончил. Место, куда был сброшен камень, также считалось в тех местах проклятым. Говорили, что там образовался страшный омут, в котором утонул не один человек.
Спустя какое-то время группа энтузиастов задалась целью поднять камень. Вооружившись водолазным снаряжением, они обследовали дно в том месте, куда он был сброшен, но камня не нашли. Вероятно, его отволокло вниз по реке подводное течение, которое бывает очень мощным в период ледохода.
При использовании материалов с сайта активная ссылка на него обязательна
