Несмотря на то, что все мегалитические храмы Мальты давно раскопаны, а в интернете есть довольно много научных публикаций, им посвященных, их место в культуре доисторической Европы не определено окончательно. В течении нескольких последних лет историки и археологи выдвинули несколько оригинальных гипотез о происхождении мальтийских мегалитов.
Строительство храмов на Мальте началось намного раньше, чем в континентальной Европе (древнейший из известных – Cairn de Barnenez, Финистер, Франция, 4500 г. до н.э.), а, значит, мальтийские мегалиты во многом являются прототипами для памятников других регионов. Очевидным является и тот факт, что культуры доисторической Мальты во многом связаны с Сицилией, поэтому археологи предполагают, что Мальта была культовым центром народов сицилийского неолита-палеометалла. Историки определили, что мегалитические храмы Мальты, подобно другим мегалитам Западной и Южной Европы служили археоастрономическими визирами, отсекавшими пучок света при восходе Солнца в дни солнцестояний, а также в дни равноденствий, что достаточно редко встречается на мегалитическом ареале.
На Мальте отсутствуют бесспорные доказательства того, что остров был обитаем в верхнем палеолите и мезолите. Неолит появляется здесь, как говорят археологи, «готовым пакетом», то есть без предварительных фаз и включает в себя основные достижения цивилизации этого времени: керамику, земледелие и скотоводство. Ранний (дохрамовый) неолит Мальты представлен пещерой Гхар-Далам, в которой древнейшие свидетельства неолита датируются 5400 г. до н.э.
Традиционно, появление производящего хозяйства на острове историки связывали с ближневосточными влияниями. Вместе с тем за некоторыми исключениями (например, Шанидар) пещеры на Ближнем Востоке не служили жилищами или местами долговременных стоянок. К тому же археологический инвентарь пещеры можно охарактеризовать как скотоводческий с чертами, присущими так называемому «Африканскому скотоводческому комплексу» и известными в археологии как «хартумский неолит» или «сахаро-суданский комплекс». Этот комплекс возникает в Сахаре более 10 тыс. лет назад и представляет отличную от ближневосточного неолита культурную традицию.
Керамика периода Гхар-Далам характеризуется как локальный вариант керамики импрессо (кардиум). Этот тип керамики, получивший своё название от того, что на посуду, наносился штампованный орнамент (как правило – при помощи раковин Cardium), широко распространён на островах и побережьях Западного Средиземноморья, а также на атлантическом побережье Пиренейского полуострова. Считается, что такая керамическая традиция возникла в Гебале (Библе) в IX тыс. до н.э., откуда мигрировала в Македонию (Пре-Сескло), а оттуда распространилась в Западном Средиземноморье и в Адриатике (культуры Данило и Хвар).
Однако гебальская керамика исчезла также внезапно как и появилась, не оставив после себя значительного продолжения, между ею и западно-средиземноморским импрессо существует значительный хронологический разрыв. Напротив древнейшее импрессо появляется в Сахаре в IX-VIII тыс. до н.э. независимо от гебальского. Более того, культуры импрессо обладали значительным мореходным потенциалом, неизвестным у культур Ближнего Востока, что позволяет объяснить возникновение импрессо в различных регионах импортом. Согласно исследованию украинского археолога Дмитрия Гаскевича, носители этой культуры в VI тыс. до н.э. заселили не только указанные области, но и оказали значительное влияние на формирование Буго-Днестровской культуры.
После фазы Гхар-Далам (5200-4500 гг. до н.э., аналог сицилийской культуры Стентинелло) наступает фаза Скорба (4500-4100 гг. до н.э.), в которой в зависимости от преобладающего типа керамики, выделяют «серую» (на Сицилии – Серра-д’Альто) и «красную» (Диана). Поскольку изменения в этой фазе значительны, в современной науке основная дискуссия касается двух основных аспектов: соотношения автохтонного и пришлого (в частности – появление храмов и культовых статуэток) и направления влияния. Так, женские статуэтки из глины и терракоты относят в ориентальным влияниям, а иные по технике исполнения каменные статуэтки – к иберийскому, причем особое распространение эти иберийские идолы получат в бронзовом веке на Кикладах. Поселение Скорба возникает ок. 4850 г. до н.э., т.е. в середине фазы Гхар-Далам, тогда как возникновение храма близ поселения считается временем начала «серой Скорбы». В силу этого, ряд исследователей склонны удлинять время строительства храма до 5000 г. до н.э.
Период позднего неолита (4100-2500 гг. до н.э.) отмечен расцветом храмового строительства, в это время было возведено большинство мегалитических храмов, таких как Зеббудж, Шамшия, Мджарр, Джгантия, Мнайдра, Та Хаджрат, Хаджар-Ким, Хал Сафлиени и Таршиен. В это время происходит постепенная утрата связей между островами Западного Средиземноморья и возрастают влияния континентальных культур, прежде всего европейских. В основе дискуссии о позднем неолите остается проблема инокультурных влияний и связанный с ней вопрос о причинах упадка храмовой культуры Мальты.
Смена храмовых периодов не приводила к уничтожению или запустению прежних храмов, местное население продолжало использовать их для погребений, что указывает на значительную преемственность. В числе влияний большое внимание уделяется иберийским (культура лос Мильярес) и критским элементам. Свидетельством проникновения на Мальту критского населения могут служить сохранившиеся в античных источниках упоминания о завоеваниях Миноса на западе. Из заслуживающих внимания гипотез о причинах упадка мегалитических храмов Мальты следует выделить такие: аридизация климата, гражданская война, иностранное влияние, истощение земли или других природных ресурсов Мальты и/или Сицилии.
Встречающиеся после 3000 г. до н.э. одиночные случаи кремации, которые могут указывать на проникновение индоевропейцев, ведь кремация часто служит одним из довольно достоверных индикаторов их появления в Европе. Урновые кремации в цистах и дольменах, характерные для следующей фазы – некрополя Таршиена – указывают на проникновение на Мальту синтетической культуры Кастелуччо, содержащей как мегалитические (цисты, дольмены), так и индоевропейские (кремация) и балкано-дунайские (урны) элементы. В течении бронзового – раннего железного века Мальта пережила несколько волн миграции, в результате которых была утрачена преемственность с мегалитическими народами. Вполне вероятно, что именно с этими миграциями были установлены контакты со всем Средиземноморьем, в частности с Египтом.
Мы уже говорили о том, что у древних греков было несколько царств мёртвых, одно из них – Елисейские поля, во многом аналогичное египетским полям Иалу, располагалось на острове к западу от Греции. Мегалитические погребальные комплексы Мальты могли быть прототипами Елисейских полей, тем более, что их описания, например в Одиссее (IV: 563-568) довольно близки к нашим представлениям о Мальте мегалитического времени:
Ты за пределы земли, на поля Елисейские будешь
Послан богами – туда, где живет Радамант златовласый
(Где пробегают светло беспечальные дни человека,
Где ни метелей, ни ливней, ни хладов зимы не бывает;
Где сладкошумно летающий веет зефир, Океаном
С легкой прохладой туда посылаемый людям блаженным).
К тому же, как доказал на тихоокеанском материале этнолог Бронислав Малиновски, направление в Царство Мёртвых является указанием на прародину, туда, откуда мигранты пришли в местность их нынешнего обитания. Учитывая иберийское происхождение кикладских идолов и микенских толосов, а также «брачную экспедицию» в западную страну, изображённую на Ферейских фресках, можно утверждать, что мегалитический элемент в греческой культуре был весьма значительным.
При использовании материалов с сайта активная ссылка на него обязательна
