В последнее время интерес к альтернативной истории и закрашиванию белых пятен официальной истории разгорается все сильнее. На нашей планете, как доказывают историки и независимые исследователи, было гораздо больше стран и цивилизаций, чем нам это преподают в школах и вузах.
Почему же историческая наука замалчивает некоторые данные о прошлом людей, населявших в незапамятную древность нашу планету? Им это просто невыгодно! Мысль не нова и не оригинальна: если признать ту историю, которая была на самом деле, придется лишиться множества кресел и портфелей, а кому этого захочется? Другая причина кроется в материалистическом взгляде многих историков и исследователей на изучаемый вопрос. В последнее время в огромном количестве обнаруживаются данные о том, что наши предки жили по своим, нам неведомым законам, обладали тайными знаниями и немыслимыми умениями. Как могут признать эти знания и умения современные ученые, которые с упорством, достойным лучшего применения, утверждают, словно по Чехову (бедный Чехов! И угораздило же его сказать такую фразу!) "Этого не может быть, потому что не может быть никогда!"
Итак, наш сегодняшний рассказ о некой загадочной стране, якобы существовавшей в далеком прошлом на берегах Белого моря, и об экспедиции, которая решила во что бы то ни стало найти ее или ее следы.
По многочисленным местным преданиям, в этом районе в древности находилась страна под названием Биармия - с ударением на предпоследнем слоге, к "армии" отношения не имеет. Была она по тем временам весьма обширной - простиралась от Карелии до Урала и занимала территорию нынешних северных русских губерний: Архангельской, Вологодской, Кировской, Пермской. Большая территория, согласитесь! Что касается названия, то само слово "биармия" связывают с названием народа пермь (или коми) - в древности известного под названием "беормас".
Так говорят многие легенды. Но долгое время эти легенды оставались просто легендами. Предпринимавшиеся многочисленные поиски следов загадочной страны не давали ровно никаких результатов. И лишь недавно дело, похоже, наконец-то сдвинулось с мертвой точки. Сейчас на севере Российской республики довольно успешно осуществляется крупномасштабный международный проект "Комплексные гуманитарные исследования в бассейне Белого моря". Его инициаторами выступили археологи Института языка, литературы и истории Карельского научного центра РАН и их скандинавские коллеги из университетов Тромсе в Норвегии и Упсала в Швеции. В исследованиях принимают участи многие независимые средства массовой информации, результаты исследований начинают публиковаться. Например, корреспонденты российского журнала "Итоги" стали участниками одной из последних экспедиций в рамках этого проекта. Вместе с учеными журналистам предстояло искать на беломорских островах материальные свидетельства существования древней загадочной Биармии.
Перед началом работы проекта исследователи обратились к сохранившимся устным и письменным источникам. Так, один из таких источников повествует, что в конце IX века один западноевропейский историк упоминает о некоем норвежском путешественнике по имени Отар, который предпринял длительное морское странствие в соседнюю страну. По возвращении Отар рассказывает, что видел в своем путешествии обширную, но малонаселенную местность, где на его пути ему попадались лишь редкие поселения рыбаков, становища охотников и птицеловов. Отар обратил особое внимание на тот факт, что говорили эти люди на языке, который мало чем отличался от языка народности суоми (финнов). Называлась эта малонаселенная местность Биармией.
Упоминания о стране Биармии содержат и древние скандинавские сказания, повествующие о легендарных походах викингов в соседнюю северную страну - Фенноскандию. После изучения этих весьма скудных источников независимые исследователи высказали весьма стройную гипотезу о существовании в то далекое время налаженной системы водных коммуникаций, соединявших территории Биармаланда (Биармии), Карьяланда (территория современной Карелии) и всего побережья Ботнического залива, а также о связи их с другими районами - с Ладогой, а позднее и с Новгородом и подчиненными ему землями. Есть и подтвержденные древними скандинавскими летописями сведения о жизни биармов. Так, в них говорится, что биармы занимались пушным промыслом и торговлей, а сама Биармия (на это необходимо обратить особое внимание!) почиталась варягами даже более богатой землей, чем сама Аравия. А Аравия по тем временам считалась чуть ли не самой богатой страной из известного нашим предкам обитаемого мира. Повествуют скандинавские летописи и о прекрасно налаженном быте биармов, об их высокой культуре, о замечательных изделиях, какими они пользуются сами и которыми готовы торговать. Все это говорит о том, что страна на берегу Белого моря уже в те далекие времена была точкой соприкосновения и культурного взаимодействия Запада и Востока.
Зона интересов исследователей и освещавших их работу журналистов была определена заранее: западное и южное побережье Белого моря - Поморье и Карелия. Исследователи планировали высадиться на многочисленных островах, где либо уже найдены местным населением, либо могут быть обнаружены остатки необычных древних сооружений. Участники проекта специально дожидались наступления лета, чтобы Гандвик (так в старину местные жители называли Белое море) полностью освободился ото льда и чтобы избежать атак лютой моряны, еще возможных в прохладном мае. Моряна, этот штормовой ветер в сочетании с мокрым снегом, всегда доставляет огромное количество неприятностей смельчакам, отправившимся в морские путешествия. И все же с "Моряной" участники проекта встретились: именно такое название носила яхта, ставшая их плавучим домом на несколько экспедиционных дней.
Ее капитан Василий Дмитриев встретил группу исследователей в старинном поморском селе Сумский Посад. Всем участникам экспедиции он поначалу показался человеком немногословным и даже хмурым. Но, как потом выяснилось, капитан был просто озабочен: первый выход в море после долгой зимы - мероприятие весьма ответственное.
Экспедиционное суденышко, аккуратно обходя стороной бурные пороги реки Сумы, выбралось в Онежскую губу - на морской простор. Прямо по курсу яхты выскакивали из холодной глубины морские зайцы и, удовлетворив любопытство, снова скрывались под водой. Вообще Белое море - подлинный рай для натуралиста. Пока исследователи "болтались" между островами, кого только не увидели: орлана-белохвоста, скопу, гагарку, чистика, куликов, лебедей, дикий гусей, одних только чаек насчитали восемь видов - от большой морской и клуши до полярных крачек и поморников.
Но вот на горизонте и остров Салма-Луда, один из первых на пути экспедиции. Участники проекта высаживались под птичий гомон и, мягко ступая по торфяной подушке, смотрели себе под ноги, чтобы не раздавить невзначай птичьи гнезда.
Впрочем, наблюдение за миром животных в планы участников экспедиции не входило. Их интересовало на этом небольшом клочке суши совсем другое - сохранившиеся древние каменные памятники ушедших культур. Энтузиасты при этом четко понимали, что вот так, с наскока, их обнаружить вряд ли удастся, ведь неопытному исследователю они, возможно, даже не бросятся в глаза. Зато ученый, археолог со стажем сразу обратит внимание на необычные сооружения из замшелых некрупных валунов, зачастую поросших скудной северной растительностью. Она-то их, в основном, и скрывает. Специалисты по древностям называют такие сооружения просто каменными кучами. Они не раз встречались участникам экспедиции на многочисленных островах, например, на Большом Жужмуе, на Сонострове, на Пежаострове. Одни из тех "куч", возможно, использовались в древности как очаги. Под другими были обнаружены неплохо сохранившиеся захоронения. Третьи служили подпорами, основаниями для старых поморских крестов, поставленных уже в гораздо поздние времена. Но исследователи нашли каменные кучи неясного возраста и непонятного назначения, имеющие необычную удлиненную форму, несвойственную таким сооружениям.
Вообще, все искусственные сооружения в районе Беломорья условно делятся на две категории: на "производственно-бытовые" и "непроизводственные". И если каменные кучи можно в принципе отнести к первой категории, и это хоть как-то объясняет их назначение, то вторая категория - творения рук человеческих, и их предназначение пока наукой никак не разгадано. К ним относятся лабиринты, менгиры (отдельно стоящие высокие камни), сложения уникальных форм. Многие ученые приписывают им культовое значение, это проще всего и за неимением лучшего объяснения годится и такое. Хотя думающим ученым принять его на веру трудно, особенно после посещения острова Большой Жужмуй. Северная его оконечность, а также мыс Каменный - это настоящий музей под открытым небом, загадочный и пока непознанный. Участники экспедиции бродили по острову под ярким северным солнцем и насчитали четырнадцать пирамид- сейдов (так называют камни, сложенные как бы стопкой - один на другой) и двадцать восемь менгиров. Хотя сложно поручиться, что все ученые и журналисты были внимательны и опытны, и от их взгляда не ускользнули другие подобные сооружения, скрытые растительностью и почвой - ведь прошло столько веков! Те соружения, которые участники экспедиции заметили, были, по оценкам археологов, сложены в раннем Средневековье. А страна Биармия, согласно различным преданиям, существовала в период с IX по XIII век. Это означает, что замеченные каменные кучи могли быть прямым напоминанием об этой стране.
Правда, на других островах есть экземпляры, возраст которых даже в наш технологичный век определить пока еще не удается. Например, неизвестно время сооружения двух отдельно стоящих менгиров на острове Черная Луда - вертикальных плоских плит, подпертых камнями. Также ученым осталось непонятным, когда были поставлены три пирамиды на вершине Кондострова. А поражающие воображение менгиры в урочище против острова Сыроватка - каменные блоки размером метр на два? Всего на побережье и островах Беломорья к настоящему времени открыто около двух с половиной тысяч сооружений древности, и значительная их часть - 867 - сосредоточена на архипелаге Кузова. Расположен он на полпути от Соловецких островов к Кеми.
Экспедиция подошла к нему под утро. Ее участники специально не ложились спать, ждали встречи с архипелагом. Целую ночь напролет, благо, что белую, исследователи вглядывались в горизонт, над которым нависала фантастическая смесь небесных красок. Острова были видны еще издалека. Их силуэты тонули в легкой предутренней дымке. "Необыкновенные, чудные, сказочные эти Кузова! - писал потом один из участников экспедиции. И тайну хранят они тоже необыкновенную, хоть и изучены, в принципе, неплохо. Взять, к примеру, один из самых крупных островов - Русский Кузов. Археологи ведут на нем регулярные исследования аж с середины 60-х годов прошлого столетия. Статистика их открытий впечатляет, и весьма: всего здесь найдено 506 древних объектов. Из них подавляющее большинство - 486 штук - это пирамиды-сейды.
А рядом расположен еще один удивительный гигант - остров Немецкий Кузов. На нем археологи обнаружили такие же старые сейды - всего 320 штук. Это если не считать еще менгиров, каменных куч и странных овальных выкладок.
Участники экспедиции поочередно высаживались на острова архипелага: Лодейный, Олешин, Большой Вороний, Жилой, Средний, Тапаруха - и везде видели одну и ту же картину: странные каменные фигуры, напоминающие о прошлом.
Сделав круг, исследователи вернулись к месту старта поисковой экспедиции. Погода не благоприятствовала. Встречный ветер постоянно бил яхте в борт. Из-за этого исследователи не могли развернуть паруса и все время шли с помощью движка. По пути группа причалила к острову Красный, где на гладкой вершине отлично сохранился причудливый каменный лабиринт. О его назначении (и других подобных сооружений на соседних островах) историки спорят уже не один десяток лет, памятуя о том, что об этом лабиринте повествует множество преданий и легенд. По одной из них при помощи каменных лабиринтов жители Биармии общались с высшими существами, которые якобы помогали им в постройках их сооружений и в процветании страны. Эти странные спирали, появление которых историческая наука относит к периоду с XIII по XVIII век, рассеяны вдоль всего северного и западного побережий Белого моря. На одних только Соловецких островах их не менее тридцати пяти! Похоже, тайна лабиринтов - одна из самых интригующих, которую унесли с собой жители легендарной Биармии.
В общем, участники экспедиции привезли массу впечатлений, и пришло время осмыслить их. Самый первый вопрос, который вставал перед экспедицией - чьих рук дело?
Попытки объяснить смысл каменных творений древних жителей Биармии предпринимались и предпринимаются постоянно. Известный карельский историк, этнограф, краевед Иван Мулло около двадцати пяти лет назад объявил менгиры... фаллическими символами! Модная версия. Однако спорная, потому что помимо вольных и личных зрительных ассоциаций в пользу этой версии не говорит более ничего. Скорее, можно проследить совсем другую параллель. Во многих местах, где участники экспедиции сходили на берег, исследователям встречались деревянные кресты, причем разные - и свежевыструганные, и из потемневшего от времени дерева. Судя по их топографии, все они имеют явное и прямое отношение к морю, так как расположились на обращенных к нему участках побережья и островов. Происхождение их не вызывает больших сомнений. Они воздвигались жителями этих мест (более поздними, конечно) как хорошо видные отовсюду знаки владения промысловыми пунктами, как путевые ориентиры или как предупреждающие маяки. Иногда такие кресты ставились и в память о погибших в море рыбаках и мореходах. Некоторые стереотипно мыслящие ученые выдвинули версию, что и более ранние менгиры, по-видимому, тоже могли представлять собой разновидность таких морских ориентиров или же знаков владения промысловыми участками. Но надо четко понимать, что устанавливали их еще те, кого мы называем сегодня биармами! Что касается ориентиров, то очень может быть, только зачем такой огород городить, складывать, затрачивая кучу усилий и времени, каменные кучи, волочь волоком из дальних мест огромные глыбы камня, если вполне можно соорудить какое- нибудь деревянное сооружение, типа того же креста? Не в виде креста, конечно, крест в данном случае - символ христианской эпохи, и вряд ли жители XIII века в столь отдаленных от центра Руси местах так быстро и активно приняли христианство. Ведь известно, что христианство на исконно языческой Руси приживалось с трудом и кровью, и уж в таких отдаленных местах вряд ли все были такими законопослушными!
Да и версия, что это знаки владения промысловыми пунктами древних биармов, тоже довольно слабая. Ведь если вспомнить богатство этой страны, в которой всем хватало источника пропитания и заработк, как-то обозначать чьи-то частные владения не очень- то и нужно.
Некоторые столь же стереотипно мыслящие историки уверенно приписывают сооружения Беломорья племенам древних саамов. Сторонники этой гипотезы считают, что острова еще с эпохи раннего Железного века превратились в некоторые табуированные священные места. "На них совершались обряды, связанные с погребением умерших, культово-промысловой и рыболовной магией, инициацией, поклонением небесным светилам", - так писал в своих работах архангельский археолог Александр Мартынов. С его легкой руки и ему подобных историков как только не определяли эти сооружения и скопления! Называли их пантеонами, святилищами, тотемами, жертвенниками, дольменами, погребениями-"кенотафами".
Но есть ортодоксальные ученые, которые считают, что такая вольная интерпретация - просто плод разыгравшейся фантазии дилетантов, рассчитанной исключительно на привлечение интереса широкой публики и создание вокруг беломорских сооружений искусственного псевдоромантического ореола местной языческой экзотики с примесью мистики. Более того, в последние десятилетия на островах архипелага Кузова досужими и многочисленными туристами воздвигнуто немалое количество новоделов - "крестов", "столбиков", "магических кругов". Иной раз так лихо все эти "священные постройки" были исполнены - из старых замшелых валунов, что все это только запутывает ситуацию. Конечно, профессиональный историк или археолог не перепутает новодел с подлинным древним сооружением, но наличие этих новоделов порождает огромное количество "легенд", "преданий", якобы передающихся из поколения в поколение, которые способны тоже лишь только запутать ситуацию.
В итоге спор в научной среде идет давно, и нешуточный спор, и, если посмотреть непредвзято, он только подогревает интерес к загадочной Биармии. К примеру, кандидат исторических наук, научный сотрудник сектора археологии Института языка, литературы и истории Карельского научного центра РАН Надежда Лобанова полагает: "Нет сомнений в том, что беломорские сооружения являлись объектами поклонения саамского населения, проживавшего здесь в эпоху Средневековья и в более ранние времена (примерно с I тысячелетия до н.э. до XV-XVI веков)". Больше того, кандидат исторических наук Игорь Манюхин утверждал, что "одной из причин строительства Соловецкого монастыря могло быть стремление православной церкви лишить лопарей их святилищ", поскольку острова, по его мнению, были священными для аборигенов- язычников. Вплоть до наших дней в этих местах происходит масса таинственных и непостижимых современной науке явлений, которые местные жители воспринимают абсолютно спокойно и как должное. Более того, они не очень-то любят распространяться на эту тему многочисленным журналистам и исследователям, которые устраивают сюда настоящие паломничества. Старожилы глубокомысленно отмалчиваются и ссылаются на запрет их отцов и дедов рассказывать что-то непосвященным. Отсюда можно сделать хотя бы один вывод: значит, есть что рассказывать, значит, есть и какие-то посвященные. Во что?
Что касается Соловков с их монастырями, то даже у ортодоксальных христиан это место считается священным. Здесь известны случаи удивительных откровений, исцелений и прочих мистических вещей. Сюда ездят русские паломники-христиане, словно в священный Иерусалим. Моя московская подруга, истинно верующая, не допускающая никаких вольных мыслей на тему всяких мистических вещей, зеленых человечков и прочих модных нынче штучек, рассказывала мне, что после посещения Соловецкого монастыря чувствовала себя совершенно иначе. "Там даже дух другой, что-то такое разлито в воздухе, - рассказывала она. - И еще там исполняются желания". Очень напоминает так называемые места силы, не правда ли? Типа места силы на Гоа в Индии, Аркаима или других известных мест.
Довод, что Соловецкий монастырь строился с единственной целью - стереть с лица земли и сами святилища, и память о них, как это, в принципе, давно и успешно делала Церковь, строя свои сооружения на месте древних капищ и других священных мест и говоря потом, что это-де ее чудеса "работают", а вовсе не языческие, этот довод можно принять. Только вот странно, почему тогда монахи не сочли нужным хоть как-то отмечать и комментировать наличие многочисленных каменных сложений на Соловках. Тогда надо признать, что при закладке монастыря в XV веке эти объекты либо еще не существовали, либо монахи их просто проигнорировали, не считая серьезным препятствием для миссионерской деятельности среди саамов. Возможно, игнорировали специально - дабы не создавать ажиотажа вокруг языческих мест. Снести - рука не поднялась, все-таки кто его знает, во что выльется такой акт вандализма? Вдруг и правда разгневаются какие-то силы? А береженого, как известно, и Бог бережет. Но не менее вероятно и то, что монахи эти сложения для чего-то выкладывали и сами, не усматривая в них языческой символики. Может быть, именно поэтому молодые местные жители тоже в большинстве своем не связывают сооружения с языческими культами и в целом относятся к ним с безразличием - в отличие от стариков. "У поморов нет устной традиции, связывающей каменные сооружения с деятельностью иноязычного населения или иноверцев, - утверждает кандидат исторических наук, старший научный сотрудник сектора археологии Института языка, литературы и истории Карельского научного центра РАН Марк Косменко, - если не считать легенду о превращении в камни "немцев" (иностранных интервентов в Смутное время начала XVII века. - О.Б.) в юго-западном Беломорье, а также преданий о старообрядцах, которые раньше жили и хоронили умерших в различных пунктах западного побережья". Косменко так считает - ну, и, как говорится, флаг ему в руки.
Некоторые специалисты считают, что попытки связать каменные объекты с саамами лишены реальной исторической опоры. На этой территории просто не найдено остатков саамских поселений. Археолог Марк Шахнович, в свою очередь, предполагал, что сооружения сделаны карелами, которые переселились на Белое море из Приладожья в XII-XIV веках. Мнение, в общем-то, не хуже других, правда, возникает законное соображение: но тогда странно, почему в других районах, населенных карелами, нет таких же сооружений.
Действительно, имеет место явное несоответствие между большим числом сооружений предположительно культового назначения и отсутствием в Беломорье сети поселений оседлых приморских народов. Такое невероятное количество странных объектов могло соответственно принадлежать только многочисленной человеческой популяции, обладающей развитыми навыками и средствами мореплавания. Этой популяцией, возможно, и были жители страны Биармии. Однако пока что никто из представителей официальной науки не готов взять на себя смелость заявить об этом. И вряд ли заявит в будущем - слишком много вокруг Биармии мистики и загадок, чтобы об это всерьез заговорила официальная наука.
При использовании материалов с сайта активная ссылка на него обязательна
