Мы продолжаем интервью с челябинским археологом, к. и. н., руководителем
раскопок на острове Веры (оз. Тургояк) Станиславом ГРИГОРЬЕВЫМ.
— Тем не менее, Станислав Аркадьевич, вы утверждали и продолжаете утверждать,
что мегалитические сооружения острова Веры — это погребальные памятники.
Были ли вами обнаружены погребения?
— К сожалению, при раскопках в этих мегалитах остатки погребений обнаружены
не были. Можно быть почти уверенными в том, что они не будут обнаружены
и в дальнейшем. Как показали многолетние работы на поселениях острова,
кости в условиях подстилающих гранитных массивов и обилия гранитной крошки
в слое не сохраняются. На поселениях встречаются только обожженные мелкие
фрагменты костей, и был один случай обнаружения фрагмента какого-то изделия
(вероятно, ручки ножа) из полированной кости… Причины этого заключены
и в древности памятников. А ситуация с химическими свойствами грунтов
хорошо знакома исследователям европейских мегалитов. Так, в Голландии
костяки не сохраняются в песке, во многих мегалитах Ирландии и Бретани
— из-за кислотных почв, а в Португалии это обусловлено тем, что сами мегалиты
сделаны, как правило, из гранита.
Но на погребальный характер памятников указывает обнаружение при раскопках
в мегалитах углублений, выдолбленных в скальных основаниях.
— Но у вас все-таки уже сложилось представление о погребальном обряде
древних? В чем он заключался?
— Можно предположить, что первоначально тела умерших помещали на самой
высокой точке острова, на центральном останце. Сетью археологических шурфов
вокруг останца выявлено незначительное количество мелких фрагментов керамики
и кремня, маркирующих посещение этого места и использование для собраний.
Некоторые из этих находок можно связать с ритуальной деятельностью: кремневая
подвеска-лунница, стертый кусок реальгара, сланцевая лопатка и гранитная
плитка, обе со следами красной и бурой краски. Представляется более логичным,
что часть этих предметов складывалась на вершине скалы вместе с умершими…
Показательно и то, что здесь в раскопе обнаружено две грубые зооморфные
скульптуры, и одна (голова пантеры) сохранилась в скале. Связь ее с погребальным
культом строго доказать нельзя, но в пользу этого говорит возможность
окраски морд животных реальгаром, в результате чего они становились кроваво-красными…
То есть на острове практиковались вторичные захоронения, когда тела сначала
помещались на скалу, а затем переносились в подземные мегалиты. Для людей
с особым статусом первичное погребение проходило в западной камере большого
мегалита, а потом кости переносились в северную. Именно север ассоциировался
на острове со страной мертвых. С этим как-то связаны отверстия в северных
стенках северных камер всех мегалитов острова, но мы можем лишь догадываться
об их назначении: нужны ли они были для дальнейшего перемещения души,
или для чего-то иного, но явно не для общения с умершими. Совершенно логичны
представления о том, что мегалиты являются местом общения с предками,
которые продолжают интересоваться тем, что происходит в этом мире, и являются
медиаторами в общении с высшими силами. Но есть и иной подход: о проведении
в мегалитах различных возрастных и социальных инициаций. Нельзя сказать,
чтобы эти подходы были противоположными, так как инициируемый устанавливал
связь не только с богами, но и укреплял связь с предками.
— Другими словами, большой подземный мегалит, который раньше считали
природной пещерой, можно представить как погребальный зал…
— Этот подход прекрасно отражен в особенностях мегалита. В его большом
зале могло разместиться для проведения обрядов до 15 человек, то есть
некая посвященная группа, допускаемая в это пространство. Очень показательно
и оформление коридора, соединяющего этот зал с предназначенными для погребения
западной и северной камерами. Он очень высоко поднят от пола западной
камеры и зала. Это не соединяющий коридор, а скорее разделяющий барьер,
указывающий на совершенно отличный смысл пространства центрального зала.
Но попасть в него можно было сначала через какое-то помещение, а потом
через длинный и узкий коридор. Можно лишь предполагать, что в этом помещении
проводились какие-то обряды подготовки и очищения, оно пока не раскопано.
Но коридор очень показателен. Он тесный и мрачный. Попав в него, человек
был вынужден сначала продвигаться вниз на четвереньках, а потом постепенно
выпрямлялся и попадал в большой и просторный зал, освещенный расположенными
на юге окнами. Слева от него в конце коридора располагается скульптурное
изображение головы волка, а на выходе из коридора впереди и справа — скульптурное
изображение головы быка. Это отражает универсальную оппозицию противопоставления
дикого мира и одомашненного через противопоставление диких и домашних
животных, что отчетливо присутствует в ранних индоевропейских представлениях.
— Было ли какое-то противостояние волка и быка в представлении строителей
мегалитов?
— Пробираясь по темному коридору мимо изображения волка, человек сначала
прикасается к чему-то негативному, дикому, а затем направляется к доброму,
светлому и окультуренному. К тому же голова быка, благодаря окнам и обработке
поверхности, наиболее хорошо освещена. Каждый день, во второй его половине,
солнце рассеянным светом из окон освещает скульптуру головы быка. Ощущение
полной освещенности скульптуры достигается также за счет того, что для
ее изготовления подобран гранит более светлого, почти розового цвета,
а обработанная поверхность скульптуры гладкая, в результате чего она обладает
более высокими светоотражающими свойствами. Свет из окна напротив скульптуры
освещает ее в полдень в день зимнего солнцестояния. Морды волка он достигает
позже в течение этого дня, касаясь лишь самого ее кончика. Нельзя исключать
того, что голова волка освещается полной луной в день летнего солнцестояния,
но нам не удалось этого точно установить… Также много загадок и с изваянием
пантеры, обнаруженном на островной скале-останце.
— Давайте подробнее остановимся на пантере. Когда она была обнаружена?
— В том же 2006 году, когда мы обнаружили и другие изваяния. В принципе
изваяние пантеры стилистически выполнено в тех скульптурных традициях,
что волк, бык или баран… У нас появилась такая идея. В мегалитах из-за
их слишком маленьких размеров нельзя было хоронить целое тело. В мегалитах
в Европе было повторное захоронение: сначала тело умершего погребали где-нибудь
в другом месте; когда все сгнивало, оставались только косточки, их перезахоранивали
в мегалитах. Мы предполагаем, что на скале-останце острова Веры производились
первичные захоронения, а потом косточки переносились в мегалиты. Весь
остров — культовый объект, останец был вплетен в ритуальную канву. И образ
пантеры как-то связан с этим обрядом… Возможно, ее морда в древности была
покрашена красной краской: внизу в слое нами найден кусочек красного минерала,
стертого о скалу. Там же у скалы мы «подняли» слой палеолитических, более
древних находок, но есть артефакты и времен мегалитов. Тогда на скале
был навес, который затем рухнул, и находки, вероятно, складывались на
него. Сейчас они лежат у скалы полосой по линии рухнувшего навеса… Кроме
того, в древности считалось, что у человека не одна душа, а две-три. Это
универсальное представление было у всех народов. Считалось, что сначала
одна душа отделяется от тела, потом вторая, третья… У некоторых народов
и четвертая душа; это сохранилось у нас в обряде поминок на девятый день,
на сороковой…
— То есть пантера, можно так сказать, проводник «первой» души?
— Ну да, можно сказать и так… В любом случае загадкам острова Веры
нет числа, и мы еще только-только подошли к их решению. Образно говоря,
сейчас мы на вершине айсберга тысячелетних тайн тургоякских мегалитов,
и на их научное раскрытие может уйти и сто лет исследований, и больше…
При использовании материалов с сайта активная ссылка на него обязательна
