Снежный человек с Памира эмигрировали в Малую Вишеру
РЕЛИКТОВЫХ ГОМИНОИДОВ В НОВГОРОДСКИХ ЛЕСАХ ЗОВУТ ЗАПРОСТО - «АВДОШКИ». «Алмасты», «бигфут», «реликтовый гоминоид», и, наконец, просто «шерстнатые» – как только не именуют объекты одной из самых невероятных тайн, с древнейших времен будоражащих внимание человечества. О них – «снежных людях» – писано - переписано в тысячах книг и журналах и даже целая наука создана «под них» - криптозоология называется. Но одно дело – скупая информация о встрече с «алмасты» в горах Непала, пересказанная безграмотным шерпом, и совсем другое – волосатое чудо, сотни раз виденное в самом центре российского Нечерноземья, а, точнее, в маловишерских лесах Новгородской области. Впрочем, древняя новгородская земля давным-давно стала объектом пристального внимания российских и зарубежных уфологов: огромная территория, покрытая девственными лесами и болотами расположена в юго-западной оконечности так называемого «М-ского треугольника», где фиксируется до трети всех аномальных явлений, происходящих на планете. Вспомним хотя бы «петрозаводский феномен», когда пассажирский самолет с сотней пассажиров в течение полутора часов сопровождали грандиозные неопознанные объекты. Или знаменитые валдайские «черные дыры», где бесследно и с незавидным постоянством пропадает все живое. Но наш сегодняшний рассказ – о снежных людях, или об «авдошках», как их называют жители Маловишерского района. По долгу службы автор этих строк частенько общался с очевидцами встреч с реликтовыми «волосатиками» и, обладая долей здравого скептицизма, решается предложить читателям пересказ лишь самых правдоподобных, подтвержденных достойными людьми фактов. Неоценимую помощь оказал автору маловишерский краевед Олег Иванов, для которого исследования «авдошек» стали смыслом жизни. Итак…
ПОЧЕМУ «АВДОШКИ»?
На этот счет существует несколько версий. Большинство из них носит налет инфернальности, в полной мере свойственной народному фольклору. Вот что, к примеру, рассказывал пастух маловишерского села Подмошье Петр Петрович Васильев, к слову, сам неоднократно наблюдавший авдошек в их естественных условиях: «Еще мой дед баил, мол, давным-давно в деревне Селищи жила баба, звали ее Авдотьей. Дурковатой баба была, наверное, потому ее замуж никто и не брал. Да и других недостатков у нее было немало. Часто вздорила с народом, вот ее и не любили. Дошло до того, что не смогла она дальше с людьми жить и в лес подалась. Стала жить в барсучьих норах, брошенных медвежьих берлогах. Год так жила, два прозябала, а потом и пропала вовсе. Только лет через пять кто-то из охотников видел ее с «шерстнатым» диким человеком. Любились, говорит, совсем как люди у родничка какого-то. Наверное, потому потомство их и прозвали «авдошками» или детьми Авдотьи…».
Вторая версия еще более похожа на волшебную сказку и пересказана старожилкой здешних мест Верой Сеноедовой. Историю эту она записала со слов отца: «Много лет назад жил в селе кузнец Авдоня с дочкой красавицей Настей. И сосватал девушку местный богатырь-плотник Василий. Перед самой свадьбой пошли девушки с Настей по малину. И приглянулась она «лесному человеку». Схватил он ее и в чащобу уволок. Василий тут же в лес – с топором и ружжом, как полагается. Две недели блуждал бедолага по дебрям и, наконец, встретил-таки суженую. Глянула печально Настя на жениха и говорит: «Ой, не вернусь я домой, Вася, бо живу теперь с «лесовиком», околдовал он меня». И тогда, ослепленный гневом, выследил Василий Настю с ее новым хозяином и убил. А так как на местном кладбище поп запретил их хоронить, то закопали их на краю болота, а поверх камень положили с надписью: «Здесь покоится Настя, дочь кузнеца Авдони, с невольным мужем своим». Тот камень до сих пор в тех местах стоит и надпись прочесть можно. А по ночам люди часто видят Настю: вся в белом вкруг камня ходит и стонет. Ведь не отпета батюшкой, без креста похоронена. Мается ее душа…
И еще одна версия, можно сказать, научная, потому что высказана она известным в Питере криптозоологом Арсением Синявским: «Все очень просто. Миллионы лет назад, с наступлением очередного ледникового периода, сотни видов реликтовых животных, в том числе и некоторые ветви «человека прямоходящего», мигрировали на юг. Остались считанные единицы: мамонты, к примеру, шерстистые носороги. Ну, и, конечно, отдельные виды гоминоидов, приспособившиеся к суровым условиям севера. Спас их густой волосяной покров, огромная мышечная масса и другие анатомические детали, без которых на севере выжить невозможно. Тундра для них не стала родиной – бедна пищей, вот и прижились южнее – в лесах Новгородчины».
ВСТРЕЧИ С АВДОШКАМИ
Бесчисленное количество свидетельств о «снежных людях» в маловишерских лесах поражает воображение. Даже если десятая часть их в какой-то мере соответствует реальности, то феномен «авдошек» требует серьезного внимания и достоин подробных исследований. Им то и посвящает большую часть своего времени маловишерский краевед Олег Иванов, сам неоднократно встречавший «авдошек» на лесных тропах.
«Первый раз я видел их в далеком детстве, на острове Терехун. Пошли с другом на рыбалку и на обычном своем месте вдруг обнаружили неизвестные следы – похожие на человеческие, но гораздо больше. Тут же, на измятой траве, валялись остатки пиршества: куски сырой рыбы, головы, хвосты… Стало как-то не по себе, и я поднял глаза. Смотрю, а на поляне сидят четыре рыжих существа – два больших и два маленьких. На нас смотрят, а у «старшего» губа верхняя дрожит и клыки обнажаются. Мы, конечно, деру дали…».
В анналах Олега Иванова – десятки записанных свидетельств о встречах маловишерцев с «авдошками». Причем, свидетельств агрессивного поведения «лесных людей» практически нет, если не считать факты похищения улова у рыбаков. Большего внимания заслуживают случаи спасения людей, что подтверждает определенную миролюбивость этих таинственных существ. Вот один из них, записанный со слов местного пастуха Фролова.
«Давно это было, сразу после войны. Учительница Екатерина Михайловна ходила в нашу деревню Подмошье через болото. В одну из зим морозы стояли лютые, и волков расплодилось – не счесть. Вот идет она однажды утром, а за ней по-за сосенками серые воют. Екатерина, хоть и смелая баба, но расплакалась. Идет и плачет. И вдруг видит: свалка в стае образовалась, визг, рычанье… И рыжая обезьяна огромная среди серых мечется. Потом на том месте нашли обглоданный волчий труп. Думаю так, что убил волка «авдошка», а сожрали голодные собратья. А то еще был случай. Одного сорванца во Мсте закрутил водоворот. Он орет благим матом, да напрасно – ребята испугались да в деревню за взрослыми побежали. И в это время выскочил из кустов «авдошка» – и в воду, схватил ребенка и на берег вынес. Взрослые прибежали, видят – лежит ребенок на песке и дрожит от страха. Когда очухался, сообщил, что спас его то ли человек, обросший рыжей шерстью, то ли обезьяна…».
Та же Вера Сеноедова пересказывает случай, поведанный ей отцом – знаменитым маловишерским охотником. Как-то в ноябре 1960 года, как только был открыт охотничий сезон на белку, Сеноедов со своим Тарзаном пошел в лес по первой пороше. Следов было видимо-невидимо – и беличих, и лисих, и потому даже такой знатный следопыт, как Сеноедов, в них частенько путался. И вдруг слышит, рядом, в высоком ельнике Тарзан залаял (по-местному «загамел»). Разглядел там охотник белку, ну и бахнул, стараясь шкурку не попортить. А животинка-то в хвое и зависла…Что делать? Оглянулся охотник в поиске подходящей кокорины и вдруг видит: вдоль болота четверо невиданных людей бегут: два больших, под два метра, и два поменьше. Выстрела, видимо, испугались, вот и деру дали. Дернулся, было, охотник за ними и тут же встал, как вкопанный – старший, самец к нему обернулся. Ощерился зверски, желтые клыки с палец наружу и глаза… Таких глаз Сеноедов даже в зоопарке у тигра не видел: огромные, желтые и зрачок – клином. Что-то бесовское ему в этом взоре показалось, страшное. Казалось, еще шаг – и десятипудовая туша «шерстнатого» сомнет его, как ту же белку…
И еще поразили охотника, ну… как сказать… уды «авдошки». Они аж по земле тащились. В общем, долго охотник раздумывать не стал: ноги, как говорится, в руки и за псом вдогонку.
А вот что поведал пенсионер Сергей Глотов, который, заблудившись, провел в зимнем лесу более двух недель. Благо, шалашик смастерил, в нем и грелся, а питался – мороженой клюквой. Но не в сонном кошмаре привиделась пенсионеру черная мохнатая рожа в проеме шалаша – в этом он уверен.
«Проснулся ночью от тяжкого смрадного дыхания. Гляжу – глаза кошачьи на меня таращатся – фосфором светятся и зрачки овалом. Но не кошка это была, а авдошка…, - почти в рифму выдает пенсионер жуткие воспоминания, - Я ему в глаза смотрю, а страха не чую. Убей меня, что ли, - говорю, - все одно замерзать».
Но не тронул лесной монстр пенсионера. После пары минут «смотрелок», загреб мохнатой лапой горсть мороженых ягод из туеса и – был таков… Большая, видно, лапа была, граммов триста клюквы зацепила.
Но не всегда авдошки проявляли себя столь безобидно. О чем и поведал Олегу Иванову местный участковый Л. Заозерский.
В общем, после войны на здешних дорогах гуляла банда. Как тени, возникали четверо преступников из непролазной чащи и грабили редких прохожих. Останавливали и редкие тогда полуторки, разукомплектовывали механизмы, до полусмерти избивали водителей и бросали их на съедение комарам.
Чтобы покончить с беспределом, милиция устроила в этих местах несколько засад. Долго случая дожидались. И вот однажды в дождливый осенний день из лесу вышли четверо бандитов, один – с обрезом. Шли гуськом, осторожно озираясь. Милиционеры уже изготовились к схватке, как вдруг вся банда с дикими криками бросилась назад, в чащу. За ними в некотором отдалении мчался пятый, причем, странного вида – рыжий, голова огромная и – голышом. Милиционеры кобуры рвут и – следом, на треск бурелома и вопли. И уже через пару минут предстала перед ними жуткая картина. На окровавленном валежнике валяется бандит с переломанными руками, рядом - разбитый вдребезги обрез. А вокруг, на дерне , кровавые следы – в два человеческих. Вот тогда Заозерский и поверил, что авдошки, действительно, существуют.
А оставшихся бандюг взяли через час. Двое на деревья забрались, третий в трясину залез: уж лучше утонуть, чем погибнуть в пасти у непонятного зверя…
Чаще всего авдошек видят в треугольнике между селами Селищи- Поддубье-Горнецкое. Именно там некто Иван Фадеев наблюдал весьма идиллическую картину. Шел он как-то вдоль урочища Борового и вдруг увидел на берегу ручья свежие следы – точь-в-точь человеческие, но уж очень большие. О существовании авдошек Фадеев знал, но любопытство все же пересилило страх, и он пошел по следам. Вдруг слышит – плеск воды и непонятный горловой звук, будто кашляет кто-то. Раздвинул он кусты ольшаника и обалдел от увиденного. В ручьевом омутке плескались три рыжих чудища. Самец и самка высотой более двух метров, цветом рыжие, на спине вдоль хребта много седины. Третий, видимо, их детеныш, росточком поменьше и шерстка у неё посветлее. Приглядевшись, Фадеев смекнул, что они не купаются, а ловят рыбу - выходы из ручья были завалены травой и камнями. Рыбу авдошки ловили руками. Поймают, хребет переломят и на берег бросают. А там уже гора с полметра. Вот вышли они на берег, сели в кружок вокруг улова и начали обедать. Берут рыбу за голову, остальное - в пасть, одно движение и – голая хребтина летит в сторону. И жмурятся довольно, совсем как люди. Фадееву даже показалось, что они переговариваются тихо, ветер даже звуки донес: что-то вроде «Кару сого, р-р…». А может и другое что-то, потому что ветер вдруг изменился, подул в сторону «рыбаков», и они тут же навострили уши… Что было дальше – Фадеев уже не помнит: помнит только, как ветви бьют по лицу, а он и боли не чувствует.
ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА ОБ АВДОШКАХ
Мертвыми маловишерских авдошек видели лишь дважды. Один раз – наткнулись на скелет, растасканный волками, и вторая находка – полусгнивший труп старого-престарого «бигфута», видимо, окончившего дни своей смертью. Ни костей, ни шкуры, ни даже клока рыжей шерсти люди с собой не забирали – дурные приметы вставали на пути тайных помыслов. А приметы гласят – прикоснешься к авдошке – умрешь через девять дней. И, тем не менее, поговаривают люди, что у одной старухи из села Селищи есть целехонькая шкура. Слывет старуха колдуньей и потому на все вопросы об авдошке отнекивается.
Таким образом, феномен маловишерских авдошек еще требует более подробного, научного осмысления. Но любая хорошо организованная экспедиция в наше время - дело маловероятное: денег в народе на хлеб нет, не то что на поиски чего-то полумифического. Такие вот дела.
При использовании материалов с сайта активная ссылка на него обязательна
