11.04.2014. - В Перу строили пирамиды еще в те времена, когда Египта не было

В Перу строили пирамиды еще в те времена, когда Египта не было

В Перу строили пирамиды еще в те времена, когда в классической стране пирамид — Египте — только зарождалась государственность.

Новое археологическое открытие Перу началось в 1994 году, когда перуанская исследовательница Рут Шади приступила к раскопкам в долине Супе и обнаружила древнейший город Америки — Караль. Не менее поражают и начатые впоследствии раскопки в долине Касма на севере Перу. Здесь найдены святилища, построенные более четырех тысяч лет назад.

В долинах рек Сечин и Касма, почти в четырех сотнях километров к северу от столицы Перу, Лимы, давно искали золото инков. Но то, что нашли археологи из Германии и Перу, для ученых, пожалуй, важнее коллекции украшений времен испанской Конкисты. Здесь обнаружена самая древняя монументальная постройка Нового Света. Это здание, сооруженное из кирпича-сырца, возведено почти на девять столетий раньше, чем Караль, «первый город Америки», строителей после постройки пирамиды больше всего волновала уборка квартиры после ремонта. По методу радиоуглеродного анализа оно датировано 3400 — 3200 годами до новой эры. В то время в Нильской долине еще не зародилась держава фараонов, а о строительстве пирамид никто даже не мечтал.

Они пересекают прибрежную полосу с востока на запад. В долинах этих рек на протяжении тысячелетий селились люди. Именно здесь и зарождались древнейшие культуры Перу.

В одном из таких оазисов — в долине Касма — обнаружено около полусотни монументальных построек. Ни в одной другой части Перу не расположено поблизости друг от друга столько храмовых комплексов. Для случайных туристов, привыкших к «чудесам архитектуры», эти памятники, впрочем, ничем не примечательны. Время изменило их почти до неузнаваемости. Древние пирамиды не сумели выдержать неспешную работу природных сил. Ветер и вода оказались сильнее расчетов строителей.

Однако под этими невысокими, невзрачными холмами могут таиться, с точки зрения археологов, подлинные сокровища.

Конечно, не каждая из руин сравнится по возрасту с храмом Сечин-Бахо, древнейшим монументом Америки, но уже известно, что все они были построены 3-4 тысячи лет назад, а некоторые и еще раньше. К числу важнейших памятников долины реки Касма можно отнести храм Серро-Сечин (его каменные стены украшают около четырех сотен грубых и в то же время искусных рельефов) и святилище Сечин-Альто протяженностью почти два километра.

Главное здание храма выделяется четкой осевой симметрией. Оно сооружено на платформе высотой 20 метров. Благодаря применению геофизических методов установлено, что на этом месте когда-то находилось другое, еще более древнее здание, возведенное во второй половине IV тысячелетия до новой эры.

Стены храма, выполненного в виде пирамиды, на наш взгляд, непривычно пусты. Здесь нет ни рельефов, ни других изображений. Помещения имеют прямоугольную форму, но углы несколько скруглены. Кое-где в стенах, покрытых белой штукатуркой, виднеются ниши.

Перед главным зданием расположена «пристройка» высотой 14 метров, имевшая свой отдельный вход. Впоследствии проем между зданиями был засыпан.

Общие размеры комплекса составляют примерно 200 х 140 метров. Как отмечает немецкий археолог Рената Пацшке, «люди, построившие это святилище, несомненно, блестяще разбирались в архитектуре». Храмовый комплекс возведен в основном из крупных камней, доставленных с окрестных гор и затем обтесанных.

Непосредственно к святилищу примыкают четыре двора, расположенные вдоль его центральной оси. Все они, поднимаясь уступами, ведут к платформе. Первый, самый широкий двор огорожен сбоку стенами пятиметровой высоты. Настенные рельефы изображают людей с простертыми руками — то ли участников какойто процессии, то ли танцующих. В правой руке они держат некий продолговатый предмет, а в левой — что-то круглое, откуда появляется голова змеи.

Площадь двух первых дворов составляет около 2000 квадратных метров. Еще громаднее территория, прилегающая к ним,— 18 тысяч квадратных метров. Очевидно, в древности здесь устраивались народные собрания и проводились религиозные церемонии. Во втором, как и в четвертом, дворе имелись ниши высотой в человеческий рост. В них были установлены фигуры идолов или же помещались мумии.

Третий двор располагается в шести с лишним метрах над вторым. Поначалу все дворы были открыты для посетителей. Однако со временем третий двор отделила от первых двух высокая стена. Она закрывала все происходившее там от посторонних глаз. Лишь две узкие боковые лестницы вели наверх. Очевидно, только избранные имели право подняться по ним. «Возможно, изменилась сама религия, которой придерживались местные жители, или же иной стала иерархия в обществе», — полагает немецкий исследователь Петер Фукс, работающий в Перу вот уже четверть века.

Около 1600 года до новой эры храм Сечин-Бахо был покинут. Все его помещения оказались пусты. Здесь не найдены не только изображения богов, но и предметы культа, и даже повседневные предметы. Брошенное святилище обычно изобилует различными артефактами. Здесь же археологам достались лишь отдельные жемчужины да фрагменты глиняных фигур.

Особенно любопытны осколки сосудов с круглым днищем, без горлышка, которые относятся к числу самых ранних образцов керамики, найденных в этом регионе. Они украшены стилизованным изображением рыбы. Известно, что у северного побережья Перу встречаются рыбы, обладающие галлюциногенным действием. И это изображение заставляет задуматься об экстатических ритуалах, очевидно, получивших распространение в Перу в указанную эпоху.

Что же прогнало людей из святилища? «Они не покидали храм в спешном бегстве — они организованно уходили отсюда», — отмечает археолог. В нескольких комнатах еще сохранилась глина, принесенная сюда, возможно, ею собирались заново штукатурить стены. Однако работы так и не начались. Лестницы замуровали, все входы в помещения закрыли. Храм опустел. Почему? Не знает никто.

На наружной стене платформы, своего рода «холсте» из глины, напоследок были процарапаны около 130 граффити. Это — самая большая коллекция подобных рисунков, относящаяся к древнейшей истории Перу. По большей части это — неловкие, ученические копии рельефов, украшавших стены первого двора.

Здесь встречаются геометрические орнаменты (кресты, прямоугольники, прямоугольные ступени), маски, головы, схематичные изображения человечков и животных. «Я не хочу сказать, что здесь имеются лишь примитивно процарапанные рисунки, — подчеркивает Петер Фукс, — но, памятуя, например, о рельефах в храме

Серро-Сечин, хочется сказать, что они умели это делать гораздо лучше».

Но некоторые композиции довольно красивы и сложны. Например, археологов поразило химерическое существо, соединявшее в себе черты человека, каймана и хищной кошки с жутковатыми когтями и клыками. Подобные фигуры можно назвать характерными уже для последующей эпохи, получившей название «эпохи Чавина». Речь идет о культуре, сложившейся в северной части Перу к концу II тысячелетия до новой эры и просуществовавшей примерно до IV века новой эры. Основным ее памятником был храмовый комплекс Чавин-де-Уантар. Может быть, подобный рисунок знаменовал торжество новой религии, окончательно утвердившейся несколько столетий спустя? Древнейшая часть храма Чавин-де-Уантар тоже была украшена изображением человеческой фигуры с клыками хищной кошки и змеями вместо волос.

…После 1600 года до новой эры храм Сечин-Бахо используется лишь для погребений. По данным на июль 2008 года, здесь обнаружено 118 захоронений, относящихся к позднейшим эпохам.

Серро-Сечин: рыбы ищут, где отрубленные головы

В местечке Серро-Сечин, примерно в километре от Сечин-Бахо, раскопки ведутся почти четверть века. Стены здешнего святилища хранят память о тысяче лет древней истории страны — тем более что степень сохранности памятника не может не порадовать любого археолога. Храм Серро-Сечин не был разрушен воинственными племенами, его не разграбили конкистадоры, не разобрали на строительные материалы крестьяне из окрестных нищих деревень. Около 1300 года до новой эры храм был засыпан лавиной и навсегда погребен под ней. Его былое великолепие вновь открылось людям благодаря работе перуанских и немецких исследователей.

Здание покоится на ступенчатой платформе, сооруженной в период между 2400 и 2200 годами до новой эры. Центральная часть храма украшена изображениями существ, напоминающих хищных кошек. Позднее святилище расширили, и по обеим сторонам от входного портала появились цветные рельефы, изображающие пятиметровых рыб, которые раскрывают страшную пасть. Похоже, они силятся проглотить отрубленные головы людей, виднеющиеся над ними.

Около 1900 года до новой эры здание было вновь расширено и огорожено стеной из четырех сотен каменных плит высотой до 4 метров. На ней увековечена жуткого вида процессия, которая, появившись с задней стороны храма, движется вдоль него к главному порталу. У этой стены менее всего думается о «поразительном миролюбии жителей древнейшего города Перу», как не устают подчеркивать участники раскопок в Карале. Здесь, в долине Касма, посетителям храма явлена типичная для Древней Америки жестокость. Двадцать четыре страшные человеческие фигуры составляют каменную процессию. Всюду вокруг них видны изувеченные тела жертв: отрубленные головы, руки и ноги, вспоротые и искромсанные торсы, потоки крови. Что это? Какой-то эпизод жертвоприношения, похожего на страшные ритуалы ацтеков, или память о маленькой победоносной войне, может быть, разграблении соседней долины?

Со временем и этот храм утратил былое значение и был аккуратно загорожен вплоть до уровня, на котором кончались плиты с рельефами. «Сзади в храм еще можно было войти — так что он был закрыт лишь наполовину», — комментирует Петер Фукс. Очевидно, это делалось для того, чтобы скрыть от посетителей сцены жестокого, убийственного разгула. «Но разрушать рельефы не стали — отмечает исследователь. — Может быть, они просто побоялись это делать, ведь чем, как говорится, черт не шутит».

Дорога процессий ведет вспять от старых богов

Сечин-Альто — самое молодое из трех главных святилищ, найденных в долине Касма. Сооружать его начали около 1800 года до новой эры. И оно же — самое громадное. Этот храмовый комплекс протянулся почти на два километра (!). Наибольшая его высота достигает 60 метров. Не всякая пирамида с ним сравнится. Несомненно, это — наиболее грандиозное кирпичное сооружение во всем Андском регионе. Оно включает собственно пирамиду и дорогу, которая вела к ней. В дни празднеств по этой дороге совершались процессии. Вдоль нее высились различные здания и простирались две круглые площади, углубленные в землю.

Похоже, считает Фукс, жители долины Касма, построив себе новое святилище — Сечин-Альто, окончательно отказались от прежней святыни — Сечин-Бахо — и замуровали ее. Причину такой неприязни к древнему храму ученые пока не берутся объяснить. Можно вспомнить, впрочем, что и в Старом Свете люди не раз отрекались от прежних богов и объявляли войну храмам. Назовем хотя бы египетского фараона Эхнатона, повелевшего своим подданным поклоняться не Амону, а солнечному диску, объявленному божеством. Вероятно, подобные события знала и история Перу.

Раскопками Сечин-Альто вот уже несколько лет занимаются американские археологи Шелия и Томас Позорски. Некоторые из своих находок, например «Холм колонн», супруги объявили резиденцией некой «чрезвычайно важной персоны, возможно, настоятеля храмового комплекса Сечин_Альто или правителя всей долины Касма».

Правителя. Именно так. Неужели протянувшаяся на пару километров дорога процессий сооружена простой деревенской общиной? Для чего скромным крестьянам потребовалась монументальная постройка, заставляющая вспомнить памятники Египта? Разве в общине, где все равны, могла зародиться мысль о пирамиде высотой в 60 метров, которая нависает над равниной, словно тень, отброшенная грозным богом или его подобием — царем? А площадь, достигавшая 110 метров в поперечнике, разве она — достойная кулиса для лицедейства одного-единственного шамана? Нет, все здесь напоминает о волнении и рокоте масс, о твердой воле царей, о долгом — длиною в жизнь — пути к богам.

Появление подобных построек знаменует переход от земледельческой общины, где почти все были равны друг другу, к обществу, в котором установилась строгая иерархия. Величию неумолимого правителя (царя, верховного жреца) в нем будет соответствовать надменная мощь архитектуры: громадные площади, бесконечные полосы дорог, монументальные здания, невыносимая тяжесть монолитов и взметнувшаяся ввысь гора стен.

Американские археологи твердо убеждены в том, что древнейшие монументальные храмы в долине Касма составляли средоточия появившихся здесь первых городов. Эти города образовали союз — архаичную форму государства. Столкновения между отдельными городами и привели к упадку, а затем и полной гибели культуры долины Касма. Нечто подобное нам известно и из истории, например, Месопотамии. Эпохи войн между городами_государствами знала и Древняя Греция, и Центральная Америка (цивилизация майя).

От Гебекли-Бахо до Сечин-Тепе

Так ли это было здесь? Для американской археологии характерен поиск древнейших государственных образований. В долине Касма, утверждают Позорски, уже сложились свои «касты»: аристократия, жречество и зависевшие от них чиновники. Другой исследователь этой долины, Петер Фукс, лишь полемично заявляет: «Я нигде не вижу чиновника». По его мнению, здесь еще не произошло столь заметного и резкого расслоения общества. Здесь пока ощутима лишь «специализация» — выделяются шаманы, ремесленники, вожди, то есть люди, обладавшие определенными талантами и доблестями, которые они использовали во благо остальным соплеменникам.

Особенно важны шаманы — будущие жрецы, хранившие память о прошлом, традиции племени. Они знали все, о чем лишь могли догадываться юноши и чему уже не верили старцы. От их сердечных слов пробуждались боги, от их завываний и кличей оторопь брала даже демонов. «Случалось так, что они собирали вокруг себя все племя. Но для этого требовалась подходящая декорация», — продолжает Фукс. Соплеменники могли сходиться, например, на круглой площади или огороженном дворе. Позднее рядом огораживали еще один двор — уже для избранных. Во время таких сходок устраивались настоящие представления, — пожалуй, как на собраниях современных сект. Звучала музыка, раздавались песнопения, люди пускались в пляс.

…Как бы то ни было, ясно одно. Учебники по истории Перу и — шире! — всей Южной Америки придется переписывать. Мы заново открываем целые тысячелетия становления культуры народов, населявших Анды. Заново пытаемся понять, когда индейцы Южной Америки начали переходить к оседлому образу жизни. Когда совершилась культурная революция и как на землях, населенных племенами охотников, рыбаков и собирателей, постепенно зародилось государство и возникло иерархическое общество? Как оно формировалось из разрозненных кланов? Как горизонтальная (племенная) структура общества сменялась вертикальной иерархией, присущей государству?

В этой «квадратуре круга» все еще остается много непонятного. Слишком трудно одна общность — небольшой союз родственников и соратников — поддается превращению в другую, в множество неприметных, одинаковых атомов, каждому из которых отведено свое неколебимое место. Рабу суждено остаться рабом, крестьянину — крестьянином, и даже самый мудрый охотник никогда не станет царем, пусть он лучше любого вельможи умеет выслеживать зверя в лесу и ловить рыбу в реке.

Археологические открытия последнего десятилетия ставят под сомнение привычную модель формирования человеческой цивилизации. До недавних пор считалось, что появлению монументальной архитектуры предшествуют переход людей к оседлому образу жизни, развитие земледелия и животноводства, изобретение керамики. Первые архитекторы Древнего Перу были не пахарями, а рыбаками, не сеятелями, а собирателями трав, плодов и кореньев, не ремесленниками, а охотниками. Они не владели искусством письма, не умели изготавливать керамическую посуду — они «лишь» строили храмы. Их опыт заставляет, впрочем, вспомнить другое достижение строителей каменного века, святилище, обнаруженное далеко от Перу — на земле Турции, в Гебекли-Тепе

Мы мало что знаем о жителях Перу той далекой эпохи. Даже о точном назначении зданий, возведенных ими, можем подчас только гадать. С некоторой долей уверенности мы готовы сказать, что на этих площадях и дворах, в пирамидах и других постройках проводились какие-то общинные празднества и выполнялись определенные ритуалы.

…Еще недавно, в начале 1990-х годов, древнейшей цивилизацией Перу считалась культура Чавин, сформировавшаяся на севере страны около 1200—1100 годов до новой эры. «Происхождение» же самой «культуры Чавин пока неясно», констатировал «Археологический словарь» У. Брея и Д. Трампа, изданный на русском языке в 1990 году (первое оригинальное издание на английском — в 1970 году).

Но археологические раскопки, проводившиеся в — отдельных — речных долинах Перу в последние 15 лет, позволяют нам покинуть «горизонт культуры Чавин» и отступить в прошлое на целых две тысячи лет, чтобы… увидеть и там самобытные культуры, сложившиеся еще в позднем каменном веке. Это было время не только охоты и собирательства, но и монументального строительства.

Не только в долине Касма, но и в других речных долинах Перу — оазисах в этой пустынной стране — археологи обнаруживают руины древних построек.

Около пяти тысяч лет назад в различных областях Перу начинает формироваться иерархическое общество. Их население живет уже не одной лишь рыбной ловлей, но и занимается возделыванием культурных растений — маиса, арахиса, маниока, тыквы. Создаются системы искусственного орошения, позволяющие использовать под плантации обширные участки пустынных земель. Жизнь общества заметно усложняется, что подразумевает и разделение труда, и появление жесткой централизованной системы управления обществом, а это, в свою очередь, позволяет отвлечь часть работников для строительства крупных сооружений, например пирамид.

Совместное участие в культовых церемониях, проводившихся под руководством шаманов или жрецов, а также работа по возведению пирамид, что в Перу, что на другом конце света, в Египте, позволяли людям почувствовать себя единой общиной. Главное отличие между культурами Древнего Египта и Перу заключалось в том, что жители Нильской долины изобрели иероглифическую письменность, оказавшую огромное влияние на развитие общества. Символы, начертанные на папирусе, наполнялись духом эпохи и хранили множество смыслов. Они могли запечатлеть религиозные воззрения и подвиги воителей, глухой ропот бедняков и жалобы влюбленных, нормы поведения и надежды пророчеств.

Общины Древнего Перу оказались обществом мертворожденных слов. Все сказанное исчезало навеки, забывалось от поколения к поколению. Оставались лишь пирамиды, каналы, граффити, жилые дома, узелки на шнурках… Много ли могли сохранить последние? Археологи не берутся сказать.

Письменность сплачивала жителей Нильской долины. Многие тысячи людей на протяжении веков поклонялись общим богам, жили по единым законам, в то время как жители речных долин Перу оставались глубоко разобщены. Каждый оазис был отдельным мирком, который роковым образом оказывался отделен от других таких же мирков, затаившихся за горным отрогом, за далью пустыни. Отдельные общины жили изолированно друг от друга, не обменивались своими изобретениями и культурными достижениями. Это затрудняло развитие древнеперуанской цивилизации. Из разрозненных осколков так и не склеивалось единое целое…

Когда кайман указывает путь

Руины Перу хранят еще много тайн. Так, лишь в марте 2007 года археологи доказали, что хорошо известная им монументальная крепость, возведенная около 2300 лет назад, на самом деле является солнечным календарем, по которому древние жители Перу отсчитывали течение времени. Лишь пятнадцать лет назад был

обнаружен самый древний город Америки.

Так достаточно ли хорошо мы знаем раннюю историю Перуанской цивилизации? Так ли уж основательны наши суждения о ней? При раскопках в долине Касма найдены граффити, на которых встречается изображение существа, наделенного чертами человека и каймана. Подобные изображения получили распространение несколько веков спустя, в эпоху культуры Чавин. Удивляет, впрочем, другое. В реках к западу от Анд, то есть на побережье Перу, кайманы никогда не водились и не водятся.

Однако несколько лет назад в тропических лесах Эквадора, к востоку от Анд, французские археологи обнаружили необычайно тщательно отполированные и украшенные каменные сосуды, а также святилища и захоронения, которые также напоминали соответствующие памятники культуры Чавин. Но главное: они датированы серединой XXV века до новой эры, то есть были на тысячу лет старше этой культуры.

Может быть, первые жители речных оазисов Перу пришли сюда не с северного побережья, а с востока — из тропических лесов, лежавших по ту сторону Анд, миновав, казалось бы, неодолимые горные хребты? Пришли из той страны, где почти пять тысяч лет назад почитали божество в образе каймана? Не скрываются ли в густых тропических лесах к югу от Панамского перешейка следы древнейшей цивилизации Южной Америки?

Возможно, в ближайшие годы в археологии Нового Света произойдут революционные открытия. Тем более что в большинстве стран Латинской Америки нарастает интерес к далекому прошлому их культур и истокам их индейской самобытности.

Самые древние фрески Америки

Осенью 2007 года на северо-западе Перу, в 650 километрах от Лимы, близ горы Вентаррон, при раскопках святилища площадью 2500 квадратных метров, воздвигнутого около четырех тысяч лет назад, обнаружены фрагменты цветных фресок. На одной из них можно увидеть оленя, попавшего в сети охотников. Это — древнейшие фрески, найденные пока на территории Америки. Ими покрыто несколько стен. По словам руководителя раскопок Вальтера Альвы, живопись отличается «высоким художественным качеством».

На территории храмового комплекса замечены также кости амазонских попугаев и обезьян. Эта находка свидетельствует о том, что еще в те далекие времена жители северного побережья Перу вели торговлю с племенами, населявшими бассейн

Амазонки. Горная система Анд, простиравшаяся неприступной стеной, не была для них препятствием.

http://www.liveinternet.ru/users/foxess/post172242258/