|
Секрет магической силы Джуны
|
|
|
|
Каких только любовников не приписывала молва покойной целительнице Джуне — от престарелых членов советского правительства и чекистов в генеральских погонах до ныне цветущих молодых эстрадных звезд. Эти слухи Джуна комментировала по настроению: то отвечала, что нет такого олигарха, который бы к ней не посватался, то «признавалась» в романе с кем-то одним — то с генералом, то с композитором...
|
|
|
|
Где в личной жизни Джуны заканчивается мистификация и начинается правда — в эти тайны посвящены очень немногие...
|
|
|
|
Человек, входивший в ближний круг покойной, рассказал «МК», почему у Джуны... не было и не могло быть любовников...
|
 |
|
За те 4 месяца, что прошли со дня смерти Джуны, 8 июня 2015 года, нашлось немало желающих обнародовать «неопубликованные интервью» с Джуной, из которых становится ясно, что никакой «целительной силы» у знаменитой знахарки не было, зато была куча любовников. Мол, она была чуть ли не нимфоманкой, предпочитающей молодых мужчин. Ей приписывают роман с Игорем Тальковым, брак с Игорем Матвиенко и множество адюльтеров с высокими чиновниками-силовиками, которые якобы ей и покровительствовали. Причем в одних интервью Джуна признает все это, а в других заявляет, что замуж за Матвиенко вышла «ради прикола, ведь он страшный, как атомная война», а Талькова «любила как брата». А в одной беседе Джуна даже заявляет, что «мужчинами брезгует».
|
|
|
|
Андрей Демченко (в то время журналист на Иновещании) рассказывает, что впервые пришел к Джуне в 1987 году: шеф послал его разобраться, кто такая — шарлатанка или правда что-то может? Тогда, по словам Андрея, о Джуне ходило много самых фантастических слухов. И колдуньей называли, и даже ведьмой. Демченко раздобыл номер Джуны и позвонил. На беседу с ним она согласилась, а на вопрос, в какой день ей удобно, вдруг ответила: «А вы прямо сейчас приезжайте!».
|
|
|
|
— А где жила знаменитая целительница почти три десятка лет назад?
|
|
|
|
— Там же, где и умерла — в переулке возле Арбата, неподалеку от Театра Вахтангова. Помню, был холодный октябрьский вечер. Дом я нашел легко, вхожу во двор, а там… Жуть, сколько людей! Может быть, человек двести… Кто на лавочке сидит или лежит, кто в машинах, кто прямо на земле, на каких-то матрасиках, ящиках, досках… Я сразу понял — это страждущие, к Джуне пришли. Я удостоверение «Пресса» показал и прошел без очереди, которая строго соблюдалась…
|
|
|
|
Демченко удивило, что у знаменитой Джуны оказались вовсе не хоромы, а обычная квартира. Не типовая, конечно, — все-таки дом старинный. Но загадочная, необычная — какие-то ходы-выходы, потайные комнатки, которых сразу и не углядишь.
|
|
|
|
— Она мигом поняла, кто я, подошла и протянула руку. Глаза у Джуны были черные и безумно глубокие, как космос… Бездонные! А рука теплая и даже горячая. Она какое-то время смотрела мне в глаза, задерживая мою руку в своей… И я как-то спинным мозгом понял, что «прошит» насквозь — кто такой, что за душою, зачем на самом деле пришел. Но скрывать мне было нечего… Джуна улыбнулась и пригласила меня в небольшую комнатку. Именно в этой комнатке мы с ней потом целых три года записывали интервью, просто беседовали, курили… Мы еще молоды были тогда: мне 31 год, ей — 38.
|
|
|
|
— Если верить слухам, можно предположить, что целительница положила на вас глаз — молодой, здоровый?
|
|
|
|
— Можно, конечно, это и так назвать... Но не в том смысле, в каком вы подумали! Первое интервью с Джуной прошло на ура: его перевели на 11 языков и растиражировали по всему миру. Она радовалась как дитя: «А еще мы будем делать интервью?» Я стал готовить материалы с Джуной для разных газет — и настал день, когда она предложила мне «стать пресс-атташе». Я с радостью согласился. На окладе я у нее не состоял, зато получал гонорары за каждый материал, где бы он ни вышел. Именно на деньги Джуны я купил свою первую машину — 15-летнюю «копейку». Джуна распорядилась, чтобы все контакты с прессой шли через меня; она просто обожала говорить по телефону фразу: «Все связи с журналистами у меня через моего пресс-атташе…», после чего передавала трубку мне, а я, поддерживая игру, важно бурчал что-нибудь типа: «Нет, Джуна не сможет вас принять, она сейчас занята. Позвоните через месяц…» Джуна улыбалась и показывала большой палец.
|
|
|
|
Демченко признается, что просто «поймал волну» Джуны. Вспоминает, что очень любил приходить в ее дом и проводить там целые вечера. Домой часто приходил лишь под утро: ему было безумно интересно смотреть, как Джуна работает с пациентами… Она делала руками какие-то странные, завораживающие движения, концентрируя всю силу на больном месте. До тела при этом не дотрагивалась.
|
|
|
|
Особые воспоминания пресс-секретаря о том, что происходило вечерами в квартире целительницы:
|
|
|
|
— Спиртного она не пила, а курила много. Представьте себе — комната площадью не более 25 квадратов, — описывает Демченко. — Стены увешаны картинами, которые писала сама Джуна, у дивана — большой стол, всегда накрытый яствами. Джуна работает с пациентом, а за столом — люди. Публика самая разношерстная: родственники Джуны, ее друзья, киноактеры, эстрадная попса, чиновники всех рангов и мастей, а также персонажи, суть и роль которых я так и не сумел понять. У Джуны была особенность, которая меня пугала: она могла пустить в квартиру и усадить за стол практически любого (!) человека с улицы. При определенных условиях, конечно. Этот человек должен был, каким-то образом прорвавшись в квартиру, упасть Джуне в ноги и произнести примерно следующий текст: «Джуна, вот оно! Свершилось! Я у твоих ног! Ты пришла в этот мир, чтобы исцелять людей, ты добрая волшебница, ты богиня! Позволь мне просто быть рядом, помогать тебе делать святое дело!» И происходило чудо: человек становился вхож в дом Джуны! Суетился, помогал накрывать на стол и убирать со стола, встречал гостей — словно швейцар, вешал их пальто… А потом сидел за столом, кушал и пил от пуза, поднимая тосты за здоровье великой целительницы... Как-то раз я сказал Джуне: «Послушай, тебе не кажется, что пора прекратить эту практику — пускать в дом невесть кого?» Джуна взяла меня за руку и сказала проникновенно, как умела только она: «Андруша (она так произносила мое имя), эти люди пришли ко мне. Они мне поверили. Они хотят быть рядом. Как я могу им отказать?» Помню, я только пожал плечами да руками развел...
|
|
|
|
Демченко вспоминает, что в результате такого добродушия Джуны под ее крылом расплодилось немало лжецелителей. Некоторые персонажи из тех, кто заполнял арбатскую квартиру в конце 80-х, оставались там чуть ли не до последних дней. Некоторые, считавшие себя ее учениками, теперь именуют себя целителями — хотя, по мнению бывшего пресс-секретаря, данных для этого не имеют никаких.
|
|
|
|
— Джуна не любила обижать людей, жаждущих быть с нею рядом, но и навредить другим не позволила бы... Кстати, сама она была крайне чужда показных эффектов. Не любила делать пророчества — даже когда ее об этом просили. Но иногда могла подойти к кому-то сама — даже к незнакомому — и сказать что-нибудь вроде: «через год тебя узнает вся страна» или «срочно иди к онкологу — у тебя опухоль надпочечника». Как-то мы вспоминали, кто кем мечтал быть в детстве, и я сказал, что киноактером, но теперь уже эта мечта никак не может сбыться — поздно. Мне тогда было уже за 30. А Джуна вдруг самым обыденным тоном произносит: «Андруша, она сбудется, но тебе придется подождать!» Если честно, я эти слова, сказанные в 1989 году, всерьез не воспринял — да и карьерные планы были у меня совсем другие. Но в 2010 году, когда мне было уже хорошенько за 50, я вдруг начал сниматься в кино и продолжаю это делать. Могла ли Джуна заглянуть на 21 год вперед? Наверное...
|
|
|
|
Если верить Андрею Демченко, Джуна не только слово «чудо», но даже слово «экстрасенс» терпеть не могла, реагировала на него в зависимости от настроения. Могла просто сказать «я не экстрасенс», а могла и выгнать из дома того, кто ее так назвал. Джуне больше нравилось слово «целительница», но больше всего она хотела, чтобы ее называли врачом. «Я лечу людей, — говорила она, — и никаких чудес в этом нет. Я использую для этого биоэнергетику. Она лежит в основе бесконтактного массажа, который я применяю для лечения». Джуна всегда стремилась к тому, чтобы ее биоэнергию серьезно исследовали с помощью приборов, чтобы ее методику признали специалисты, чтобы перестали считать колдуньей и приняли в ряды ученых… Но, увы, научная тусовка СССР, а позже и России так и не посчитала Джуну своей.
|
|
|
|
— Но могла она действительно многое, и я убеждался в этом не раз! — уверяет Демченко. — Как-то мы сидели с ней за столом, и наши колени плотно прижимались друг к другу. «Что с твоей ногой? — спросила вдруг Джуна, — меня словно током бьет от тебя!» А у меня с утра — на перемену погоды — жутко болело место былого перелома… А в другой раз я привел к Джуне женщину, у которой была мастопатия, но Джуна не знала об этом. Я сказал просто: мол, посмотри ее. Джуна быстро подошла к женщине и, спросив «здесь болит?», слегка нажала пальцем на ее грудь… Женщина невольно отпрянула — таким точным было попадание в эпицентр боли.
|
|
|
|
Демченко уверяет, что в споре Джуна могла убедить кого угодно и в чем угодно. Из нее исходила такая сила, что ощущалось почти физическое давление. Но у этой медали всегда есть и другая сторона: любой человек, который в силу перевеса психофизической энергии способен воздействовать на окружающих, сам открыт для такого же воздействия извне — это знают все гипнотизеры. Именно поэтому Джуна была очень гипнотабельной. Демченко вспоминает, как на ее дне рождения, в ресторане, друзья устроили для Джуны настоящий концерт. Александр Барыкин, Игорь Николаев, Александр Кальянов, солисты Большого… Демченко, владеющий вокалом, тоже вышел на сцену с романсом «Не жалею, не зову, не плачу…» Ему врезалось в память, что все время, пока он пел, Джуна простояла перед сценой как вкопанная, устремив на него неподвижный взгляд и не замечая желающих пригласить ее на танец. Потом она, с трудом выйдя из этого странного ступора, заявила: «Ты не пел, Андруша, ты меня цепями оковал!»
|
|
|
|
— Прижимались коленями... Цепями оковал... А не темните ли вы, господин пресс-атташе? Может, между вами другая энергетика была?
|
|
|
|
— Джуна воспринимала меня только как «правую руку», — уверяет Демченко. — Я даже приводил к ней свою девушку, в отношении которой имел серьезные планы. Попросил просто глянуть на нее, а потом сказать свое впечатление. Мы вместе сидели за столом, и Джуна только иногда бросала на мою спутницу короткие, но очень внимательные взгляды. А потом она рассказала мне обо всех главных вехах в жизни моей девушки и обо всех основных чертах ее характера. Я был потрясен — ведь кое-что знал уже и сам, и все это совпало до мелочей. Скажу сразу, что и остальное тоже сошлось — в этом я убедился в будущем. Через пару месяцев я женился на этой девушке, а чуть больше чем через год мы развелись — с треском и громом, скандалами и судами. Придя к Джуне в процессе этого жуткого расставания, я спросил ее: «Почему же ты не сказала, что меня с ней ждет? Ты же видела!». «Андруша, — сказала Джуна, — я не имела права говорить. Это было у тебя на роду написано».
|
|
|
|
Демченко утверждает, что за три года, которые он провел рядом с целительницей, он не видел ни одного мужчины, отношения Джуны с которым хоть в чем-то напоминали бы близкие, любовные. По его словам, любила она только одного мужчину, тогда еще мальчика — сына Вахо. Его отца в доме никогда не вспоминали, а сама Джуна в зависимости от настроения и собеседника предлагала разные версии — то Виктор Давиташвили умер, то она сама не пускает его на порог...
|
|
|
|
— Вахо, конечно, хотя был окружен безмерной любовью матери, все равно рос как бы сам по себе. Она просто не имела возможности заниматься с сыном столько, сколько это было необходимо. У нее не было ни секунды того времени, которое называют свободным. Бесконечные пациенты, постоянные гости... Я не знаю, когда Джуна спала. Ложилась она часто в пять-шесть утра. Я много раз видел, как Вахо подходил к маме и говорил, что хочет есть. Попросив пациента подождать, Джуна обращалась к какой-нибудь родственнице: «Сулико (Нона, Ламара), покорми Вахо!» Через пять минут мальчишка сидел за столом и уплетал бутерброды с паюсной черной икрой, которую благодарные пациенты привезли из Астрахани. Хотя время было обеденное — лучше бы суп сварили… Все задаются вопросом: как же Джуна с ее ясновидением не заметила, что творится с парнем, в какую пропасть он катится? Метафизики говорят, что астральные сущности, курирующие те или иные заболевания (у шаманов — духи болезней), мстят врачам, отыгрываясь на их детях. Научного объяснения этому, конечно, не существует...
|
|
|
|
— Почему же вы так уверены, что у Джуны ни с кем не было романа, раз вокруг нее круглосуточно вилось столько самых разных людей?
|
|
|
|
— Я никогда не расспрашивал ее на личные темы: если она захочет что-то до меня донести, то сделает это сама. Но как-то у нас все же состоялся один почти интимный разговор. Джуна вдруг сказала: «Андруша, знаешь, сколько ко мне олигархов сваталось! И генерал этот таможенный проходу не дает! Но я не могу быть с мужчинами — я же лечу! А это заберет мой дар. Думаешь, я просто так Вахо без отца оставила?! Мне сказали: ты здесь нужна. Виктор сначала во Владимире учился, а потом и вовсе навсегда исчез из моей жизни... Так было надо!» И я раз и навсегда понял, что все «амурные похождения Джуны» — это домыслы. И она сама периодически их поддерживает, так как то, в чем она призналась мне в порыве откровенности, — вовсе не для ушей всех и каждого. Хоть миллион раз назови ее шарлатанкой, жизнь своему делу она отдала самую настоящую, свою собственную и единственную.
|
|
|
|
Демченко рассказывает, что Джуна была абсолютно чужда чинопочитанию — и говорила с министрами и генералами так же, как и с простыми, ничем не приметными людьми. На всякие звездные тусовки не ездила — но у нее самой в квартире каждый вечер гостили знаменитости.
|
|
|
|
— На моей памяти Джуна поехала в звездные гости только раз — и попала в весьма неприятную историю. Дело было так. Мы сидели за столом, пили чай и беседовали. Был, в частности, Андрей Вознесенский в своем неизменном ярком платочке, повязанном на шее. Вдруг вошел Саша Кальянов, отвел Джуну в сторонку и что-то горячо ей зашептал. Глаза у Джуны загорелись. «А что? Поеду! — отрывисто произнесла она, — я же говорила: все равно она первая меня пригласит!» Все стало ясно. Дело в том, что отношения самой известной певицы советской эстрады, которую и называть нет необходимости, и Джуны — ну никак не складывались. И вот лед был сломан: Кальянов привез Джуне приглашение. Все в доме закрутилось и зашумело. Одно платье было забраковано, потом другое, третье… Наконец Джуна выбрала наряд и, бросив нам: «Вы меня дождитесь, не уходите!» — вышла. Мы переглянулись… Перспектива не особенно улыбалась нам: кто знал, сколько придется просидеть? Мы настроились было на долгое бдение… Однако Джуна вернулась примерно через час. На ее лице были красные пятна, волосы растрепаны, а в кулаке она зажимала… клок волос! Передаю ее рассказ — как помню. «Приехала я, вошла… там большая компания за столом. Я говорю: «Мир вашему дому!» ЭТА (иначе Джуна великую артистку не величала) встает, на меня даже не глядит, на мое приветствие не отвечает… И говорит всем: «Ну, что я говорила? Она ко мне приехала, а не я к ней!» Я тогда сразу говорю: «Ах, так? Тогда ноги моей в этом доме не будет!» А ЭТА показывает на меня и говорит: «Так возьмите же ее за эту ногу и выбросите отсюда!» Ну… я ее вазой по башке огрела. А вот мой боевой трофей!» — с этими словами Джуна торжественно воздела руку с клоком волос, который, как мы поняли, был выдран с головы великой певицы…
|
|
|
|
Уже потом я где-то прочел, что Джуна якобы рассказала историю, как порвала мегазвезде нашей эстрады глаз и губу, после чего та сделала себе пластическую операцию, и что ее (Джуны) платье было все в крови… Что в дело вмешалась дочь певицы, и все кончилось чуть ли не поножовщиной… Не знаю, откуда взялись такие факты, чья неуемная фантазия их породила. Джуна такого рассказать не могла — я не упомню случая, чтобы кто-то ловил ее на вранье. Все, что Джуна поведала о той роковой битве, я передал выше — слово в слово. И готов засвидетельствовать, что на платье Джуны никаких следов крови не было и в помине…
|
|
|
|
— А как вы расстались с Джуной и почему?
|
|
|
|
— Тихо и незаметно. И без особой причины. Судьба — она ведь сводит и разводит людей по своим, не понятным для нас законам. Встречи, на которых мы стали больше общаться с другими, чем между собой, становились реже и реже…. Потом еще несколько лет передавали друг другу приветы через общих знакомых. А потом и передавать перестали... Джуна осталась в моей душе такой, какой я увидел ее впервые — хрупкой ранимой девочкой, на которую природа возложила тяжкую роль — влиять на людские судьбы.
|
|
|
|
http://www.mk.ru/social/2015/10/16/sekret-magicheskoy-sily-dzhuny-ona-izbegala-muzhchin.html
|
