19.07.2016. - Споры по поводу недвижимого имущества на Луне

Споры по поводу недвижимого имущества на Луне

Идея относительно споров по поводу недвижимого имущества на Луне может показаться глупой и похожей на мошенника, продающего туристу Бруклинский мост. Однако в недавно опубликованном докладе один из его авторов Мартин Элвис (Martin Elvis), астрофизик из Гарвард-Смитсоновского центра астрофизики (Harvard-Smithsonian Center for Astrophysics), излагает свои аргументы в пользу того, что общество должно начать серьезно размышлять по поводу недвижимой собственности на Луне еще до того, как мы столкнемся с этим кризисом.

Большая часть поверхности Луны не представляет собой ничего такого, за что можно было бы воевать. Все земельные участки на Луне в настоящее время ничем не отличаются друг от друга. Однако есть и некоторые исключения — пики вечного света (peaks of eternal light). Именно в этих местах, по мнению Элвиса, проведение научных исследований, вероятно, будут рассматриваться — или даже использоваться — как захват земли.

«Пики вечного света представляют собой возвышенности около лунных полюсов, которые постоянно получают солнечный свет», — подчеркивает Элвис (руководитель группы авторов) и его соавторы — философ Тони Миллигэн (Tony Milligan) и политолог Аланна Кроликовски (Alanna Krolokowski). В совокупности эти вершины составляют территорию площадью всего в один квадратный километр лунной поверхности. Узкие края кратеров особенно ценны при использовании в двух целях.

Прежде всего, они обеспечивают постоянное получение солнечной энергии. Это позволит любой лунной станции — обитаемой и необитаемой — сократить вес и затраты на запуск. Без постоянного источника солнечного света «нужно иметь огромное количество батарей и солидную термоизоляцию, — отмечает Элвис. — Это большой груз, который нужно направлять в космос. Указанные места позволяют начать использовать там воду (в темных углах расположенных поблизости кратеров). Индустриальная революция началась по причине того, что железо находилось рядом с углем… Таким образом, если у вас имеется источник энергии рядом ресурсами, то именно в этом месте вы начинаете развивать промышленность. Если нечто подобное будет происходить на Луне, то это будет именно в этих местах».

Второе использование пиков вечного света связано с тем, что там могут быть установлены радиотелескопы. Радиоастрономическая обсерватория в таком месте позволит осуществлять наблюдение за Солнцем в непрерывном режиме, что расширит возможности проведения анализа солнечных данных. Длинный провод можно будет протянут по краю кратера, а его длина будет составлять не менее 100 метров. Такая работа может быть проведена с помощью автоматических аппаратов. «Если у вас есть луноход, то нужно всего лишь размотать медную проволоку в процессе его движения, — говорит Элвис. — Нет необходимости разматывать провод строго по прямой. Я не вижу никаких технологических препятствий, которые бы не позволили провести подобную работу через несколько лет».

На самом деле, несколько игроков планируют лунные экспедиции в течение ближайших лет, и они могут вмешаться в борьбу за пики вечного света. Китай в 2013 году успешно осуществил посадку на Луну своего аппарата Чанъэ-3 и планирует посадить туда же Чанъэ-5 в 2017 году. Китай агрессивно и успешно реализует свою лунную программу, и он в состоянии установить на пиках вечного света радиоастрономическую обсерваторию уже через несколько лет (в настоящее время такая задача не названа в качестве цели).

Целый ряд претендентов на Лунный приз компании Google (Google Lunar X Prize) также могут первыми достичь этих пиков света. Компания SpaceIL, израильская некоммерческая организация, уже заплатила свою долю в намеченном на 2017 год старте ракеты Falcon 9 компании SpaceX. SpaceIL не объявила о том, в каком месте предполагается осуществить посадку лунного модуля.

Так что же произойдет, если кто-то осуществит посадку на одной из лунных вершин? Могут ли, в таком случае, быть сделаны претензии относительно права собственности? Вот здесь ситуация становится весьма сложной. История космических законов начинается с Договора о космосе (The Outer Space Treaty), который был заключен, в первую очередь, между Соединенными Штатами и Советским Союзом и ратифицировал в 1967 году — 104 страны являются в настоящее время его участниками.

Статья Вторая этого договора гласит: «Космическое пространство, включая Луну и другие небесные тела, не подлежит национальному присвоению ни путем провозглашения на них суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни любыми другими средствами». Это означает, что ни одна страна не может установить свой флаг и претендовать на лунную землю. НАСА не может назвать какую-то вершину света частью Соединенных Штатов. Китай, связанный положениями этого договора, должен соблюдать подобные ограничения в ходе исследования Луны.

Если какая-то страна не может претендовать на лунную землю как на суверенную по своей сути, то можно ли де-факто получить выгоду от суверенности? Элвис предлагает лазейку в этом договоре, которая может быть создана с помощью пиков вечного света.

Статья 12, кажется, лишает возможности сделать исключение в отношении лунной собственности. «Все станции, установки, оборудование и космические корабли на Луне и на других небесных телах открыты для представителей других государств — участников настоящего договора на основе взаимности. Эти представители заблаговременно сообщают о проектируемом посещении, чтобы позволить провести соответствующие консультации и принять меры минимальной предосторожности для обеспечения безопасности и во избежание помех для нормальных операций на установке, подлежащей посещению». Другими словами, в этой статье говориться о том, что вы должны позволить другим нациям посещать вашу лунную базу.

Но если вы не можете держать других людей вне пределов вашей недвижимой собственности, то является ли она, по-настоящему, вашей? Установка радиотелескопа на пике вечного света, говорит Элвис, может предоставить законодательную лазейку, позволяющую правительствам не выполнять положения Статьи 12.

Приближение к антенне радиотелескопа может вызвать электрические помехи, нарушающие «нормальные операции», о которых говорится в данном Договоре. Если обсерватория проводит непрерывное наблюдение за Солнцем, то не существует время простоя, когда могло бы быть осуществлено посещение.

«На самом деле одна единственная проволока может превратить один из самых ценных участков территории на Луне в нечто, приближающееся к недвижимой собственности, и предоставить занявшей ее стороне немало рычагов воздействия, если первичной целью не является проведение научных исследований», — подчеркивают авторы этого доклада.

Размещение символической радиоастрономической обсерватории может представлять собой претензию, позволяющую стране заблокировать эту собственность до того времени, пока ее представители не будут готовы создать солнечную электростанции, снабжающую электричеством горные работы в поисках воды или Гелия-3.

Закон о космосе обсуждался и продвигался как и закон о нераспространении ядерного оружия. Во время каждого разговора с упоминанием этого договора, записывавшегося тогдашним президентом Линдоном Джонсоном, он обсуждался именно в этих терминах, а вопросы коммерции или недвижимой собственности никогда не упоминались. «Мы считаем, что это принесет пользу всему миру и будет способствовать ослаблению напряженности», — сказал Джонсон своему помощнику в тот момент, когда вероятность ядерной войны была для всех главной озабоченностью. 9 декабря 1966 года газета New York Times сообщила: «Г-н Джонсон в заявлении, сделанном из своего ранчо и распространенном Белым домом, назвал заключенный в рамках ООН договор «самым важным событием в области контроля над вооружениями» с 1963 года, когда был подписан договор о (частичном) запрещении испытаний ядерного оружия.

Поэтому требования относительно посещения, установленные в Статье 12, вероятно, лучше всего можно понять как схему посещения, целью которого является предотвращение строительства стартовых комплексов для ядерного оружия или других видов вооружений в нарушении Договора о космосе. Все это заставляет нас более внимательно посмотреть на то, к кому относится этот договор. Правительства, подписавшие Договор о космосе, несомненно, связаны его положениями, но относится ли это к SpaceX, SpaceIL или к любым другим частным лицам, корпорациям или некоммерческим организациям?

В Статье 6 этого договора, в частности, сказано: «Государства — участники Договора несут международную ответственность за национальную деятельность в космическом пространстве, включая Луну и другие небесные тела, независимо от того, осуществляется ли она правительственными органами или неправительственными юридическими лицами…» — это ясно говорит о том, что Договор о космосе проводит различие между государственными и негосударственными игроками. Когда этот договор имеет в виду государства, там говорится о государствах. Там говорится о том, что государство не может выдвигать претензии относительно территории в космосе, но там не говорится о том, что неправительственным организациям запрещается устанавливать несуверенное право собственности на участки территории. (Д-р Элвис уважительным образом не согласился с подобной интерпретацией Договора о космосе, однако он сказал, что раньше он ее не рассматривал).

То, что не разрешено делать НАСА или Европейскому космическому агентству, частные корпорации, вероятно, имеют право делать.

Литературы по вопросу о правах собственности крайне мало. Настоящих случаев рассмотрения вопросов о земельных участках за пределами Земли пока еще не было, и поэтому нет юридических дел, которые можно было бы изучить. Однако в 1969 году Стивен Гороув (Steven Gorove) в статье, опубликованной в журнале Fordham Law Review, отметил, что, согласно Закону о космосе, частная собственность за пределами Земли является юридически законной.

«Этот закон в его нынешней форме, судя по всему, не содержит никакого запрета относительно индивидуального присвоения или присвоения частной ассоциацией или международной организацией даже в том случае, если эта организация не является ООН. Таким образом, в настоящей момент частное лицо, действующее от своего собственного имени, или от имени другого частного лица или частной ассоциации или международной организации имеет право, в соответствии с законом, приобретать любые участки в космосе, в том числе на спутниках, а также на других небесных телах», — подчеркнул Гороув.

«Важно иметь в виду, что — с определенными исключениями — международное право позволяет то, что оно не запрещает», — отмечает Роберт Тернер (Robert Terner), помощник директора Центра национальной безопасности и права Виргинского университета.

«Это означает, что государства не должны показывать то, что договор разрешает производить намеченные ими действия в отношении внешнего мира. Скорее, государства делают то, что хотят, если только они не согласились по договору или на основании долгосрочной обычной практики признать в качестве закона (opinio juris) запрет на то, что они сейчас хотят сделать — или не взяли на себя обязательство действовать определенным образом».

Другими словами, все то, что конкретно не запрещено обычаем или договором, как правило, разрешается международным правом.

Если государства недвусмысленно не договорились о том, чтобы лишить своих граждан права претендовать на месторождения полезных ископаемых или пиков вечного света для коммерческого использования, то, вероятно, подобного рода право существует (Тернер не поддержал какое-то конкретное мнение относительно владения земельными участками в космическом пространстве).

Тернер предположил, что неопределенность в Договоре о космосе может затруднить коммерческое использование космического пространства. «В некоторых обстоятельствах права собственности должны быть установлены до того, как коммерческие предприятия будут готовы инвестировать средства в технологии для разработки ресурсов, — говорит Тернер. — Так, например, пока Канада и Соединенные Штаты не могут договориться относительно линии раздела между двумя странами в заливе Мэн, американские энергетические компании, собирающиеся вести добычу нефти с континентального шельфа в спорных районах, подвергаются риску, и могут не только столкнуться с тем, что они добывают канадскую нефть и должны будут демонтировать свое оборудование, но и с тем, что у них может возникнуть долг перед Канадой на сумму стоимости любого количества нефти, добытой за последние годы. Поэтому обе страны обратились в Международный суд ООН для определения пограничной линии».

Элвис предпочитает не делать комментариев относительно будущего земельных участков на спутниках и астероидах. Он просто хочет, чтобы мы задумались над этим вопросом и начали принимать решения прежде, чем кто-то за нас эти решения примет. «Я пытаюсь сделать так, чтобы было принято решение и чтобы оно было более реалистичным, основанным на разнообразии ресурсов, — говорит Элвис. — Я надеюсь, что мы увидим либо пересмотренный договор или пересмотренную версию этого договора, которые сделают исследования космического пространства стоящим предприятием».

Все космические державы являются в настоящее время участниками Договора о космосе — все, за исключением Ирана. Иранское космическое агентство обладает свой собственной стартовой площадкой, с который были успешно запущены на орбиту сделанные в Иране спутники. Иран не обладает ракетами, способными достичь Луны, и пока у него нет планов заниматься подобными проектами. Другие страны могут просто выйти из Договора о космосе, направив лишь соответствующее уведомление за 12 месяцев до выхода.

Элвиса беспокоит то, что стремление опередить соперника, являющегося участниками Договора о космосе, может иметь негативные последствия для нас самих. «Предположим, мы скажем: мы не можем допустить, чтобы китайцы были первыми, поэтому давайте сделаем это сами!» Тогда мы установим прецедент относительно того, что государство может использовать научный исследования как повод для захвата территории на спутниках… возможно, мы не захотим устраивать такого рода схватку… Если мы установим плохой прецедент, рассчитывая на захват территории, то мы можем затем столкнуться с негативными последствиями такого шага".

http://inosmi.ru/science/20160718/237225626.html