|
Тайные корни русской Смуты
|
|
|
|
Смута была чудовищной социальной и военной катастрофой, взорвала Русскую державу, опрокинула её в хаос. Но историки до сих пор спорят о причинах бедствия и не находят ответа. Одни пытаются опереться на теории классовой борьбы, другие строят рассуждения о неких загадочных особенностях русской психологии, третьи вспоминают климатические факторы: неурожай, голод.
|
|
|
|
Хотя все эти поcтроения легко опровергаются – голод бывал и раньше, но не приводил к таким последствиям. В схемы революций Смута никак не вписывается, а «психологические» объяснения получаются просто предвзятыми.
|
 |
|
Но картина оказывается куда более определённой, если искать подлинные истоки Смуты не в XVII, а в XVI в.
|
|
|
|
В правление Ивана Грозного, первого государя, коронованного и помазанного на царство, Россия громко заявила о себе всему миру. Были присоединены Казанское и Астраханское ханства, русские утвердились на Северном Кавказе, открыли пути в Сибирь. На службу царю перешли донские, терские, волжские, яицкие, днепровские казаки. Государевы армии разгромили хищный Ливонский орден, Москве покорилась значительная часть Эстонии и Латвии. Русские корабли вышли на просторы Балтики, повезли за границу отечественные товары.
|
|
|
|
Эти успехи крайне встревожили Европу. Вмешались Литва, Польша, Швеция, Дания. Западные державы подтолкнули к войне Османскую империю. А в России один за другим стали возникать боярские заговоры, и их нити явственно тянулись за границу. Однако и новые враги не сумели сломить нашу страну. Русские полки наголову громили литовцев и шведов, а московская дипломатия перессорила их между собой. Огромная татарско-турецкая армия полегла в битве при Молодях. А изменников вылавливали, отправляли на плаху или в ссылки.
|
|
|
|
Но на Западе существовали силы, способные централизовать борьбу против России и вывести её на иной, более высокий уровень. Во второй половине XVI века католицизм находился в пике своего могущества и активности. За Ватиканом стояли крупнейшие банковские дома Европы: Фуггеры, Медичи, Сакетти, Барберини и др. На Тридентском соборе латинское духовенство разработало и приняло программу Контрреформации – наступления на иноверцев. С 1540 году наращивал и совершенствовал свою деятельность орден иезуитов – первая в мире профессиональная международная спецслужба, раскинувшая сети на разные континенты.
|
|
|
|
На Россию обращалось особое внимание. С 1436 года, когда умирающая Византия заключила с Римом Флорентийскую унию, наша страна являлась главным оплотом Православия, а значит, главной противницей Ватикана. Основным препятствием к духовному мировому господству. События на Руси внимательно отслеживались, строились теории – при сильной власти московского государя достаточно обратить к унии его самого, а народ безоговорочно подчинится. Подобные попытки предпринимались в отношении деда Грозного, Ивана III, в отношении его отца Василия III, но оказывались безрезультатными. И всё-таки католики не теряли надежды на успех. В 1577 году в Риме открылась коллегия св. Афанасия, предназначенная готовить проповедников для православных народов. Через польско-литовского короля предполагалось внедрить унию среди его подданных. А России следовало навязать подчинение папе, когда поляки и литовцы поставят её на колени.
|
|
|
|
Тайные операции развернулись по нескольким направлениям. Первым делом, требовалось объединить Литву и Польшу. В этих странах был общий монарх, но государства оставались разными, со своими законами, правительствами. В Польше пост короля был выборным, великого князя Литвы – наследственным, и до сих пор единство обеспечивалось тем, что польские паны выбирали на свой престол литовских властителей из династии Ягеллонов. Но в войнах против русских поляки слабо поддерживали союзников, скупились на воинов и деньги. Теперь следовало полностью слить два государства. Причём слить таким образом, чтобы католическая Польша поглотила Литву, где значительная часть населения исповедовала Православие. А для этого требовалось подчинить литовцев польским законам, прервать династию Ягеллонов.
|
|
|
|
Супруга короля Сигизмунда II Барбара была отравлена. А рядом с ним невесть откуда вынырнул проходимец Юрий Мнишек. Этот тип сосредоточил усилия на том, чтобы овдовевший король не задумывался о новой женитьбе, непрерывно поставлял ему на забаву самых симпатичных девиц, даже похищал монахинь. Когда Сигизмунд стал изнашиваться и слабеть, Мнишек всячески подогревал его страсть к прекрасному полу, приводил для этого знахарей и колдуний. Но католические прелаты и инквизиция почему-то упорно не замечали вопиющих безобразий, творящихся во дворце. Себя Мнишек тоже не забывал, получал щедрые награды и стал одним из богатейших панов. Но цель была достигнута. Сигизмунд, истощённый чрезмерным блудом, остался бездетным, совсем расхворался, и в 1569 году на Люблинском сейме польские магнаты заодно с католическим духовенством добились объединения двух государств в одну республику – Речь Посполитую.
|
|
|
|
Вторая операция осуществилась в Швеции. Здесь инспирировали заговор. Король Эрик XIV уже подписал союзный договор с русскими, но его свергла собственная знать и уморила в темнице. А на трон возвели его брата – Юхана III, ярого врага Москвы. В Ватикане для координации действий против России был определён высокопоставленный иерарх ордена иезуитов, Антонио Поссевино. Он лично посетил протестантскую Швецию, добился обращения Юхана в католицизм и заключения союза с Речью Посполитой. Отныне две державы стали выступать сообща.
|
|
|
|
Ну а в Речи Посполитой папская агентура подкупала панов, щедро поила шляхту, и в предвыборной кампании протолкнула на трон Стефана Батория, мелкого трансильванского князька, но талантливого полководца.
|
|
|
|
Ему взялась оказывать поддержку чуть ли не вся Европа! Кроме открытых союзников – Швеции и Крымского ханства, полякам стали помогать Германская империя, Бранденбург, Дания, Венгрия. Турецкие и крымские эмиссары подбивали к набегам ногайцев, возбуждали восстания среди народов Поволжья. Из Рима широким потоком полилось финансирование, позволившее Баторию во множестве нанимать немецких и венгерских солдат. Итальянские инженеры предоставили ему новейшее секретное оружие – мортиры, способные стрелять зажигательными бомбами и поджигать деревянные русские крепости.
|
|
|
|
Старт этому международному «крестовому походу» был дан в июле 1579 году. На восток хлынули бесчисленные великолепно обученные и вооружённые армии. Своей цели интервенты не скрывали – не просто победить, а уничтожить Россию. Баторий объявлял на польском сейме: «Судьба предаёт вам, кажется, всё государство Московское!… Дотоле нет для нас мира!» И сейм воспринял его призывы с чрезвычайным воодушевлением. Под ударами вражеских полчищ пали Полоцк, Сокол, Великие Луки, Заволочье, Невель, Холм, Себеж, Остров, Красный, Изборск, Старая Русса, Гдов, Нарва, Ям, Копорье, погибли несколько русских корпусов.
|
|
|
|
Тот же Поссевино в разгар боёв появился в России с делегацией иезуитов. Он изображал из себя миротворца, но на переговорах откровенно подыгрывал полякам, – а главное, Рим загорелся надеждами, что поражения вынудят Ивана Грозного к уступкам, он согласится подчинить папе Православную церковь. Однако русские всё-таки выдержали массированный удар западных держав. Неприятели захлебнулись кровью под стенами Пскова, Печерского монастыря, Ржева, Орешка. А на предложения церковной унии Ватикан получил твёрдый отказ.
|
|
|
|
Но в арсенале врагов имелись не только военные и дипломатические методы. Вокруг Грозного вызрел очередной заговор. Возглавил его ближайший доверенный царя, Богдан Бельский, подключил государева родственника Бориса Годунова. Два брата Бельского изменили, Давыд перебежал к полякам, Афанасий к шведам, установили связи.
|
|
|
|
Тем не менее, Грозный (которого принято изображать очень подозрительным) не удалил «верного слугу» – он отвечал даже за лечение царя. Был оклеветан и казнён придворный врач царя Елисей Бомелий, и вместо него Бельский ввёл ко двору Иоганна Эйлофа. Он представлялся врачом, голландцем-протестантом. Хотя современные исследования установили: среди выпускников медицинских факультетов европейских университетов Эйлоф не значился. И по крайней мере трижды зафиксированы его близкие контакты с иезуитами. В частности, с ним общался Поссевино во время визита в Россию.
|
|
|
|
Сперва скоропостижно скончался старший сын Ивана Грозного и наследник престола Иван Иванович. В историю внедрилась версия, будто его убил отец. Но на самом деле в те дни, когда царевичу стало худо, они находились в разных городах: Грозный в Старице, а сын – в Александровской Слободе.
|
|
|
|
Единственный автор, запустивший версию о сыноубийстве, известен. Это Поссевино. Все летописи и прочие источники XVI – начала XVII века (в том числе иностранные) никакой вины на царя не возлагают. Они утверждают, что наследник умер от болезни. Но известны и придворные, лечившие его – Эйлоф и Бельский. Документы, подтверждающие это, уцелели и дошли до нас. А в ХХ веке был проведён химический анализ останков Ивана Ивановича, показавший, что он был отравлен. Содержание мышьяка в останках втрое выше предельно допустимого уровня, а ртути — в 30 раз.
|
|
|
|
После него пришёл черёд отца. Схема была аналогичной. Болезнь, лечение – и в марте 1584 года Грозного не стало. Химический анализ свидетельствует, что его отравили по такой же методике, как сына. Мышьяка в 2 раза больше максимально допустимого уровня, ртути – в 32 раза. Ртуть накапливается в организме, действует медленно, мышьяк – быстро. Подобная схема позволяла вызвать картину тяжёлой болезни, а потом добить другим ядом. И подозрений нет: человек умер от естественного недуга. Кстати, сразу после смерти царя загадочный врач Эйлоф покинул Россию. Он своё дело сделал.
|
|
|
|
План заговорщиков и их зарубежных покровителей выглядит очевидным. Возвести на престол второго сына Грозного, Фёдора Иоанновича – слабого, болезненного. Он был женат на сестре Годунова. Через супругу и шурина царя можно было легко регулировать. Какой сценарий предполагался после убийства Грозного, мы можем судить по событиям 1585 года. Баторий начал приготовления к новой войне, деньги на неё выделил папа – 25 тысяч золотых скуди в месяц. Но одновременно Польша вдруг предложила русским избежать войны и заключить «вечный мир» на условиях… объединения. Если первым умрёт Баторий, пускай общим королём будет Фёдор, а если первым умрёт Фёдор – пусть царствует Баторий. Неплохо, правда? Если даже допустить, что Фёдору после подписания договора позволили бы пережить короля, Россия в любом случае погибала. В неё хлынули бы католики, иезуиты, панские «свободы»… А соавтором плана являлся не кто иной, как Поссевино, он в 1585 году осуществлял связи между Римом и Польшей.
|
|
|
|
Но зарубежные режиссёры допустили серьёзный просчёт. Бельскому Годунов требовался позарез – чтобы через его сестру контролировать царя. А вот Годунову Бельский был абсолютно не нужен. Бориса влекла только власть. Почти сразу же после смерти Грозного он избавился от союзника. В Москве был спровоцирован мятеж, и Годунов, как бы по требованию населения, отправил Бельского в ссылку.
|
|
|
|
Царь Фёдор Иоаннович оказался таким же ревностным поборником Православия, как его отец, и Россия ничуть не ослабела, готова была дать отпор любым захватчикам. Всерьёз воевать с ней поляки уже не рискнули. Да и Годунову не нужны были ни паны, ни иезуиты, ни уния. Зачем было отдавать кому-то державу, шедшую к нему в руки?
|
|
|
|
Но при этом сам же Годунов пособствовал накоплению горючего материала в России. Был зарезан царевич Дмитрий, обрушились репрессии на аристократов, способных стать соперниками Бориса в борьбе за власть. А в 1598 году скончался Фёдор Иоаннович, и его шурин получил вожделенную корону. На всех тёплых местах очутились родственники и клевреты нового царя, пустились во все тяжкие, безоглядно хищничали, кабалили людей.
|
|
|
|
По убеждениям Годунов был «западником», начал реформы по европейским образцам. Закрепостил крестьян, налоги по сравнению с временами Грозного возросли в 20 раз.
|
|
|
|
Опасаясь очагов вольности, Борис вознамерился ликвидировать казачество, направлял на Дон карательные экспедиции. А для стонущего народа Годунов открыл отдушину – кабаки. До него свободная продажа спиртного на Руси строго воспрещалась (варить пиво, пить вино и водку дозволялось лишь на праздники и по особым разрешениям воевод – на свадьбу, поминки и т. п.). А кабаки оказались очень выгодными. Они позволяли выкачивать прибыли для казны, а заодно выявлять недовольных, проболтавшихся в пьяном виде – их тащили в тюрьмы и на пытки.
|
|
|
|
И в эту пороховую бочку попала «спичка» – Лжедмитрий. Был ли он Гришкой Отрепьевым или кем-то иным, не суть важно. Гораздо более показательными служат факты, что вокруг него обнаруживаются те же самые личности, которые и раньше были задействованы в тайных операциях Рима! «Первооткрывателем» и главным покровителем Лжедмитрия выступил Юрий Мнишек. Принял у себя, протащил к королевскому двору. Даже подсуетился сосватать «царевичу» собственную дочь – настолько был уверен в успехе.
|
|
|
|
Психологичекий расчёт диверсии был очень точным. У Лжедмитрия собралось лишь тысяч пять поляков и всякого сброда. Но русские были сбиты с толку, сочли Самозванца сыном Грозного, а значит, и продолжателем его курса, защитником справедливости. Весь юг страны полыхнул восстанием.
|
|
|
|
Но нелишне отметить, что рядом с «царевичем» постоянно находилась группа иезуитов. Они явно прошли заблаговременную подготовку, свободно говорили по-русски, досконально знали православное богослужение, успели отрастить длинные бороды и маскировались под русских священников. А бороды за день не вырастают. И язык за месяц не выучишь.
|
|
|
|
И в это же время, когда отряды Самозванца вступили на русскую землю, в Венеции вышла книга «Повествование о замечательном, почти чудесном завоевании отцовской империи юношей Дмитрием». Она в точности, буквально слово в слово, пересказывала легенду о «спасении царевича», которую озвучивал во всех речах и воззваниях сам Лжедмитрий. Мгновенно, в самые рекордные сроки, это сочинение было переведено с итальянского языка на немецкий, французский, испанский, латынь, стало распространяться по Европе баснословными для того времени тиражами. А автором книги оказался… Поссевино. Да уж, мир тесен!
|
|
|
|
Впрочем, пропагандистская кампания на Западе была развёрнута вообще беспрецедентная. Даже великий испанский драматург Лопе де Вега получил заказ на пьесу «Великий князь Московский» – на ту же самую тему, о «чудесном спасении царевича Дмитрия» и его успехах в возвращении «законного» престола.
|
|
|
|
Косвенным свидетельством, где же лежали истинные корни Смуты, могут послужить и высказывания некоторых тогдашних политиков. В 1606 году, после смерти Лжедмитрия, папа Павел V сетовал, что «надежда приведения великого княжества Московского к святому престолу исчезла». А на польском сейме в 1611 году прозвучали слова: «Источник этого дела, из которого потекли последующие ручьи, по правде, заключается в тайных умышлениях, старательно скрываемых, и не следует делать известным того, что может на будущее время предостеречь неприятеля». Выходит, ясновельможные паны что-то знали.
|
|
|
|
Пока Борис Годунов был жив, он ещё как-то удерживал ситуацию в стране под контролем. Однако 15 апреля 1605 года он умер. Повиноваться его родственникам и приближенным не желали ни знать, ни народ. Войска переходили на сторону Самозванца. Сын и наследник Бориса Фёдор силился организовать оборону, но мятеж вспыхнул и в Москве. Возглавил его ещё один наш «знакомый» – Богдан Бельский. Как вы считаете, не слишком ли много совпадений? Бельский, Мнишек, Поссевино…
|
|
|
|
Правда, торжествовал Самозванец недолго. Он слишком откровенно проявил себя в Москве. Окружил себя поляками и проходимцами, ударился в разгул и разврат, за полгода разбазарил из казны 7,5 млн руб. (при доходной части годового бюджета 1,5 млн). В мае 1606 года. Василий Шуйский устроил переворот. Пришёл конец и Лжедмитрию, и его клевретам, и попавшимся под горячую руку наглым иноземцам. Но страна была уже взбудоражена, раскачана, и подпитывать начавшуюся Смуту не составило особого труда. Появились фигуры Болотникова, Лжедмитрия II…
|
|
|
|
Авторы диверсии добились своего. Россия соблазнилась. Дворяне и бояре изменяли, ради наград и пожалований перелетали то на одну, то на другую сторону. Города и волости ради собственных выгод присягали самозванцам. Казаки, крестьяне, холопы ошалели от возможности погулять и пограбить. Но цена соблазнов оказалась слишком высокой. Усобицы открыли дорогу для интервенции. На Россию двинулись уже не банды сброда, а профессиональные армии.
|
|
|
|
Рухнули структуры государственной власти. Города и сёла превращались в пепелища. По разным оценкам, было истреблено от четверти до трети населения. В Москве, Смоленске, Чернигове хозяйничали поляки, в Новгороде шведы, а в Риме пышно, с карнавалами и фейерверками праздновались польские победы над «еретиками». При варшавском дворе открыто провозглашалось, что Россия должна стать «польским Новым Светом». То есть покорение нашей земли приравнивалось к испанскому завоеванию Америки. Соответственно, русским отводилась судьба индейцев. Их требовалось перекрещивать и обращать в рабов.
|
|
|
|
Но… весьма наглядной представляется ещё одна цепочка «совпадений». Как мы видели, «крестовый поход» с целью уничтожения России организовывался в Риме гораздо раньше. Смута стала лишь его продолжением, очередной атакой во исполнение старых планов. А первой атакой, началом «крестового похода» было наступление Батория в июле 1579 года. Но в этом же году (и в этом же месяце, в эти же дни!) в Казани случился большой пожар. Казалось бы, какое отношение он имел к войне, к полякам? Оказывается, самое прямое.
|
|
|
|
На пепелище, по сновидению девочки Матроны, была явлена Казанская икона Божьей Матери. Та самая икона, которая освятит поворотный пункт борьбы! Освятит русскую победу, освобождение Москвы.
|
|
|
|
А обрёл Казанскую икону и правил перед ней первую службу, перенёс в храм, священник Ермолай. Тот самый священник, который сменит имя при пострижении и станет патриархом Гермогеном. Не склонится перед оккупантами, примет мученический венец, умерщвлённый голодом, но успеет из заточения призвать народ на подвиг, подниматься на защиту своей земли и веры.
|
|
|
|
В этом же году, по русскому летоисчислению 7088 от сотворения мира, в семье князя Пожарского родился сын Дмитрий. И в этом же 1579 году в Ростовском Борисоглебском монастыре принял постриг крестьянин Илья, будущий преподобный Иринарх Затворник. Тот самый святой, который прославится в годину Смуты, будет предупреждать царя Василия Шуйского о грядущих бедствиях, благословит воеводу Михаила Скопина-Шуйского на разгром Лжедмитрия II. А в 1612 году благословит Дмитрия Пожарского и Козьму Минина идти на врагов, спасать оккупированную столицу!
|
|
|
|
И опять же, правомочно задаться вопросом, возможно ли такое количество «совпадений»? Те, кто владеет теорией вероятностей, могут на досуге посчитать…
|
|
|
|
http://www.newscom.md/rus/tajnie-korni-russkoj-smuti-vatikan-protiv-moskvi.html
|
