04.10.2016. - Змеиные цари майя

Змеиные цари майя

Неустрашимые и жадные до власти, с помощью дипломатии и силы цари канульской династии создали самый могущественный альянс за всю историю своей цивилизации. Древний город Хольмуль — место, прямо скажем, не особо примечательное. На первый взгляд это всего лишь россыпь холмов в дебрях джунглей на севере Гватемалы, неподалеку от мексиканской границы. В густых лесах Петенского бассейна тепло и сухо, здесь царит тишина, нарушаемая лишь стрекотанием цикад да воплями ревунов.

Но приглядитесь повнимательнее: большинство холмов сгруппированы в гигантские кольца — будто путники, поеживаясь от холода, расселись вокруг костра. На склонах зоркий глаз различит вкрапления тесаного камня и зияющие пасти тоннелей. На самом деле это вовсе не холмы, а древние пирамиды, разделившие печальную судьбу тех, кто построил их около тысячи лет назад.

В классический период цивилизации майя (250-900 гг. н. э.) здесь раскинулось богатое поселение. В те времена на всей территории Центральной Америки и на юге современной Мексики процветали культура и письменность, а вот на политическом небосклоне бушевали бури. Два города-государства — два непримиримых врага — сошлись в схватке за главенство в регионе. На какое-то время один из городов взял верх — и превратился в самое близкое подобие империи за всю историю майя. Им управляли цари из канульской династии, которых, из-за символики, украшавшей их облачения и стелы, прозвали Змеиными.

Раскопки в завоеванных ими городах-государствах, в том числе и на руинах Хольмуля, помогают археологам сложить мозаику истории канульских царей. Комплекс Хольмуль — не такой прославленный и крупный, как соседний Тикаль, — был обделен вниманием ученых вплоть до 2000 года, пока сюда не наведался гватемалец итальянского происхождения Франциско Эстрада-Белли. Одной из первых его находок стала постройка в километре от центральной группы пирамид Хольмуля. Внутри скрывались остатки настенной росписи с изображением воинов, прибывших, судя по всему, издалека.

К удивлению археологов, некоторые фрагменты фрески были практически уничтожены — по-видимому, самими майя, пожелавшими стереть всякую память об изображенных событиях. Надеясь разгадать эту загадку, Эстрада-Белли прорыл тоннели в недра нескольких соседних пирамид. Древние жители Мезоамерики возводили пирамиды по принципу матрешки, насаживая их одну поверх другой. Обрастая новыми слоями, пирамида сохраняла старые, что позволило исследователям проникнуть внутрь и увидеть древние сооружения в близком к первозданному виде.

В 2013 году Эстрада-Белли и его команда пробрались в одну из больших пирамид. Ступеньки древней лестницы привели их ко входу в церемониальное здание. Забравшись внутрь через отверстие в полу, они обнаружили прямо над входом в древнюю гробницу превосходно сохранившийся восьмиметровый фриз.

Лепные фризы — редкая находка. Взорам археологов предстало удивительное зрелище. Трое мужчин (один из них — правитель Хольмуля) поднимались из пасти странных чудовищ, окруженные обитателями загробного мира и обвитые двумя гигантскими пернатыми змеями. Фигуры, выполненные в традиционном стиле майя, казалось, оживали на глазах.

Рассматривая фриз, Эстрада-Белли заметил внизу резные символы. Опустившись на колени, он разглядел цепочку знаков — иероглифов, перечисляющих правителей Хольмуля. Почти в самом центре красовался иероглиф в виде оскаливающейся змеи.

«Среди разнообразных иероглифов я разглядел название — Кануль, — вспоминает Франциско. — Мы оказались в центре событий самого захватывающего периода истории майя».

Следы царей династии Кануль, лелеявших мечту о власти над империей, впервые отыскали в Тикале, городе их заклятых врагов. Сотни лет огромный Тикаль — когда-то здесь насчитывалось без малого 60 тысяч жителей — господствовал над всей округой. Его величественная архитектура поражала иноземных гостей в VIII веке нашей эры ничуть не меньше, чем современных туристов. Потом, правда, пришли другие времена, но с середины XX века город вновь оттеснил своих соседей на второй план, став центром археологических исследований. Прежде всего внимание ученых привлекли сотни стел — монолитов наподобие могильных плит, украшенных резьбой. Надписи на стелах помогли ученым реконструировать хронику Тикаля вплоть до периода упадка в IX веке. Но был в этой хронике один необъяснимый пробел — примерно с 560-го по 690-й год — когда стелы не возводились, да и строительство в целом почти сошло на нет. Исследователи окрестили эти 130 лет «паузой» в истории Тикаля.

Заполнять пробел ученые начали в 1960-е годы, когда на памятниках классического периода из разных городов им стал попадаться один и тот же странный знак — змеиная голова в окружении символов царского статуса.

В 1973 году археолог Джойс Маркус распознала в знаке эмблемный иероглиф, который, объединив название города и титул правителя, служил чем-то вроде герба. Она же высказала предположение, что этот иероглиф может быть связан с «паузой» в истории Тикаля. А вдруг город захватило неведомое войско? Если это и вправду было так, откуда оно взялось?

В сухой сезон джунгли Петена раскалены и выжжены солнцем, а в сезон дождей почти непроходимы. Здесь кишмя кишат ядовитые насекомые, опасных растений тоже хватает, а плюс к тому бродят вооруженные наркоторговцы. Но Маркус не побоялась провести в лесной глуши несколько месяцев, исследуя руины и фотографируя надписи. Везде ее встречала змеиная усмешка, особенно часто — в окрестностях древнего города Калакмуль у южной границы современной Мексики.

«Этот город в качестве господствующего центра упоминался в древних текстах археологических зон по всей округе, — рассказывает Маркус. — Вокруг этой оси вращались окрестные поселения, на равном расстоянии от Калакмуля».

Две центральные пирамиды Калакмуля хорошо заметны с воздуха. Маркус вспоминает, как потрясли ее масштабы древнего города — когда-то число его жителей достигало 50 тысяч человек. Повсюду возвышались стелы, но в основном это были голые, немые камни. За долгие столетия эрозия отшлифовала поверхность известняка. Во всем городе отыскались лишь два змеиных иероглифа. Загадка змей будоражила воображение молодого британского исследователя Саймона Мартина. Везде, где мог, он принялся отыскивать кусочки пазла о змеиных эмблемах из Калакмуля и менее крупных городищ. Обрывочные факты о сражениях и политических интригах со всех уголков вселенной майя сплетались в хронику династии Змеиных царей. «Мы много знали про Тикаль, а вот Калакмуль был окутан туманом, — рассказывает Мартин. — Но мало-помалу все случайные находки стали складываться в вектор, указывавший в одну сторону». Со временем вместе с археологом Николаем Грюбе Мартин выпустил книгу «Хроника царей и цариц майя», в которой сравнил Змеиное царство с черной дырой — оно поглотило все окрестные города.

…В конце V века Тикаль был одним из самых могущественных городов-государств в регионе. Свои позиции, как утверждают археологи, он удерживал не в одиночку, а при поддерж-ке другого, гораздо более крупного города — Теотиуакана, возведенного высоко в горах, в 1000 километров к западу, неподалеку от современного Мехико. Век за веком союзники задавали тон в развитии культуры: живопись, архитектура, производство керамики и оружия, градостроительство несли на себе их печать. Все изменилось в VI веке — Теотиуакан оборвал все связи с миром майя, бросив Тикаль на произвол судьбы.

И тут, откуда ни возьмись, появляются Змеиные цари. Нет никаких свидетельств того, что они правили Калакмулем до 635 года. Первый эмблемный иероглиф с отчетливой змеиной символикой появился в городе Цибанче на юге Мексики, в 125 километрах к северо-востоку от Калакмуля.

С начала VI века два сменивших друг друга на троне представителя канульской династии, предположительно отец и сын, смекнув, что Тикаль оказался в уязвимом положении, принялись теснить его на политическом Олимпе. Старший — Каменная рука Ягуара — десятки лет разъезжал по долинам майя с дипломатическими визитами. Сегодня эти действия могут показаться вполне невинными — что плохого в том, чтобы сосватать отпрыску выгодную партию или позабавиться древней игрой в мяч? В конце концов, отчего же не заглянуть к соседям просто поздороваться? Но в мире майя поднесение даров, визиты, заключение альянсов были прелюдией к завоеваниям. Вскоре юго-восточный союзник Тикаля, Караколь, стал на сторону Змеиного царства, как и Вака, воинственный город в западных пределах империи.

Мало-помалу цари канульской династии заручились поддержкой и других городов к северу, востоку и западу от Тикаля, взяв врага в смертельные тиски.

Каменная рука Ягуара, призвав союзников, собрался было нанести удар — но смерть настиг-ла его прежде. Захлопнуть ловушку выпало на долю его преемника и, возможно, сына — Свидетеля Небес. Согласно надписям на алтаре в Караколе, Свидетель Небес положил конец гегемонии Тикаля 29 апреля 562 года. Он повел Змеиную армию из Ваки на восток, а в это время войска из Караколя, соседнего города-государства Наранхо, а возможно, и из Хольмуля, двинулись на запад.

Змеиное царство и его союзники разбили и разграбили Тикаль. Быть может, поверженного правителя города принесли в жертву богам, заколов каменным ножом. Вероятно, именно тогда жители Хольмуля в знак верности новым владыкам практически полностью уничтожили настенную роспись, превозносящую величие Тикаля и Теотиуакана, — ту самую, остатки которой обнаружил Эстрада-Белли без малого через полторы тысячи лет.

События последующих трех десятилетий VI века окутаны туманом. Благодаря мексиканским археологам Энрике Нальда и Сандре Балансарио, известно, что Свидетель Небес умер через десять лет после победного завоевания, и было ему за тридцать. А выяснилось это, когда в 2004-м археологи обнаружили несколько захоронений в пирамиде на территории Цибанче. В одной из них среди жадеитовых масок и россыпей жемчуга, под толстым слоем киновари покоилась костяная игла, применявшаяся для ритуалов кровопускания. На боковой стороне была надпись: «Это жертвенный дар Свидетеля Небес».

Змеиные цари вновь замаячили на политической арене, переместившись далеко на запад, в город Паленке. То была колыбель высокой культуры, утопавшая в роскоши, — не чета мегаполисам Тикаль и Калакмуль в засушливых низинах. Изящные пирамиды с лепными рельефами и сторожевая башня примостились у подножия гор, простиравшихся до Мексиканского залива. Полноводные реки и водопады спасали горожан от жажды. По предположениям ученых, здесь даже выучились строить туалеты с проточной водой. Сравнительно небольшой город (около десятка тысяч жителей), Паленке был связующим звеном в торговле с западом — а значит, лакомым куском для молодой державы. На этот раз во главе войска встал царь Завиток-Змея. Подобно своим предшественникам, он подготовил почву для вторжения, заручившись поддержкой союзников. Царица Паленке по имени Сердце Ветреных Просторов защищала город от Змеиной армии, но 21 апреля 599 года сложила оружие. Подобное стремление к экспансии несвойственно классической цивилизации майя — раздробленные царства не заботились о расширении границ. Но Змеиные владыки оказались из другого теста.

«Завоевание Паленке было частью масштабного замысла, — говорит Гильермо Берналь, эпиграфист из мексиканского Национального института антропологии и истории. — Мне кажется, ими двигали не материальные соображения. Это был вопрос идеологии. Династия Кануль замыслила создать империю». «Имперская теория» вызывает вопросы. Многие ученые считают, что само понятие «империя» неприменимо к этой цивилизации с точки зрения культуры и географии. И все же трудно не заподозрить Змеев в том, что на уме у них была экспансия. Они заключили союзы с крупнейшими городами востока, завоевали соседей с юга и наладили торговые связи с царствами севера. Паленке был западным рубежом вселенной майя.

Чтобы контролировать такой обширный регион — около сотни квадратных километров, — нужна была особая система управления государством. К тому же требовалась новая столица неподалеку от богатых жадеитом южных городов. Цибанче и Калакмуль разделяло 125 километров — нешуточное путешествие по дебрям джунглей. Хотя нет никаких свидетельств о переносе столицы в Калакмуль, в 635 году Змеиные властители воздвигли монумент, провозгласив себя хозяевами города, после того как свергли местную династию Летучих Мышей.

Не прошло и года, как на трон взошел величайший из Змеиных владык — Йукноом Чеен II, или Сокрушитель Городов.

Спору нет, Свидетель Небес и Завиток-Змея были искусными военными стратегами, но именно Сокрушитель стал истинным царем. Он ловко плел интриги, сталкивая города, проводя политику кнута и пряника, — и в то же время усиливал контроль над низинными областями. Мало того — он ухитрялся поддерживать этот политический баланс в течение полувека.

Самым удивительным союзником Змеев был неприметный городок Сакникте. Это место ученые открывали дважды. К началу 1970-х годов в поле их зрения попали каменные панели, то и дело всплывавшие на черном рынке. На камне среди иероглифов тут и там мелькала змеиная усмешка. Неведомое место, где кто-то откопал эти панели, окрестили ?городищем Q.

В апреле 2005 года археолог Марчелло Кануто с коллегами отправился составить карту недавно обнаруженного городища Ла-Корона в джунглях Петена. Он забрел в недавно прорытую мародерами траншею, которая врезалась в стену пирамиды. На глаза ему попался открытый фрагмент настенной каменной панели размером с бумажник.

«Смотрю, какие-то завитушки на камнях, — вспоминает Кануто. — Пригляделся. Оказалось, это не завитушки, а письмена!» Под толстым слоем земли и растительности скрывалась филигранная резьба. «Как только мы ее расчистили, сразу поняли: это и есть городище Q».

С тех самых пор Кануто трудится на здешних раскопках. Судя по всему, Сакникте имел особый статус в Змеином царстве. Местные царственные отпрыски отправлялись учиться в Калакмуль. Трое из них взяли в жены Змеиных принцесс.

В отличие от своего южного соседа, воинственного города Ваки, Сакникте редко участвовал в сражениях. Его правители носили мирные имена — что-то вроде Солнечный Пес, Белый Червь и Красный Индюк. На каменных панелях запечатлены сцены, где знатные особы пьют хмельные напитки и играют на флейтах.

Судя по резным монументам, обнаруженным командой Кануто, накануне официального переноса столицы Змеиного царства в Калакмуль сюда наведался с визитом Йукноом Чеен. На изысканном портрете он запечатлен сидящим в вальяжной позе, а на него взирает правитель Сакникте.

Могущество Змеиных царей распространялось не только на Сакникте — имя Йукноом Чеена мелькает на всей территории майя.

Свою дочь, Длань Водяной Лилии, он выдал замуж за принца Ваки (впоследствии царица и сама стала могущественной воительницей). Сокрушитель Городов посадил самолично избранных правителей на юге, в Канкуэне, и в Мораль-Реформе почти в 160 километрах к западу. А в Дос-Пиласе он подчинил себе родного брата нового царя Тикаля, обратив его в верноподданного.

В западных пределах своего царства Йукноом Чеен проложил новый торговый путь, связавший союзников из разных земель. Все эти покоренные города объединяла одна особенность. По-видимому, ближайшие союзники не имели собственных гербов, а их правители, пусть даже облаченные в пышные одежды, присягнув Змеям, лишались царского титула.

А между тем Змеиные владыки Калакмуля взяли себе еще более внушительный титул — калоомте, Цари Царей.

«На мой взгляд, они предложили принципиально новые политические методы», — говорит Томас Баррьентос, гватемальский археолог и один из руководителей раскопок в Сакникте.

Змеиные владыки ни на минуту не спускали глаз со старого соперника — Тикаля, который то и дело предпринимал попытки собраться с силами и отомстить врагу. В 657 году, укрепив своих союзников, Йукноом Чеен в сопровождении марионеточного правителя соседних земель с витиеватым именем Бог, Разбивающий Небо, двинулся в поход на Тикаль. Через два десятка лет Тикаль восстал вновь, и опять Змеиный царь сокрушил непокорный город, покончив с его правителем.

Как Тикалю удавалось противостоять всемогущим Змеям? Ученые полагают, что владыки майя действовали осторожно и зачастую сохраняли жизнь поверженным правителям. Возможно, битвы классической эпохи майя по большей части были и вовсе церемониальными. Союзники побежденных, опасаясь, что и их самих постигнет подобная участь, вымаливали им пощаду. А может быть, правителям майя просто не хватало воинов, чтобы полностью разрушить город.

Как бы то ни было, Сокрушитель Городов предпочитал военным маневрам политические. Вместо того чтобы оставить Тикаль на поругание своему союзнику — Богу, Разбивающему Небо, он устроил мирные переговоры с новым правителем Тикаля. Тогда-то Чин и представил своего преемника по имени Огненный Коготь, которому предстояло унаследовать трон — и впоследствии навсегда его потерять.

Дожив до более чем преклонных 86 лет, Йукноом Чеен скончался. Большинство жителей Калакмуля почли бы за великое счастье разменять хотя бы пятый десяток — но ведь цари не чета простолюдинам. Достаточно сказать, что, питаясь лишь мягкими лепешками — тамалями, они до старости сохраняли здоровые зубы.

По мнению некоторых ученых, Огненный Коготь принял бразды правления задолго до смерти отца. Но, как это часто бывает, наследник великого царя проигрывал ему по всем статьям. Оправившись от череды сокрушительных поражений, в 695 году Тикаль снова поднял мятеж. На этот раз его возглавил молодой правитель со звучным именем Бог, Расчищающий Небо. Огненный Коготь созвал Змеиную армию, чтобы проучить дерзкого выскочку.

Никто не знает, что именно произошло в тот августовский день. Одни ученые считают, что Бог, Разбивающий Небо, давно копивший мелкие обиды, предал Змеиных воинов на поле боя. Другие говорят, что Огненный Коготь, уже в летах, мучаясь от болей в спине, не смог разжечь в своих солдатах боевой дух.

Так или иначе, Змеиная армия была разбита наголову. Через несколько лет, потеряв власть, Огненный Коготь умер, унеся с собой в могилу мечты о Змеиной империи. По мнению большинства археологов, Змеиная династия так никогда и не оправилась от этого удара, хотя и не утратила влияния окончательно.

Уже к середине VIII века никто не боялся Змеиных укусов. Соседи Калакмуля даже воздвигли стелу в честь возвращения династии Летучих Мышей, где каменный воин попирает ногами змея. Между тем Тикаль взял реванш. Вака, Караколь, Наранхо и Хольмуль жестоко поплатились за былую преданность Змеиным владыкам. В 791 году жители Сакникте, всегда предпочитавшие войне любовь, предложили юношу из местной знати в мужья принцессе Тикаля. Но, увы, Тикалю не суждено было достичь вершин могущества Змеиных царей, и к середине IX века классическая цивилизация майя пришла в упадок. Мы не знаем, что было этому причиной — перенаселенность, политические распри или продолжительная засуха, — но в городах классической эпохи воцарился хаос, а в конце концов и запустение.

Что если бы Змеиные цари были по-прежнему в силе? Быть может, беда прошла бы стороной? Как повернулась бы история, если бы в 695 году Огненный Коготь одержал победу над Тикалем?

«Мне кажется, упадок можно было бы предотвратить, — говорит археолог Дэвид Фрейдел, возглавляющий раскопки в Ваке. — Но, к несчастью, объединения центральных земель майя под властью единого правителя так и не произошло. Это стало главной причиной анархии, военных конфликтов и зависимости от климатических условий».

Может быть, когда-нибудь мы докопаемся до истины. Еще каких-нибудь сорок лет назад Змеиные цари были мифом. Двадцать лет назад их считали скромными правителями Калакмуля. И вот теперь оказывается, что они управляли самым большим и могущественным царством за всю историю цивилизации майя.

Слагая обломки памятников и обрывки фактов, ученые воскрешают события давно минувших дней. Частенько им случается спорить. Так, Рамон Карраско, директор археологической зоны Калакмуль, утверждает, что Змеиные цари никогда не жили в Цибанче и никогда не теряли могущества.

В 1996 году Карраско проводил раскопки крупнейшей постройки в Калакмуле — пирамиды, возведенной ранее IV века до нашей эры. Возле самой вершины он обнаружил погребальную камеру. На то, чтобы аккуратно раскопать гробницу, потребовалось девять месяцев. В конце концов, проникнув внутрь, Карраско понял, что обнаружил останки могущественного царя. Тело было обернуто тонкотканной пеленой и покрыто бусинами, рассыпанными горстями и собранными в нити. Чтобы царь не покоился в одиночестве, в жертву богам принесли молодую женщину и ребенка, разместив их останки в камере по соседству.

Как вспоминает Карраско, царственные останки «были засыпаны землей и пылью. Можно было разглядеть жадеитовые бусины, но маску видно не было». Вооружившись кисточкой, археолог принялся осторожно счищать с нее грязь. «Первым делом на меня глянул глаз — прямо из прошлого», — вспоминает он. Этот был глаз великолепной жадеитовой маски — в таких хоронили царей. Исследования показали, что усопший был весьма дородным господином с жесткими, закостенелыми связками позвоночника. Его гробница поражала роскошью. Неподалеку возлежал головной убор из жадеита, в центре которого когда-то красовалась лапа ягуара. Рядом примостилась чаша, с которой взирает усмехающийся змей, а надпись гласит: «Тарелка Огненного Когтя».

http://www.nat-geo.ru/history/928904-zmeinye-tsari-mayya/#full