|
Проклятые рестораны Екатеринбурга
|
|
|
|
Когда светские люди называют какое-то место «проклятым» — это интересно. Несколько адресов в Екатеринбурге прочно ассоциируются с дурной славой — никакие бары и рестораны не могут продержаться там больше года. Самая плохая репутация у дома на Антона Валека, 15 — в его стенах побывало четыре заведения, но не прижилось ни одно. Осталась только вывеска и надпись: «Спасибо, что были с нами». О тайнах «проклятых» мест Екатеринбурга мы попросили рассказать финалиста шоу «Битва экстрасенсов» Даниса Глинштейна. Обойдя пять адресов, мы узнали, что мешает рестораторам строить успешный бизнес и чьи духи живут в тех домах.
|
 |
|
Ленина, 44
|
|
|
|
The Legend 1707 / Mr. Bar / Birch
|
|
|
|
На днях в Екатеринбурге закрылся бар крафтового пива Birch, который появился в городе в феврале. Еще до открытия в тусовке делали ставки, продержится ли бар хотя бы год. Дело в том, что до Birch на Ленина, 44 закрылось уже два заведения — ресторан Legend 1707, который проработал больше пяти лет, и Mr. Bar, умерший всего за два месяца. Так место приобрело дурную славу. Не добавляла оптимизма и закрытая дверь «Желтой подводной лодки», находящейся по соседству.
|
|
|
|
Заведение для поклонников The Beatles существовало почти 15 лет. Но два года назад ему пришлось покинуть подвальное помещение на Ленина, 46 — бомбоубежище, в котором находился бар, собрались использовать по назначению.
|
|
|
|
Окна Birch закрыты целлофаном — всего за несколько дней он приобрел нежилой вид. Слева от бара стоит еще более заброшенная «Желтая подводная лодка». Заведения находились в разных домах, но из-за того, что здания стоят вплотную друг к другу, кажется, что это одно длинное помещение. Правда между домами есть дверь, которая ведет во двор. Данис сразу подходит к ней и идет в туннель.
|
|
|
|
— Проблемы у заведений есть только на этом углу. Энергетика уходит сюда, — Данис показывает на сквозной проем между зданиями. — Заклеить — и будет хорошо. А сейчас, знаете, это как топить печку с открытым окном. Дома не должны быть пробитыми, бизнес вообще не любит открытых пространств — это очень нехорошая вещь.
|
|
|
|
Данис кладет руку на стену и спокойно говорит:
|
|
|
|
— Пришла мертвая женщина — Ирина.
|
|
|
|
В туннеле и так не очень комфортно, а от мыслей о том, что сюда «пришла» Ирина с того света, становится совсем не по себе. Данис тем временем достает из свертка зеркало.
|
|
|
|
— Оно нужно для того, чтобы сюда покойник зашел. Ничего страшного, никто вас трогать не будет. Мы просто пообщаемся, и она уйдет.
|
|
|
|
После паузы Данис продолжает:
|
|
|
|
— Дом плачет, кричит: «Помощь, помощь, помощь». Ощущение, что его перестраивали 250 раз, особенно внутри: меняли канализацию, трубы, дизайн. Здесь не было ни одного руководителя, который бы пришел сначала работать ради удовольствия, а потом ради денег. Проекты ради денег не выживают, они первый год дают возможность заработать, а на второй-третий обязательно закрываются. Никакой мистики в этом доме нет, просто провальная энергетика, нечестность бизнес-отношений.
|
|
|
|
Когда мы снова выходим на солнечный проспект Ленина, Данис еще раз кидает взгляд на вывеску Birch и говорит:
|
|
|
|
— Знаете, здесь есть атмосфера французских уютных кафе. Число четыре (адрес Birch — Ленина, 44) — символ семьи, дома. Здесь может пойти бизнес у обвенчанной многодетной пары. Я думаю, что таких тут еще не было.
|
|
|
|
Мамина-Сибиряка, 141
|
|
|
|
«Лакмусс» / кафе «Театральное» / «Сеул»
|
|
|
|
В этом доме вплотную друг к другу находились два заведения: кофейня «Лакмусс» и ресторан корейской кухни «Сеул», который сменил кафе «Театральное».
|
|
|
|
На месте кофейни, которая закрылась в этом году, стоит кулинария «Космос», на месте «Сеула» теперь нет ничего. По мнению Даниса Глинштейна, заведения на этом месте закрываются из-за того, что в доме бродит дух одинокого и богатого мужчины.
|
|
|
|
Как только мы зашли в «Космос» и сели за стол, Данис мгновенно сказал:
|
|
|
|
— Тут была какая-то благотворительная организация, не приносящая денег, что-то гармоничное, человеческое, не относящееся к бизнесу. Это было связано с домом, материнством, хорошими пирогами. Поэтому пироговая, кстати, здесь должна продержаться.
|
|
|
|
Когда Данис разложил карты и оглянулся по сторонам, то добавил:
|
|
|
|
— Здесь была семья, за большим столом кушали. Но потом была революция или война, и это место стало убежищем или какой-то государственной организацией. Главу семьи, мужчину, убили, возможно, расстреляли, — Данис достал из колоды очередную карту. — «Перевернутый Бог» — очень плохая карта. С этого момента место стало как будто проклятым, а мужик этот был очень богатый и очень мудрый. Он либо что-то писал, сочинял, либо работал в мэрии, был чиновником. Его дух здесь остался.
|
|
|
|
Обвожу взглядом просторное бело-зеленое помещение кулинарии «Космос». В такой обстановке поверить в привидения категорически невозможно (это вам не туннель!).
|
|
|
|
— Дух не уйдет, пока не найдет свою Галатею, — продолжает Данис. — Он не может вырваться, надо ему помочь — батюшки должны очистить помещение, такая скверная энергетика его присутствия. Он никого сюда не впускает — у людей, которые приходят в этот бизнес, начинает рушиться здоровье, их преследуют несчастья.
|
|
|
|
Мимо нас то и дело проходят посетители кулинарии, но услышав про духов почти все замедляют шаг и оглядываются. Кто-то узнает Даниса, но остановиться не решается.
|
|
|
|
— Дух, ты не будешь никого впускать сюда? — спрашивает Данис, вглядываясь в карты. — Он сказал, что, если какая-то женщина-бизнесмен ему понравится, он успокоится.
|
|
|
|
Луначарского, 82
|
|
|
|
«Цыплята табака» / «Бери барашка» / «Штолле»
|
|
|
|
В ноябре прошлого года на Луначарского, 82 рискнул открыться ресторан «Пельмени Клаб». До него на этом месте уже попытали удачу рестораны «Цыплята табака» и «Бери барашка» и пироговая «Штолле». Этим летом соседом «Пельмени Клаб» стала кофейня «Лакмусс», которая переехала с улицы Мамина-Сибиряка. Несмотря на то, что заведения здесь стабильно сменяют друг друга, Данис Глинштейн считает, что ничего мистического в этом нет.
|
|
|
|
Мы обходим заведения в жаркую для уральского лета погоду — около 20-25 градусов. Пока добираемся до Луначарского, Данис напоминает о прогнозе, который давал нам в начале лета: июль будет дождливым, а август теплым. На летней веранде «Лакмусса» ожидаемо полно людей.
|
|
|
|
— Очень много разговоров, — сообщает Данис, но говорит он не о настоящем, а о прошлом этого места. — Может быть, в советское время здесь был ресторан, либо большая организация. Я вижу здесь народ.
|
|
|
|
Он начинает выкладывать карты и впервые они все оказываются светлыми.
|
|
|
|
— Никакого негатива нет. Этому месту ничего не мешает, успех есть, главное — хорошая стратегия. Нумерология места 82 — это значит «дорога», «партнерство», поэтому бизнес здесь желательно вести людям приезжим и, возможно, открыть итальянский, французский, армянский или грузинский ресторан.
|
|
|
|
Правда «Бери барашка», в котором сочеталась узбекская, грузинская и армянская кухни на Луначарского, 82 все равно не прижился.
|
|
|
|
Когда мы уже садились в такси, Данис с удивлением повторил название кофейни.
|
|
|
|
— «Лакмусс»… Так вообще нельзя называть заведение — сгорит как лакмусовая бумага.
|
|
|
|
Антона Валека, 15
|
|
|
|
«Ватель» / «Паганини» / «Кьянти» / «Пижама»
|
|
|
|
Вывеска «Пижамы» до сих пор висит. С зимы 2015 года за стеклом объявление: «Уважаемые гости, […] ресторан „Пижама“ не работает. Спасибо, что были с нами». Но «проклятым» это место начали называть еще в 2013 году. К тому моменту там успели закрыться уже три ресторана — «Ватель», «Паганини» и «Кьянти», все они принадлежали ресторатору Алексею Нагорнову.
|
|
|
|
Французский ресторан «Ватель» до 2011 года был любимым местом екатеринбургской элиты. Когда он закрывался, в последний путь его провожали со всеми почестями: с катафалком и гробом. Все гости были в черном. В 2012 году Алексей Нагорнов на его месте планировал открыть «Вилла де Базилио» — заведение с роскошным интерьером и двумя британскими котами в бриллиантовых ошейниках. Но у приглашенного управляющего Василия Савченко были другие планы — открыть недорогой ресторан с национальной кухней. Так появилось семейное заведение с итальянской кухней «Паганини», которое посетители часто критиковали из-за несоответствия «цены — качества». Ресторан не продержался даже до конца года. Уже осенью на том же месте Нагорнов организовал открытие другого заведения — на этот раз итальянского бара «Кьянти». В тот вечер было выпито около ста литров вина. Помимо алкоголя публику развлекали Колян и Вован из «Реальных пацанов». Весной следующего года Нагорнов сам закрыл бар — заведение оказалось неприбыльным.
|
|
|
|
Осенью 2013 к «проклятому» месту присмотрелся молодой шеф-повар Илья Коршунов и открыл свою «Пижаму». Когда ему задавали вопросы о том, не боится ли он строить бизнес в доме с такой богатой, но неудачной историей, Коршунов отвечал, что сумеет побороть проклятье. В ресторане даже появился оберег — пуговица, которая должная отпугивать злые силы. По слухам, в проект было вложено 10 миллионов рублей. Спустя два года «Пижама» закрылась.
|
|
|
|
Данис читает объявление на дверях «Пижамы». На всякий случай недоверчиво дергает дверь. Мимо проходит мужчина в накрахмаленной рубашке и строго говорит:
|
|
|
|
— Там закрыто.
|
|
|
|
— Мы знаем, — отвечаем ему.
|
|
|
|
Мужчина недовольно смотрит на нас и уходит. По пути оглядывается еще раз. Данис пытается настроиться, но его отвлекает женщина, говорящая на испанском — она пробегает мимо, с кем-то страстно споря по телефону. Данис качает головой.
|
|
|
|
— Здесь были азартные игры, — начинает рассказывать он. — Ощущение, что когда тут играли в преферанс, сидели с сигарами. Я вижу старые массивные вещи, которые остались внутри — либо люстры, либо канделябры. Ощущение, что здесь собирается богема, которая может играть в карты, курить сигары и пить ром или другие напитки, которые были запрещены у нас. Это всегда было пафосное место с хорошим ценником, его посещали богатые люди. Здесь не может быть блинной или рюмочной.
|
|
|
|
Дом на Антона Валека, 15 находится на углу. Мы обходим его по дуге и снова возвращаемся к «Пижаме».
|
|
|
|
— Угловые вещи — самые плохие. Даже хуже, чем тот проем в стене [около Birch]. Угловая энергетика самая скользкая, она забирает энергетику пространства.
|
|
|
|
По мнению Даниса, кроме неудачного расположения у дома номер 15 не очень хорошая история.
|
|
|
|
— Либо этот дом, либо это место имеет род, оно не может приносить удачу кому-то одному, либо здесь должны быть просто офисы. Понимаете, это как если бы вы переезжали в квартиру, где до вас жило двадцать поколений. Вы будете ощущать себя там чужим. Это место ни церковь, ни батюшка не помогут очистить. Что бы здесь не открыли — банк, магазин, ларек, ресторан — ничего не получится. Спасет только понимание рода: пока человек не зайдет в архивы и не посмотрит, какое поколение здесь прожило дольше всех. Человек должен понять, кто был последний в роду, и сходить к нему на кладбище.
|
|
|
|
Хохрякова, 23
|
|
|
|
Old Dublin / Dublin Public House
|
|
|
|
В конце 2016 закрылся культовый «Дублин» — старейший ирландский паб в Екатеринбурге. За перезапуск заведения был ответственен ресторатор Валентин Кузякин.
|
|
|
|
|
|
Так на месте Old Dublin появился Dublin Public House. Некоторые считали его открытие главной новостью в ресторанном бизнесе этого года. Но спустя полгода, летом, Dublin Public House закрылся. На его месте Кузякин открыл ресторан «Гады, крабы и вино».
|
|
|
|
Около трех часов дня. На веранде «Гадов» сидят молодые люди, которые смотрят на нас с усмешкой. Еще чуть-чуть и покажут пальцем. Идем в противоположную сторону.
|
|
|
|
— Нынешний руководитель очень долго в бизнесе, это не первый его ресторан. Человек он достаточно счастливый, обеспеченный. Минимум два года этот ресторан будет здесь. — говорит Данис, приложив руку к стене ресторана. — Место хорошее: все гармонично, природно. В советский период, наверное, это был очень благостный район — что-то вроде Старого Арбата. Здесь было очень много зелени и не было дороги: такая спокойная тихая улица наподобие французских улочек. Ничего разрушительно я здесь не вижу.
|
|
|
|
Источник
|
