Примерно в 40 км к северо-востоку от г. Гая индийского штата Бихар, посреди абсолютно плоской желто-зеленой равнины, высится небольшая скалистая гряда протяженностью около трёх километров. В скалах этой гряды находится пещерный монастырь Барабар - древнейший из сохранившихся в Индии. Четыре пещеры, вырубленные(?) в скале, относятся к периоду правления царя Ашоки Великого, первого монарха, принявшего буддизм в качестве официальной религии.
В ее центральной части находится известная своими древнейшими в Индии рукотворными пещерами группа скалистых возвышенностей, которые называются Барабар (Barabar(Banawar) Hill). Примерно в полутора километрах от них на восток находится еще одно место расположения подобных пещер, относящихся к одному с Барабаром историческому периоду – скалистый холм Нагарджуни (Nagarjuni Hill).
Чаще всего оба эти места упоминаются под одним обобщающим названием: «Пещеры Барабар» (Barabar Caves).
Группа «Барабар» состоит из четырех пещер, а группа «Нагарджуни» – их трех. Пещеры датируются временем великой империи Маурьев: они сооружались в период правления императора Ашоки (268-232 до н.э.) и его преемника Дашаратхи (232-225 до н.э.). Наряду с двумя пещерами Сон Бхандар (Son Bhandar Caves) в Раджгире они являются самыми древними пещерными храмами Индии .
Одной из самых интересных особенностей этих скальных сооружений является то, что они не являлись ни буддистскими, ни индуистскими, ни джайнскими, а принадлежали несуществующей ныне шраманской секте философов-аскетов адживиков. Пещеры Барабар являются единственным сооружением, связанным с этой исчезнувшей религиозно-философской традицией - Адживики
Третьей неортодоксальной сектой, возникшей одновременно с буддизмом и джайнизмом, были адживики – группа аскетов, связанных, как и джайны, суровой дисциплиной и также отказывавшихся от всякой одежды.
Учение основателя секты Гошалы Маскарипутры во многом напоминает идеи его современника Махавиры, одно время бывшего его другом. Как и Махавира, он основывался на учениях предшествовавших вероучителей и аскетических сект, дополняя и развивая их.
И буддийские и джайнские источники утверждают, что он был незнатного рода, умер он примерно на год раньше Будды, т. е. в 487 г. до н. э., после яростной полемики с Махавирой в г. Шравасти. Его последователи, видимо, объединились с учениками других проповедников – таких, как антиномист Пурана Кашьяпа и атомист Пакудха Катьяяна, и образовали секту адживиков.
Расцвет секты приходится на эпоху Маурьев – известно, что Ашока и его преемник Дашаратха дарили адживикам пещерные храмы. Однако впоследствии секта стала быстро терять влияние, сохранив небольшое число последователей лишь в маленьком районе Восточного Майсура и прилегающих областях Мадраса, где она удерживалась до XIV в., после чего о ней уже больше ничего не было слышно.
Тексты адживиков до нас не дошли, и мы о них знаем только из буддийской и джайнской полемики против этой секты. Учение адживиков было, несомненно, атеистическим и отличалось последовательным детерминизмом. Традиционное учение о карме, как известно, утверждает, что состояние человека определяется его прошлыми поступками; наряду с этим человек сам может повлиять на свою судьбу в настоящем и будущем – при помощи правильного поведения. Адживики отрицали это. Они считали, что существует безличный космический принцип (нияти, т. е. судьба), который определяет в мире все, вплоть до мельчайших деталей. Поэтому воздействовать на процесс трансмиграции вообще невозможно.
Несмотря на то что человек никак не может повлиять на свое будущее, монахи секты адживиков предавались суровому подвижничеству, объясняя это предначертанием судьбы. Тем не менее последователи соперничающих вероучений обвиняли адживиков в распущенности и безнравственности.
Адживики дравидского юга развили свое учение в направлении, близком к эволюции буддизма «великой колесницы». Гошала стал у них нетленным божеством, наподобие Будды в системе махаяны, а учение о предопределенности трансформировалось в доктрину, напоминающую взгляды Парменида: мир вечен и неподвижен, и всякое изменение и движение – лишь иллюзия. Здесь усматривается определенное сходство с учением Нагарджуны о «пустоте»
Все же самое удивительное в Пещерах Барабар – это не их уникальная древность, не принадлежность к давно исчезнувшей загадочной шраманской секте, не замечательная точность геометрии помещений и поражающее качество полировки гранитных стен и сводов, а то что эти необычные сооружения были специально спроектированы и построены как акустические пещерные залы для медитаций.
Первые три пещеры высечены в длинной округлой скале, вытянувшейся с востока на запад на 200 метров и удивительно похожей по своим очертаниям на гигантскую подводную лодку, всплывающую прямо из грунта. Горная порода скалы – гнейс (твердая метаморфическая порода внешне и по своим свойствам очень похожая на гранит, поэтому дальше я всегда буду употреблять слова «гранит» и «гранитный»).
Дорожка ведет к северной стороне скалы, где расположена одна пещера - Каран Чаупар (Karan Chaupar).
Пещера датируется 244 до н.э., т.к. на входном проеме есть надпись, что эта пещера сооружена 19 лет спустя после восхождения на престол императора Ашоки.
У пещеры простой прямоугольный входной проем, который сразу же обращает на себя внимание абсолютной геометрией и идеальной обработкой.
Пещера очень своеобразна, наверное ничего подобного среди культовых сооружений в мире нет: внутри ни одного рисунка, барельефа, статуи и т.п.
Вместо этого – помещение с идеально выдержанными геометрическими размерами и дивной полировкой (напомню, что все это высечено в гранитном монолите в 3-ем веке до н.э.), при чем довольно внушительных размеров: длина: 10.4 м, ширина: 4.3 м, высота: около 3.3. м (стены 1.42 м и свод 1.84 м).
Вот что пишут путешественники:
Дальше было самое удивительное: смотритель отошел к торцу пещеры и громко выкрикнул несколько слов, после чего пещера наполнилась каким-то хитросплетением звуков, при чем многие из них были явно новые, не связанные с тем, что проговаривал смотритель.
Еще слегка ошарашенные мы сами начали экспериментировать со звуком, громко проговаривая фразы с разными интонациями и интервалами или хлопая в ладоши. Не успеваешь закончить фразу, как тут же тебя обволакивает переплетение множества звуков: некоторые похожи на приглушенный разговор, восклицания, шум улицы и пр., другие вызывают какие-то знакомые, но труднопередаваемые ассоциации.
Очень интересным и неожиданным оказалось возникновение каких-то не очень понятных и даже странных ощущений: стоишь в абсолютно темной пещере (еле видно углы и стены), а все «это» как будто осязаемо «летает» вокруг тебя. Прямо психоделика какая-то.
Кстати все пещеры действительно очень темные. Все освещение – это дневной свет через входной проем и свечка, которую зажигал смотритель в очередной пещере. Фотографии делались со вспышкой (автофокусировкой по супруге со свечкой) и затем прилично дорабатывались.
Результатом наших упражнений стало то, что супруга до сих пор абсолютно уверена, что внутри пещеры слышала повседневный шум деревни, которая находится внизу: голоса людей, мычание коров, смех детей и пр. и что «это» проникло внутрь либо через входной проем, либо еще как-то. Все мои попытки разубедить ее с помощью физики и логики до сих пор так ни к чему не привели – любые аргументы бессильны, если человек реально «это» слышал.
Если представить, как в темной пещере с такой акустикой часами кружится, распадаясь на гармоники и сплетаясь снова в нечто иное, объемный звук от повторяемого с определенной ритмикой и интонацией на разные голоса: «Ом-м-м!» - просто мороз по коже.
Когда я размышлял над природой этого чуда, то сильно пожалел, что не сделал несколько замеров затухания по секундомеру часов и не попробовал повнимательней прислушаться на что распадаются простые звуки (гласная, хлопок и т.п.). Могу только сказать, что полное затухание звука происходит приблизительно в течении 5-6 секунд.
В том, что все пещеры Барабара и Нагарджуни создавались как специальные акустические залы, сомнений у меня нет. Видимо древние строители хорошо знали как, из чего и где построить помещения с такой удивительной реверберацией: все пещеры высечены в монолите; имеют практически одинаковый размер и внутреннюю геометрию; стены, свод и пол были отполированы с высочайшим качеством. Даже абсолютно прямоугольные проемы у всех пещер одинаковы – вероятно в этом был какой-то смысл (возможно служили резонаторными отверстиями).
Так же нет сомнений, что предназначались они только для медитаций или каких-либо подобных ритуальных действий, а сами аскеты жили где-то рядом.
Из того, что пишут современные ученые, можно понять, что о самих адживиках известно очень мало (см. выше), а об их ритуальных практиках – вообще ничего.
Поэтому наверно мы никогда не узнаем зачем шраманской секте аскетов-атеистов понадобилось создавать такие «высокотехнологичные», а главное безумно трудоемкие «музыкальные шкатулки». Еще две пещеры находятся на противоположной, южной стороне скалы. Чтобы попасть к ним надо подняться на гребень скалы по каменной лестнице, находящейся рядом со входом в Каран Чаупар, и спуститься на противоположную сторону.
