|
Европейцы погубили народ острова Пасхи
|
|
|
|
До сих пор историки пытались как-то оправдывать печальный финал этой истории: дескать, полинезийцы вырубили деревья и сами привели себя к упадку. Новое исследование меж тем показывает, что туземцы жили хоть и по-своему, но сравнительно неплохо — до того самого злополучного дня, который зачем-то совпал с великим христианским праздником.
|
|
|
|
Островитяне называли его то ли "потерянным другом", то ли "разрывающим волну". Хоа Хакананайа. Такие переводы этого имени наводят на грустные мысли. А может быть, это памятник человеку, который великолепно плавал, но погиб или был убит? Статую нашли в 1868 году моряки британского королевского флота, она была наполовину засыпана землёй. Вообще, к тому времени на затерянном в Тихом океане треугольном клочке земли уже было полное запустение и удивительных скульптур там насчитали больше, чем людей. А, надо сказать, статуй — моаи — на острове Пасхи 887. Значит, эта 888-я, потому что она не на острове, а в Британском музее. Во многом благодаря ей загадочное место ежегодно посещают около семи тысяч туристов.
|
|
|
На сайте музея написано, что "потерянный друг" сделан из базальта, в других источниках говорится, что это немного другой материал. В любом случае моаи состоят из вулканических пород, коих на острове целое богатство — там аж четыре вулкана. Местная легенда гласит, что когда-то здесь была большая земля, но посох грозного бога Уоке расколол её, и лишь над этим краешком он смилостивился. Некоторые сопоставляют это с мифом об Атлантиде. В любом случае это единственный полинезийский остров с собственной письменностью: над дощечками ронго-ронго до сих пор бьются лингвисты всего мира. Кстати, сами дощечки сделаны из софоры — это небольшое дерево, родственник бобовых. Они являются наглядным подтверждением того, что остров не всегда был "лысым".
|
|
|
|
Большинство историков склоняются к тому, что первыми европейскими гостями рапануйцев (Рапануи — это настоящее, родное имя острова) были голландцы. Мореплаватель Якоб Роггевен на самом деле искал terra incognita — "неизвестную землю", легендарный Южный материк. Сказочно огромный и баснословно богатый. Его отец посвятил этой мечте полжизни. Поэтому сын в конце концов убедил дельцов из голландской Вест-Индской компании, что дело выгодное. Снарядили три корабля и команду из двух сотен моряков и солдат. Погрузили 70 пушек. Короче говоря, типичная исследовательская экспедиция.
|
|
|
|
Трудно сказать, насколько религиозным человеком был Роггевен, но это была такая традиция — называть новые земли в честь событий библейской истории, ежели на таковые выпадала дата открытия. А 5 апреля 1722 года было как раз Воскресение Христово. И вышло так, что именно в этот день с бортов кораблей "Африканен Галей", "Тинховена" и "Аренда" увидели остров. Позже заметили, что в нескольких местах над ним поднимается дым. Разглядели и огромных каменных идолов. Всё это было интересно, но ветреная погода не позволяла подплыть к берегу.
|
|
|
|
Есть сведения, что изначально контакт был вполне дружественным: к кораблям подплыло каноэ с обнажённым бородатым человеком. Он был поражён видом огромных лодок. Голландцы пригласили его на борт, и общение получилось довольно-таки мирным и спокойным. А потом на берегу собралась целая толпа. Надо сказать, они тоже в основном просто любопытствовали. Когда европейцы высадились, простодушные хозяева даже в знак приветствия принесли им свои бананы и своих кур — между прочим, священные птицы для туземцев, потому что без курятины они бы, вероятно, не дожили до такой торжественной минуты. Однако многие другие местные жители особенно тёплыми чувствами не прониклись и повели себя как положено дикарям: окружили джентльменов, стали хватать их за одежду, за длинные штуки у них в руках (ружья). В итоге какой-то джентльмен разнервничался и пальнул. И попал. Шокированные полинезийцы разбежались, но быстро вернулись в несколько большем количестве. Роггевен понял, что его людей могут просто перебить. И приказал открывать огонь на поражение. И всё это в такой день.
|
|
|
|
Но величайшей бедой для Рапануи оказался сам факт того, что европейцы обнаружили этот остров. Поначалу его наличие не вызывало в "цивилизованном" мире практически никаких эмоций. Однако спустя полвека об островке вспомнила Испания, поскольку она живо интересовалась сохранением и приумножением своих колоний в Латинской Америке. Корабль с подданными короля Карла III прибыл к берегам в 1772 году. Испанцы провели на острове несколько дней, объявили его Сан-Карлосом и зачитали туземцам официальный документ о протекторате (интересно было бы на это посмотреть). Но, по сути, "присоединить" Рапануи куда-либо не удалось.
|
|
|
|
Через два года приплыл Джеймс Кук. Он описывал туземцев как голодных, измученных и, в свою очередь, задался вопросом, каким образом этот дикий народ не только выдалбливал каменными орудиями такие гигантские скульптуры (от 3 до 15 метров и весом иногда больше 10 тонн!), но и перетаскивал их к нужному месту и ставил на постаменты.
|
|
|
|
Был французский исследователь Франсуа Лаперуз, который привёз с собой учёных, и они выяснили, что когда-то на острове были целые леса. Конечно, без деревьев плохо стало. Нет древесины — нет нормальных лодок, а значит, нет серьёзного промысла в море, то есть с едой проблемы. Французы оставили в подарок несколько овец и свиней в надежде, что рапануйцы займутся их разведением. Посадили цитрусовое дерево.
|
|
|
|
А ещё остров Пасхи навестил русский путешественник Юрий Лисянский во время своего кругосветного плавания в 1804 году. И, между прочим, в своей книге "Путешествие вокруг света на корабле "Нева" в 1803–1806 годах" писал, что с едой там всё в порядке, растут бананы, сладкий картофель, и всё это пасхальцы радостно обменивают на разные гвозди и особенно на ножи, которые для них специально ковали прямо на борту корабля. Но вот домашних животных не замечали. Только кур разве что. Похоже, не пошло скотоводство. Что характерно: русские на берег не стали высаживаться, лишь одного гонца отправили с обменным товаром, и то по большей части это был повод отдать местным специальную запечатанную бутылку с письмом для второго судна экспедиции, с которым потеряли связь из-за непогоды, — для "Надежды" под командованием адмирала Ивана Фёдоровича Крузенштерна, между прочим.
|
|
|
|
Через четыре года явились американцы — уже по конкретному делу: повязали на острове 22 человека и повезли в рабство на острова Хуан-Фернандес, чтобы наладить там таким образом охоту на тюленей. Бизнес-идея. На третий день после отплытия, то есть далеко в открытом море, пленников развязали, сняли цепи и прочее. И туземцы немедленно выпрыгнули за борт. "Цивилизация" принялась было их вылавливать, но "дикари" упорно отказывались вылавливаться. И обязательно надо подчеркнуть, что они были уже очень далеко от острова, шансы доплыть до дома либо мизерны, либо равны нулю. Это принципиально важно для понимания этого поступка.
|
|
|
|
После этого, конечно, остров Рапануи стал негостеприимным. Хотели было русские ещё раз навестить — на судне "Рюрик", но их не пустили. Оно и понятно. Только это не спасло. В 1860-е годы перуанцам для своей бурно растущей экономики понадобилась дармовая рабсила, и они пришли. Взяли почти полторы тысячи человек. Вскоре в живых осталось около сотни, и пришлось устраивать международные переговоры с властями Перу, чтобы вернуть несчастных домой. Пока переговаривались, осталось полтора десятка человек. Они вернулись, но привезли на родину оспу, туберкулёз. Вот примерно такова и была ситуация к моменту прибытия флота королевы Виктории.
|
|
|
|
Впоследствии учёные спорили, что всё-таки предопределило плачевный исход. Многие апеллируют к тому, что у пасхальцев было жуткое противостояние между двумя сословиями. У них были "длинноухие" — это, так сказать, "белые люди" среди полинезийцев, они действительно были светлее и носили тяжёлые грузы в мочках ушей, отчего всё это свисало до самых плеч. Изволите заметить, идолы изображены именно такими. И были "короткоухие" — соответственно, без этих украшений и на подчинённом положении. Когда в 1955 году на остров приплыл знаменитый норвежский путешественник Тур Хейердал, он застал одного-единственного человека практически европейской внешности, рыжеволосого, и он говорил, что он потомок "длинноухих" и его в детстве дед заставлял слушать и запоминать, кто он такой.
|
|
|
|
По легенде, давным-давно "короткоухие" взбунтовались, потому что устали таскать вулканические глыбы по приказу ушастых. За это эксплуататоры вырыли для них ров и набросали туда хвороста. То есть приготовили костёр для повстанцев. Но ход истории изменила женщина. Как обычно. Это была жена одного "длинноухого". Она всё знала, и это не давало ей покоя. И она не выдержала и рассказала "короткоухим", что им уготовано. В итоге "крестьяне" спланировали всё так, чтобы в свой собственный костёр угодили "буржуи". То есть она не предотвратила беды. Просто "перевернула" её. Получилось то же самое, только в зеркальном отражении. Впрочем, анализ золы и прочего содержимого этой ямы не показал наличия каких-то костей или других следов того, что гласит предание.
|
|
|
|
Но дело даже не в этом. Сторонники теории самоуничтожения пасхальской культуры уверяют, что уже к прибытию европейцев на острове всё было плохо. Учёные не могут на слово верить людям. Но они могут верить безмолвным камням. Так что моаи — главные свидетели по этому делу. Многие из них так и остались лежать в рапануйских каменоломнях недоделанными. Рядом с ними кости строителей и их тесаки. Недавнее исследование показало, что некоторые статуи сравнительно молоды, над ними работали и после голландцев, и вплоть до неудачной испанской аннексии. А это, сами понимаете, улика. Если строили истуканов, значит, продолжали жить своей жизнью. До конца. И напоследок о том, как же всё-таки поднимали многотонные статуи. Последний "длинноухий" подружился с Туром Хейердалом и всё-таки раскрыл секрет.
|
|
|
|
Сначала под моаи подсовывают концы брёвен, а с других концов на них висят помощники. Командир — в данном случае новый друг норвежца — ложится на живот и запихивает под голову идола камешек. Потом другой. Третий. Побольше. Ещё больше. И так далее. Терпеливая однообразная работа дней на десять. Далее каменную голову обматывают канатами и привязывают с четырёх сторон к толстым кольям, чтобы великан не повалился куда-нибудь не туда. В конце концов моаи поднимается уже так высоко, что медленно откидывается назад и становится на свой постамент. Слаженный командный труд. Вот и всё. Фантастика!
|
|
|
|
Источник
|
