Эта история началась летом 1945 года, когда верный соратник Гитлера обергруппенфюрер СА Роберт Лей, содержавшийся как военный преступник в Нюрнберге, переполошил союзное командование сообщением о том, что югу Германии угрожает катастрофа. Он рассказал американцам, что в одном из подземных бункеров под кодовым названием Z3, где до последних дней войны продолжалась разработка сверхсекретного оружия нацистов, прямо перед капитуляцией Германии из-за саботажа военнопленных произошла разгерметизация контейнеров с неким очень опасным веществом. Если не войти в бункер и не устранить протечку, погибнет как минимум треть населения страны. Чтобы не допустить такого количества смертей, он, Роберт Лей, сам готов спуститься в подземелье.
Американцы переполошились. За годы войны нацисты действительно развернули бурную деятельность под землёй, построив больше 130 подземных заводов и производств. Очевидно, что Лей, занимавший видные посты и отвечавший не только за "Трудовой фронт", но и за организацию принудительных работ военнопленных и других иностранных рабочих, действительно мог знать многое о секретных разработках фашистов. Бункер Z3 находился в Веймаре, и, по предположению американцев, в нём нацисты занимались разработками новых двигателей для летательных аппаратов. Для изготовления топлива они использовали неизвестные ранее вещества и огромное количество ртути.
Дать самому Лею спуститься в бункер американцы никак не могли, он должен был играть видную роль на Нюрнбергском процессе — нациста обвиняли в военных преступлениях и в преступлениях против человечества. Рисковать видным пленником американцы не хотели, поэтому под видом выполнения союзнических соглашений пригласили поучаствовать в ликвидации аварии советских специалистов. О реальном положении вещей не говорили, советскому командованию подбросили дезинформацию о разработке нацистами двигателей для подводных лодок, работавших на перекиси водорода.
Разумеется, руководство СССР было заинтересовано в новинке. Несмотря на победу, Советский Союз всё ещё отставал по ряду исследований и разработок. Например, нацисты уже в 1941 году впервые произвели подводный запуск ракеты с субмарины U-511. В СССР даже спустя четыре года могли об этом только мечтать. Советское руководство было заинтересовано в нацистских разработках плазменного оружия, новых летательных аппаратов дискообразной формы и климатического оружия. Поэтому в СССР было решено поучаствовать в обследовании бункера Z3. В качестве исполнителя в Веймар решили послать химика-самоучку, специалиста по синтезу люминофоров (веществ, способных преобразовывать энергию в свет), старшего лейтенанта Николая Жирова.
Приказы не обсуждаются
Николай Жиров был по-настоящему увлечён наукой. Из-за смерти отца он не смог получить высшее образование, но уже в 25 лет публиковал первые научные статьи о синтезе люминофоров. Он имел весьма неподходящее для СССР дворянское происхождение, окончил гимназию и самостоятельно освоил курс химии, который в учебном заведении не преподавали. До войны окончил Киевскую школу комсостава для артиллеристов, затем вышел в отставку, работал в Московском исследовательском институте наркомата боеприпасов, в 1940 году опубликовал монографию, посвящённую люминофорам. В годы войны Жиров разрабатывал люминофоры голубого свечения для нужд противовоздушной обороны.
Когда 6 июля 1945 года его вызвали на Лубянку, Жиров был уверен, что ему предложат работать с архивами нацистов, потому что ещё в гимназии превосходно выучил немецкий. Однако ему выдали удостоверение особоуполномоченного Государственного комитета обороны СССР, взяли подписку о неразглашении и отправили в командировку в Веймар. Из неё 42-летний учёный вернулся совершенно другим человеком. Известно, что в Веймаре Роберт Лей лично указал скрытый вход в бункер, после чего специалисты в костюмах химзащиты расчистили завалы и обнаружили, что подъёмники исправны. Однако спускаться вниз ни американцы, ни англичане не решились. И тогда это сделал Николай Жиров.
Но ни защитный костюм, ни противогаз, которые Жиров предусмотрительно надел, учёному не помогли. После того как химик выполнил задание и поднялся на поверхность, ему стало плохо. Жирова сразу же увезли в госпиталь. Историк Александр Воронин в фильме "Берлин — Атлантида" упоминал, что Жиров сам признавался: в подземелье нацистов он испытал поражение нервной системы неизвестными ему химическими веществами. Но что он видел в бункере, Жиров, связанный государственной тайной, никогда и никому не рассказывал.
Больного Жирова срочно вывезли в Москву и положили в больницу имени Боткина, где он находился до апреля 1947 года. Диагноз, который поставили ему советские медики, ничего не объяснял: вирусное поражение центральной нервной системы. В больнице Жиров бредил Атлантидой и на память читал выдержки из Платона. Именно здесь, на больничной койке, он обрёл новый смысл жизни — поиски древней цивилизации. Жиров был уверен: нацисты нашли источник древних знаний, а значит, и в СССР следовало открыть отдел, подобный нацистской исследовательской организации "Аненербе", и узнать, где, в каком источнике фашисты черпали идеи для новых открытий.
В поисках Атлантиды
Из больницы Жирова выписали инвалидом I группы, но учёный не унывал — он обложился учебниками по геологии, географии и истории и начал искать Атлантиду. Несмотря на то что в 1948 году Жирову "за совокупность трудов" была присвоена степень доктора химических наук, его новая деятельность энтузиазма у властей не вызывала. Химик то и дело отправлял статьи в журналы Франции и Британии, списывался с зарубежными коллегами, поэтому находился под пристальным наблюдением КГБ. Ко второй половине 1950-х годов Жиров был уверен: Атлантида существовала и должна по праву занять один из разделов биогеографии четвертичного периода — геологического отрезка времени, который длится и сейчас.
В 1957 году был окончен его труд "Атлантида", а в 1964 году свет увидело научное издание "Атлантида. Основные проблемы атлантологии", в котором автор исследовал цивилизацию атлантов как период становления человечества и доказывал, что Атлантида действительно существовала, а в Атлантике когда-то находился огромный континент, который вследствие катастрофы погрузился в пучину. Жиров был уверен: знания этой цивилизации каким-то образом нашли и использовали нацисты, опередившие весь мир на десятилетия.
Смертельно больной химик надеялся, что в СССР оценят его труд, но этого не произошло. Советская наука была нацелена только в будущее, для великой цивилизации прошлого в ней не нашлось места. Когда Николай Жиров умер в 1970 году, весь его архив был изъят и засекречен. Было ли это сделано из принципа "как бы чего не вышло" или руководство СССР действительно старалось скрыть нечто, ставшее известным из архивов гитлеровцев, мы, возможно, так никогда и не узнаем. Но идея поисков древней цивилизации атлантов была с жаром подхвачена другими советскими учёными и писателями. В 1961 году с предисловием академика Василия Струве вышла книга Екатерины Андреевой "Атлантида. В поисках затерянного мира". Поисками мифической Гипербореи занялся знаменитый геолог и географ Владимир Обручев.
В 1974 году научно-исследовательское судно МГУ "Академик Петровский" при съёмке горы Ампер в Атлантическом океане на глубине 80 метров нашло явные свидетельства существования древней цивилизации, разрушенной катаклизмом и опустившейся под воду. Гора Ампер находится примерно в 380 километрах юго-западнее мыса Сан-Висенти на Пиренейском полуострове (координаты 35°03' с.ш., 12°54' з.д., минимальная глубина — 59 метров). Повторные снимки горы были сделаны в 1980 году подводным аппаратом "Пайсис", а в 1981 году к горе Ампер даже спускали подводный колокол с водолазами. По предположению учёных, Атлантида располагалась между горой и материком и погрузилась в море около восьми с половиной тысяч лет назад. Но, к сожалению, вскоре после этого научное сообщество СССР посчитало исследования в Атлантике пустой забавой, и все изыскания были свёрнуты. Атлантида Николая Жирова так и осталась не открытой. Материалы по бункеру Z3 тоже до сих пор остаются засекреченными.
