Легенды о землях, где простому человеку живётся привольно и сытно, существовали не только у бесправных русских крестьян. Поскольку и в Средние века, и в более позднее время жизнь простого человека была достаточно тяжела, на поиски «райских земель» отправлялись с завидной регулярностью как одинокие путешественники, так и целые сообщества единомышленников. В основном, конечно, эти поиски имели религиозную подоплёку. И, скажем, в древности совсем не христианскую.
Та счастливая страна, которую искали в начале распространения христианства европейские народы, была по сути языческим раем. Последние язычники Европы, спасаясь от своих гонителей, бежали подальше от миссионеров, оседали на новом месте, но сохраняли память о своих жреческих центрах — о том, как они выглядели, где были расположены, какие обряды и как там проводились. У славян, как и других язычников, имелся свой рай, который назывался Ирием. Там текла белая Молочная река, которая получила в отечественных сказках кисельные берега. Жизнь у насельников этого рая была, конечно, безбедная, но попасть туда можно было только после смерти. Или же обманув смерть и прокравшись в этот Ирий тайными тропами. Эта языческая легенда наложилась со временем на библейские сказания, и к XVII веку Ирий стал христианским раем, а география расположения языческих центров — географией сокрытых земель.
Именно к XVII веку относятся первые сказания о Беловодье. В том столетии московское православие переживало не лучшие времена: благодаря реформе патриарха Никона страна разделилась на два лагеря — тех, кто крестится тремя перстами, и тех, кто двумя. О «двоеперстных» говорили, что они крестятся так, точно берут пальцами какашку. Однако победили в этом церковном споре «троеперстные», а всех остальных посчитали старообрядцами, раскольниками, то есть еретиками. Им пришлось бежать, чтобы сохранить жизнь, в глухие места, куда ещё не дотянулась царская власть — на Урал, за Урал, в Сибирь. Они-то и сложили легенды о благословенной земле, которая родит зерно сама по себе, где все живут долго и счастливо, не зная ни нужды, ни болезней, и где властвует по обычаю предков патриарх истинной веры. В легендах страна называлась по-разному — и просто «Счастливой землёй», и «Страной Запретной», и «Страной Животворящего Огня», и «Страной Светлых Духов», и «Страной благоденствия», и «Страной истинной справедливости», но чаще — «Страной Белых Вод и Высоких Гор» или «Страной Белых Вод за высокими горами». К концу XIX века длинное название вдвое укоротилось, и эта заветная земля получила имя — Беловодье.
Существует поздняя интерпретация легенды о Беловодье, записанная у старообрядцев в 1893 году. «Первые» сведения о столь замечательной земле легенда относит к правлению крестителя Руси Владимира Красное Солнышко. Якобы князь прослышал, что где-то имеется такая чудесная страна, где все счастливы, и отправил туда посольство, возглавляемое священником Сергием. Тот не знал, где искать это Беловодье, но после долгих молитв, вещих снов и бесед с мудрецами выяснил, что эта земля расположена на востоке, только не всякий её найдёт, потому что путь в неё открыт только праведникам. Сергий и всё его посольство оказались праведниками. Они нашли Беловодье, но домой вернулся один только Сергий — не то через 21 год, не то через 56 лет. Остальные путешественники либо погибли, либо отказались возвращаться. Ко времени появления этой легенды староверы уже два века искали Беловодье.
Пути на север и восток
Первыми искателями Беловодья были старообрядцы, бежавшие с Соловков, куда их сослали. Известно, что они отправились на поиски заветной земли и на кораблях по Ледовитому морю-океану, и по суше. Конечный пункт их маршрута неизвестен, однако осталась запись, что место, именуемое Беловодьем, расположено «в глубине окияна-моря» на 70 островах со множеством озёр и сокрыто «за высокими горами». Ни слова об изобилии и вечной молодости. Правда, указано, что проходить кораблям нужно между Зосимой и Савватием, а дальше — через море. Последующие искатели Беловодья пытались следовать маршруту, но ничего, кроме арктических льдов, не нашли. Правда, настораживает одна деталь: часть людей отправилась в Беловодье посуху. Куда? Тут мнения насчёт конечного пункта расходились: от челнов, которые ожидали сухопутных путешественников в условленном месте, чтобы переправить на острова, до пешего перехода на восток за Уральские горы. Но чем больше оба пути изучались, тем больше сомнений возникало.
Постепенно сложилось мнение, что и бежавшие морем ушли в страну, расположенную всё-таки не среди льдов, а в Сибири, Монголии или даже на Тибете. И Сибирь, и Монголия, и Тибет хорошо соответствовали главной географической привязке — страна на востоке. Только район поисков оказался непомерно велик. Веком позже «морская» версия полностью исчезла из обихода. Зато среди крестьян появилась легенда с точным указанием, куда стоит двигаться: по пути монголов на восток до их родины, назывались даже ориентиры — солёное озеро Лобнор и хребет Куньлунь.
Рерих, путешествуя в поисках Шамбалы, приводит другой староверский маршрут, ведущий на Алтай, — пройти между Иртышем и Аргунью до солёных озёр, оттуда до гор Богогорше до Кокуши, а потом перевалить через Ергор за снежные горы в священную долину. Вроде бы предки тех старообрядцев, с которыми говорил Рерих, ходили в Беловодье, но всегда возвращались, поскольку им не разрешали там остаться. Для Рериха Беловодье и Шамбала были идентичны, так что беды староверов он объяснял просто — те шли в Беловодье за счастливой жизнью, а попадали в Шамбалу, куда ходят за знаниями и высшим откровением.
Впрочем, инок Марк, современник тех старообрядцев, которые перепутали Шамбалу и Беловодье, помещал заветную страну и вовсе в некоем Опоньском царстве. Путь туда он указывал такой: «От Москвы на Казань, от Казани до Екатеринбурга, и на Тюмень, на Каменогорск, на Выборскую деревню, на Избенск, вверх по реке Катуни, на деревню Устьюбу, во оной спросить странноприимца Петра Кириллова». Последний якобы приведёт к пещерам и заснеженным горам, от которых нужно идти 44 дня прямиком в Китай через пустыню Гоби до самого моря, а потом уж совсем просто — сесть на корабль и переправиться в Опоньское царство, расположенное на 70 островах, там и есть Беловодье. Иными словами, чтобы попасть в Беловодье, нужно посетить… Японию! Крайний восток для русского человека.
Алтайское чудо
Ни Крайний Север, ни неведомая Япония русских крестьян ничуть не прельщали. Зато более близкий и доступный Алтай считался самым подходящим местом для сокрытой страны всеобщего благоденствия. Основной исход старообрядческого населения шёл именно туда. Если в XVII-XVIII веках староверы бежали в Астраханскую губернию или Жигули, а то и в сопредельные страны, то в XIX столетии — практически однозначно на Алтай.
Свои селения они основали в Уймонской долине и в долине реки Аккем, которая вытекает из озера Аккем, расположенного у самой горы Белухи. Между прочим, Аккем переводится как… «белая вода». Так что раскольничье Беловодье действительно стояло на «белой воде». А на одной стороне горы Белухи даже был участок камня, никогда не заметаемый снегами, очертаниями он очень напоминал Богоматерь.
Никакого райского сада или страны всеобщего счастья там не было. Места, если честно сказать, были дикие. Староверам пришлось их осваивать. Но там не было власти церкви и царя, там были трудная жизнь и относительная свобода. Что ещё нужно человеку для счастья? Чтобы не бояться верить в то, во что веришь, и жить так, как считаешь правильным. Пусть и не в райских кущах.
