Вернули к жизни мужчину, сердце которого небилось 45 минут
Житель Вудинвилла, штат Вашингтон, 45-летний Майкл Кнапински 7 ноября отправился на прогулку вместе с другом в национальный парк Маунт-Рейнир. Когда началась метель, мужчины решили разделиться. Друг Майкла продолжил путь на лыжах в лагерь Мьюир, который представляет собой высокогорное убежище для альпинистов, а сам Кнапински на снегоступах отправился к выходу из парка на стоянку в Парадайсе (область на южном склоне горы Рейнир).
Друзья договорились снова встретиться в Парадайсе вечером. Когда Кнапински не появился к условленному сроку, друг сообщил о его пропаже. Три команды Службы национальных парков искали Кнапински до раннего утра 8 ноября, но были вынуждены прервать поиски, поскольку условия становились опасными для самих спасателей — упала видимость, а температура снизилась до 16 градусов мороза. Поскольку пасмурная погода изначально не позволяла спасателям начать воздушные операции, вертолетная команда приступила к поискам только во второй половине дня. Именно ей удалось обнаружить Кнапински в устье реки Нисквалли. Вертолету было негде приземлиться в этой местности, а наземная группа спасателей добралась до Майкла еще через час.
Он был перевезен на аэродром на острове Уидби, а затем на вертолете доставлен в медицинский центр Харборвью в Сиэтле. Все это время Кнапински находился без сознания. По словам доктора Дженел Бадулак, которая первой приняла Майкла, по прибытии в больницу у него еще прощупывался слабый пульс, но вскоре его сердце остановилось. «Он умер, когда находился в отделении неотложной помощи, что дало нам уникальную возможность попытаться спасти его жизнь, фактически минуя его сердце и легкие, что является самой современной формой искусственного жизнеобеспечения, которая есть в мире», — Дженел Бадулак.
После остановки сердца медики неоднократно провели сердечно-легочную реанимацию, а затем подключили Кнапински к аппарату экстракорпоральной мембранной оксигенации (ЭКМО). При этой процедуре кровь перекачивается за пределы тела в аппарат искусственного кровообращения, который удаляет углекислый газ и отправляет кровь, наполненную кислородом, обратно в организм.
Примерно через 45 минут после остановки сердце Кнапински снова забилось. Медицинская бригада провела рядом с ним всю ночь, следя за тем, чтобы его состояние продолжало стабилизироваться, рассказал доктор Ник Джонсон, входивший в состав реанимационной бригады. Спустя два дня Кнапински открыл глаза. Уитни Холен, медсестра отделения интенсивной терапии в Харборвью, сидела рядом с ним, когда он проснулся. Она проработала в клинике 12 лет и сказала, что этот момент навсегда останется одним из самых ярких в ее карьере. По ее словам, первое, что захотел сделать Майкл, это позвонить своей семье.
«Он плакал, и они плакали, и я почти уверена, что плакала сама. Было действительно особенным моментом увидеть кого-то, над кем мы так много работали от начала и до конца, когда он просыпается так драматично и впечатляюще. Это напомнило мне то, почему мы это делаем. Вот почему мы работаем сверхурочно, вот почему мы далеко от наших семей, вот почему мы здесь», — говорит Холен. На следующий день Кнапински все еще пытался прийти в себя — его почки не работали должным образом, его сердце изо всех сил старалось циркулировать кровь, а его кожа была обожжена от обморожения. Однако работники больницы считают, что с ним все будет в порядке, сказал доктор Саман Арбаби, медицинский директор хирургического отделения интенсивной терапии Харборвью.
«Он воскрес из мертвых. <…> Может быть, с медицинской точки зрения это [трактуется] не совсем верно, но его сердце не билось более 45 минут. Это потрясающе», — Саман Арбаби. Кнапински, который вырос в Киркланде, рассказал, что обычно путешествует по Маунт-Рейниру не реже двух раз в неделю, хотя раньше он никогда не поднимался на гору Рейнир. По его словам, одна из его любимых троп — это тропа Денни Крик возле водопада Сноквалми.
Майкл говорит, что полюбил походы после того, как преодолел серьезную наркозависимость. «Раньше я был очень нездоровым и болезненным человеком, и я увлекся пешим туризмом, и это изменило мой образ жизни», — рассказывает Кнапински. Пытаясь вспомнить случившееся в парке, Майкл говорит, что точно не уверен в том, что произошло, но предполагает, что упал и потерял сознание. Об этом говорят синяки и царапины по всему его телу.
В последнее время Кнапински проводит много времени, работая волонтером в Продовольственном банке Армии Спасения в Сиэтле и помогая строить дома для приемных детей вместе с христианской церковью Overlake в Редмонде.
«И как только я стану физически здоровым, это станет моим призванием в жизни. Просто помогать людям… Я все еще шокирован и поражен. <…> Персонал Харборвью просто не отказался от меня. Они проделали огромную работу, чтобы сохранить мне жизнь. Мне нужно поблагодарить миллион человек», — Майкл Кнапински.
Майкл пока не выписан из больницы и говорит, что у него все еще есть некоторые когнитивные задержки, но в целом он в хорошем настроении и настроен выздороветь, как можно скорее. Сильный холод может убить, но в некоторых редких случаях он также может оказывать защитное действие на организм, говорит Филиппа Роксби, репортер службы здравоохранения BBC News. Если сердце слишком надолго останавливается при нормальной температуре тела, остается слишком мало надежды на выживание из-за повреждения мозга. Низкие температуры защищают мозг и тело от быстрого разрушения. Однако это случается очень редко — обычно даже на холоде необратимое повреждение мозга наступает примерно через час.
