|
Ренн-ле-Шато и тайна проклятого золота
|
|
|
|
На юге Франции, в 40 километрах от города Каркассон, затерялась маленькая деревушка Ренн-ле-Шато. По данным на 2017 год, в ней проживало всего 80 человек. И чуть ли не все они сдавали жильё внаём, ведь Ренн-ле-Шато пользовалась (и пользуется) большой популярностью у туристов. И благодарить за это надо Беранже Соньера, приходского священника, затеявшего в конце XIX века реставрацию местной полуразвалившейся церквушки. То, что он нашёл в ходе восстановительных работ, будоражит умы человечества вот уже больше 100 лет…
|
|
|
|
Летом 1885 года в Ренн-ле-Шато появился новый приходской священник, 33-летний Беранже Соньер. Атлетического телосложения, полный сил и здоровья, он производил впечатление человека серьёзного и знающего себе цену. До этого он преподавал в семинарии Нарбонны, но из-за приверженности идеям монархизма его перевели в Ренн-ле-Шато — забытую богом деревеньку, всё население которой составляло 200 человек. Новое назначение больно ударило по амбициям Соньера. Он исправно выполнял свои обязанности священника, но сторонился местного общества, предпочитая уединение. Компанию ему составляли лишь аббат Анри Будэ, священник из соседней деревни и местный краевед, да Мари Денарно, которую Соньер взял в дом в качестве прислуги, когда ей было 18 лет. По поводу возможной связи кюре с красивой крестьянкой ходило множество толков. Сами они всегда были выше сплетен и не считали нужным комментировать своё проживание под одной крышей. Но, забегая вперёд, стоит сказать, что этот странный союз продержался до самой смерти Соньера.
|
|
|
А пока молодой кюре был занят тем, что много читал, совершенствовал знание латыни, изучал древнегреческий и даже взялся за иврит. Поскольку жалованье его было скудным, он ходил на охоту и рыбалку, добывая себе пропитание, да и вообще много гулял по окрестностям. Благо в Ренн-ле-Шато было на что взглянуть, ведь когда-то на её месте находилась столица вестготов…
|
|
|
|
Неожиданная находка
|
|
|
|
Жизнь Соньера и дальше бы протекала размеренно и спокойно, если бы он не задумал отреставрировать старую церковь Марии Магдалины, построенную ещё в 1059 году на древнем вестготском основании. Полуразрушенный храм находился почти в безнадёжном состоянии: он в любой момент грозил обрушиться, но это не остановило деятельного кюре. Получив разрешение епископа Каркассона и финансовую помощь со стороны своих прихожан, в 1891-м Соньер приступил к ремонту церкви. В ходе работ ему пришлось перенести на другое место алтарный камень, который покоился на двух колоннах, оставшихся от эпохи вестготов. Одна из них, к удивлению кюре, оказалась полой! Внутри он нашёл четыре запечатанные деревянные трубки. Вскрыв их, Соньер обнаружил четыре манускрипта, помеченные разными датами с XIII по XVIII век.
|
|
|
|
Три первых документа касались генеалогии, а вот четвёртый… Это был лист пергамента, исписанный с обеих сторон и содержавший отрывки из Нового Завета на латинском языке. На одной стороне документа слова были написаны без пробелов и с лишними буквами. Строчки на другой располагались хаотично, а над некоторыми буквами были надписаны ещё и дополнительные. Всё это походило на шифрограмму. И действительно, взятые все вместе дополнительные буквы после нескольких безуспешных попыток расшифровки сложились в довольно-таки связную фразу: «Дагоберту II королю и Сиону принадлежит это сокровище, и оно есть смерть». Тот же метод, примененный к первому тексту, не сработал: как Соньер ни старался, у него выходила какая-то бессмыслица, в которой переплетались слова «пастушка», «Пуссен», «Тенирс», «лошадь», «демон»…
|
|
|
|
Поездка в Париж
|
|
|
|
Догадываясь о важности своей находки, Соньер отвёз документы, прежде сняв с них копии, епископу Каркассона. А тот немедленно снабдил его деньгами и отправил в Париж — показать пергамент некоторым доверенным лицам, среди которых были директор семинарии аббат Бьель и его кузен Эмиль Оффе. Последний, несмотря на молодость, уже зарекомендовал себя как опытный эксперт в области языкознания, тайнописи и палеографии. Не обошло его стороной и модное в то время увлечение оккультизмом. Благодаря своим связям Оффе имел доступ в тайный кружок для избранных, в котором состояли такие небезызвестные личности, как поэт Стефан Малларме, писатель Морис Метерлинк и композитор Клод Дебюсси. Но главной «жрицей» кружка была популярная певица Эмма Кальве, с которой Соньер сошёлся очень близко.
|
|
|
|
В течение трёх недель, проведённых в столице, Соньер развил кипучую деятельность. Опекаемый аббатом и его кузеном, он повстречался с целым рядом церковных иерархов и представителей высшего парижского света, проявивших большой интерес к его находке, о чём он с ними беседовал, осталось тайной, но несомненно одно: повсюду деревенский священник был принят как желанный гость. Соньер также посетил Лувр, после чего заказал копии трёх полотен: портрет папы Целестина V, «Искушение святого Антония» Давида Тенирса и «Аркадские пастухи» Никола Пуссена. Имена этих художников, как вы помните, упоминались в неразгаданном тексте пергамента. Возможно, он рассчитывал найти на картинах ключ к шифру. Или… нашёл?
|
|
|
|
Странные причуды
|
|
|
|
В Ренн-ле-Шато Беранже вернулся другим человеком. От прежнего затворника не осталось и следа! Соньер вдруг вступил в переписку с какими-то неизвестными адресатами по всей Европе и в результате собрал солидную коллекцию марок. Для её пополнения он тратил суммы, намного превышающие его скромное жалованье сельского кюре. Больше того, начиная с 1896 года он израсходовал огромные средства. Многие миллионы франков ушли на строительство дороги и водопровода в деревне, оранжереи с экзотическими растениями, сооружение башни Магдала на вершине горы и роскошной виллы Вифания, в которой, кстати, кюре так и не довелось пожить. Кроме того, он дарил щедрые подарки своим прихожанам и устраивал для них банкеты. Соньер покупал редкие китайские вещицы, дорогие ткани, античные произведения искусства. Он собрал целую библиотеку, каждая книга в которой могла бы заинтересовать самого искушённого библиофила.
|
|
|
|
Разумеется, не забыл Беранже и о реставрации церкви Марии Магдалины, которая по завершении работ приобрела довольно странный вид. На её портале появилась загадочная надпись: «Место сие ужасно». А прямо перед входом в церковь Соньер распорядился установить статую Асмодея — князя демонов и хранителя секретов и сокровищ. Преобразилось и внутреннее убранство древнего храма: на стенах появились доски с изображениями, никак не соответствовавшими канонам католицизма. Но высшие церковные иерархи закрыли на это глаза…
|
|
|
|
Беранже Соньер умер 22 января. Проститься с покойным пришли не только местные жители, но и какие-то приезжие, оставшиеся неизвестными… Да и вообще странности Соньера удивляли далеко не всех. Певица Эмма Кальве, госсекретарь Франции по делам культуры, эрцгерцог Иоганн фон Габсбург — кузен австрийского императора, посетившие деревенского священника в Ренн-ле-Шато, судя по всему, отнеслись к ним более чем серьёзно. А эрцгерцог даже перечислил на счёт Беранже значительную сумму денег.
|
|
|
|
Тайны деревенского кюре
|
|
|
|
17 января 1917 года 65-летнего Соньера хватил апоплексический удар, хотя накануне он выглядел полным сил и здоровья. Но странным было даже не это, а то, что ещё 12 января верная Мария Денарно заказала… гроб для своего хозяина. К умирающему для исповеди и отпущения грехов пригласили священника из соседнего села. О том, что случилось дальше, сведения разнятся. Одни источники говорят, будто, едва кюре вошёл в комнату Соньера, как тут же выскочил обратно, другие утверждают, что он провёл там долгие часы. Но итог в любом случае был один: в последнем причастии, а значит, и отпущении грехов Беранже было отказано.
|
|
|
|
Он умер 22 января. Его труп, одетый в роскошные одежды, украшенные красными шнурами и кистями, усадили в кресло и выставили в башне Магдала. Проститься с покойным пришли не только местные жители, но и какие-то приезжие, оставшиеся неизвестными… Об источнике баснословного богатства Беранже Соньера можно только догадываться. Согласно самой расхожей версии, сельский кюре нашёл сокровище, принадлежавшее «Дагоберту II королю и Сиону». Чтобы понять смысл этой фразы, придётся нырнуть глубоко в историю.
|
|
|
|
Сионом назывался один из холмов в Иерусалиме, на котором был построен храм, разрушенный в 70 году римлянами. Его величественное основание сохранилось до наших дней и известно как Стена Плача. Храм был не только главной святыней иудеев, но и государственной казной, и хранилищем важных документов. Разумеется, и то и другое было вывезено в Рим. Последний, в свою очередь, тоже не избежал разграбления: в 410 году вестготы до основания обчистили его. Впоследствии они создали своё государство, столица которого находилась как раз в Ренн-ле-Шато. Но неумолимые жернова истории перемололи и их. В начале VI века вестготов, вместе со всеми сокровищами, завоевали франки. Править их бывшими владениями стали Меровинги, одним из самых ярких представителей которых был как раз Дагоберт II. Согласно одной из легенд, он спрятал свою казну, отправляясь в очередной поход, и погиб, унеся тайну клада в могилу…
|
|
|
|
Возможно, казну этого короля, включающую в себя и сокровища Сиона, и нашёл Соньер. То есть это были и материальные, и духовные ценности, что объясняет жгучий интерес высокопоставленных лиц к деревенскому кюре и проливает свет на снисходительное отношение Ватикана ко всем его причудам. Не исключено также, что Беранже обнаружил документы, содержавшие сведения о потомках Меровингов, имевших право претендовать на корону Франции, и сумел их выгодно продать или использовал для получения многочисленных даров от влиятельных персон. Впрочем, с тем же успехом он мог найти и сокровища тамплиеров, чей последний оплот — стоящий в руинах замок Монсегюр — находился всего в полудне верховой езды от Ренн-ле-Шато… Что и говорить, в истории Беранже Соньера много белых пятен. Удастся ли когда-нибудь разгадать его загадку? Неизвестно. Но охотников хватает. Недаром всех, кто приезжает в Ренн-ле-Шато, встречает табличка, предупреждающая, что вести кладоискательскую деятельность в районе строжайше запрещено!
|
|
|
|
Мадонна священника
|
|
|
|
Местные жители прозвали Марию Денарно «Мадонной священника», подозревая, что они были больше чем просто друзья. Предполагается, что ей были известны все секреты Соньера. После смерти своего хозяина Денарно тихо и скромно жила на вилле, ухаживала за оранжереей и занималась благотворительностью: Беранже оставил ей немалое наследство. Но после Второй мировой войны во Франции была проведена денежная реформа. Для обмена старых франков на новые требовалось предъявить доказательства законности доходов. Мария деньги обменивать не стала, предпочтя сохранить тайну Соньера. По словам соседей, она сожгла на костре целую кучу вышедших из употребления банкнот…
|
|
|
|
Любимец Ватикана
|
|
|
|
Духовые власти сквозь пальцы смотрели на деятельность Соньера. Вопросы к священнику, живущему явно не по средствам, возникли лишь однажды — у нового епископа Каркассона. Он потребовал у священника отчёта об источнике его богатства, но тот отказался говорить об этом. Тогда епископ обвинил его в спекуляции предметами культа и отстранил от должности. Беранже ответил тем, что подал апелляцию в Ватикан, и немедленно был восстановлен в прежнем звании…
|
|
|
|
Владения тамплиеров
|
|
|
|
Ренн-ле-Шато расположена на юге Франции — в исторической местности Лангедок. Семь веков назад именно в этих краях разыгралась трагедия под названием «Альбигойские войны», во время которой полчища крестоносцев на протяжении многих лет грабили, жгли и опустошали богатый и цветущий край под видом борьбы с еретиками. Но иные немые свидетели тех времён умудрились сохраниться до наших дней: неподалёку от Ренн-ле-Шато, на холме Безу, и сейчас можно увидеть руины средневековой крепости, некогда принадлежавшей тамплиерам. А на другом холме высятся останки стен и башен замка Бертрана де Бланшфора, четвёртого великого магистра ордена рыцарей Храма…
|
|
|
|
Источник
|
