Масонство - храм, который никогда не будет построен

Масонство - храм, который никогда не будет построен

Пусть каждый верит тому,

что покажется ему согласным с разумом

Спиноза

Масонов обвиняли в стремлении к мировому господству, в политических и экономических диверсиях, в развале целых империй. Члены всемирной масонской организации виделись обывателю в качестве зловещих чернокнижников, оберегающих темные свои замыслы посредством жесткой иерархии и секретности.

Существование масонов и теперь вызывает множество домыслов и кривотолков. Однако, несмотря на самые громкие и зловещие обвинения в их адрес, никакие международные фискальные органы, никакие международные суды не занимаются расследованием деятельности масонских лож. В чем же тут дело? Кто такие, эти масоны? Откуда они взялись, чем занимаются и к чему стремятся? Сегодня попытаемся честно и непредвзято ответить на эти вопросы.

Три легенды – три составляющие масонства

История ордена с самого момента его возникновения была покрыта густым слоем тайн и легенд. Этих легенд существует множество. По самой распространенной из них возникновение масонства восходит к временам царя Соломона, который поручил зодчему Хираму-Авию управление и руководство строительными работами по возведению храма в Иерусалиме.

Этим мудрым архитектором рабочие (куплю опалубку) были разделены на три класса, а для того, чтобы они могли узнавать друг друга, были придуманы секретные слова и специальные ритуальные прикосновения. Отсюда, по мнению некоторых историков масонства, идет установление степеней масонства и особого символического языка братства.

По другой легенде, масонство является дошедшим до наших времен учением жрецов Халдеи, Индии и Египта, которые распространяли таким образом свои нравственные воззрения, тем самым воспитывая учеников и обретая новых сторонников.

Третья легенда относит происхождение масонства к временам ордена Тамплиеров. Орден рыцарей Храма был основан в 1118 году, когда магистр Гуго Пайен приобрел в пользование дом в Иерусалиме, стоявший на месте того самого храма, возведенного по указанию царя Соломона, отчего и произошло название ордена. С течением времени рыцарский союз разросся и разбогател, однако мощь свою растратил понапрасну: возникший для завоевания Гроба Господня и защиты пилигримов орден с течением времени погряз в примитивном стяжательстве, через что и погиб.

Широко известная «строительная» символика масонства – уровень, циркуль, мастерок, треугольник, отвес, фартук – подтверждают верность первой из изложенных легенд возникновения масонства.

Впрочем, корректнее будет отнести обретение данных атрибутов к временам существования в Европе цеховых ремесленных гильдий. Это уже не легенда и не теория, а неоднократно подтвержденный документально, общепризнанный факт. Отвес -- символ стремления к совершенству, уровень -- символ равенства, циркуль - символ умеренности и благоразумия, а также стремления к высшему и духовному, мастерок -- символ крепости тесно связаны с профессиональными объединениями английских каменщиков, от которых, собственно, и ведет свою историю современное масонство.

Первые цехи появились в XII веке, однако расцветом цехового движения считается XV век, когда ремесленные объединения стали играть важную роль не только в жизни городов, но и целых стран. Например, самые крупные из них обладали правом посылать своих представителей в городские советы.

Гильдии делились на три разряда. Входящие в первый разряд имели право направлять в городской совет шестерых своих представителей, гильдии второго разряда -- четырех, третьего разряда -- двоих.

Члены наиболее почетных цехов носили мундиры и составляли городскую знать, они обладали широкими правами и привилегиями, которыми отчасти соперничали с местной аристократией.

От цеха к тайному обществу

Первое официальное упоминание о цехе каменщиков относится к концу XIV века, когда гильдия строителей была отнесена ко второму разряду. Но уже в 1411 году Лондонский цех каменщиков попал в число сообществ, официально признанных королевской властью. В 1472 году он

получил собственный герб. С 1481 года королевским указом членам этого объединения было дано право носить камзол специального кроя, по сути являющийся знаком отличия. Таким образом, каменщики получили весь объем прав и привилегий, главной из которых в средневековой Европе была свобода передвижения, необходимая, кстати сказать, для постоянно переезжавших из города в город строителей. В те времена все податные слои общества были обязаны соблюдать жесткие законы об оседлости. Каменщики были единственными податными жителями Англии, которым дозволялось свободно передвигаться по стране. Поэтому их стали называть «вольными». Так появился ныне широко распространенный термин «франкмасон» (free mason) – «вольный каменщик».

Разумеется, привилегия свободного передвижения привлекала в ряды цеха все новых и новых членов, причем зачастую не владеющих профессией строителя. С этого момента возникают две категории масонов – «оперативные», то есть те, кто владел строительным ремеслом, и «спекулятивные» или «признанные» -- не имевшие ничего общего с возведением замков, домов и соборов, но решившие подчиняться внутренним правилам цеха, принять его обычаи и постулаты, и, соответственно, пользоваться их привилегиями.

Артельные уставы XIV и начала XV веков более чем подробно рассказывают о жизни и деятельности английских строителей. Из них явствует, что общецеховые собрания проводились в специальных помещении, получивших название «lodge» -- «ложа». За порядком на строительстве и соблюдением норм цехового устава следил старший мастер и надзиратели.

Каменщики установили в своих ложах три категории ремесленников: ученика, отбывающего свой срок выучки, товарища мастера, или полноправного члена строительного братства и мастера, направлявшего работу в ложах.

Вступая в артель, будущие вольные каменщики приносили присягу на уставе – «на книге». Основные требования к кандидатам вытекают из общих принципов движения. Кандидат подтверждает свою веру во Всевышнего. Позднее вступающий в ряды вольных каменщиков получил возможность демонстрировать приверженность философии деизма, то есть, принимая Бога как «Великого Архитектора Вселенной» или вовсе не принимать. Кандидат должен был быть зрелого возраста (не моложе 21 года), принять решение стать масоном по собственной воле, иметь хорошую репутацию, быть «свободным и добрых нравов», то есть не иметь проблем с законом.

Кроме цеховых организаций ремесленники объединялись в более тесные союзы -- братства взаимопомощи. В них существовал культ святого покровителя цеха: как правило – Святого Иоанна. Основной задачей этих братств была взаимная помощь при дальних путешествиях в поиске работы. Дабы узнавать и помогать друг другу английские строители разработали (тут уместно вспомнить легенду о творце Иерусалимского храма Хираме-Авие) целую систему паролей и тайных знаков. Сообщения паролей составляло существенную часть церемоний вступления в братство.

Папа против

Первое столкновение масонства с законом случилось в 1547 году, когда все организации, причисленные властями к числу «тайных религиозных обществ» были запрещены. Причина этого запрета была исключительно экономическая – на Британские острова стали наведываться, как бы сейчас сказали, бригады французских, немецких, голландских гастарбайтеров. Дабы общество каменщиков не могло бороться с демпингом пришлых коллег посредством тайных своих методик, его попросту запретили.

Однако масонское братство устояло: оно перестало быть католическим, церковные обряды и мистерии на библейские темы исчезли из обихода, но церемонии приема и другие старые обычаи продолжали сохраняться, превратившись в прочную традицию. Только теперь масоны пропагандировали не принцип сытости и благополучия всех членов строительного цеха, а высокую идею всеобщего благоденствия, выраженную хорошо известной нам как никому иному формулой: «Свобода, Равенство, Братство».

С этого момента началась всемирная история масонства – ложи распространились по всей Европе. В конце 30-х годов XVIII века они уже существовали в России, Италии, Германии, Швейцарии. В 1735 году в Париже действовало 5 лож, через десять лет их число возросло до двадцати двух, а через сорок пять лет, накануне Французской Революции, число масонов достигало 100 тысяч. Ложи пересекли океан – обосновались в Новом Свете и стараниями Великого Мастера Бенджамина Франклина ширились и множились.

Нравственно-философскую составляющую масонства в тот момент и вплоть до дня нынешнего можно иллюстрировать словами писателя Михаила Осоргина: «Масонство вовсе не система нравственных положений, и не метод познания, и не наука о жизни, и даже, собственно, не учение. Идеальное каменщичество есть душевное состояние человека, деятельно стремящегося к истине и знающего, что истина недостижима... Братство вольных каменщиков есть организация людей, искренне верующих в приход более совершенного человечества. Путь к совершенствованию человеческого рода лежит через самоусовершенствование при помощи братского общения с избранными и связанными обещанием такой же над собой работы. Значит -- познай себя, работай над собой, помогай работе над собой другого, пользуйся его помощью, умножай ряды сторонников этой высокой цели. Иначе - союз нравственной взаимопомощи».

В таком же духе высказывается о сути масонства и изданный в начале двадцатого века в Петербурге энциклопедический словарь Вейнберга: «масоны имеют целью нравственное совершенствование людей и единение их на началах равенства, правды и братской любви».

Казалось бы – масоны пропагандируют благородные идеалы, которые не зазорно разделять всем без исключения обитателям планеты. Откуда же явилась негативная аура, неотступно распространяющаяся вокруг масонства на протяжение уже нескольких веков?

Ответ следует искать в исторически сложившейся закрытости ложи и в конфликте масонов с церковью, которая с самого возникновения цехового объединения с подозрительностью и опаской наблюдала за быстрым распространением идей братства. Иначе и быть не могло: масоны создали свои собственные ритуалы, историю, легенды и иерархию, то есть обрели атрибуты, прежде всегда находившиеся в распоряжении официальной религии.

Немудрено, что в годы стремительного распространения масонства по планете случился второй серьезный конфликт «вольных каменщиков» с официальной властью, на сей раз представленной церквью.

В 1738 году папа Климент XII выступил с яростным обличением масонства. В своей энциклике он повелевал отлучать от церкви всех католиков, прошедших обряд посвящения в масоны. Папа объявил, что приносимая масонами клятва хранить секреты братства является угрозой исповеди и власти церкви.

По всей Европе гражданские власти начали выполнять предписания, накладывая на масонов штрафы и даже иной раз лишая свободы.

Параллельно началась идеологическая кампания, направленная против масонства. В газетах стали появляться «разоблачительные» материалы о сути братства и его деяниях. Масонов обвиняли в союзе с антихристом, утверждали, будто на закрытых собраниях проходят бесовские оргии.

Впрочем, гонения уже не могли поставить на братстве крест – настолько сильны идеи масонства проникли в общественное сознание. Михаил Осоргин так подал этот процесс в повести «Вольный каменщик»: «…стекаются изо всех стран люди, отмеченные не особыми талантами, не профанскими заслугами, не богатством, не родовитостью, не пойманной за хвост славой, а тайной печатью посвященности. Они никем не призваны - они сами себя нашли и взаимно утвердили. Братская цепь кафинскими узлами связала их воедино и отделила от злобствующего, больного, непросвещенного мира, который должно пересоздать».

Ответом масонов на объявленную церковью войну стало обращение к древним этическим и религиозным учениям. Так сформировалось представление о Великом Строителе Вселенной, воплотившем в себе черты верховного божества различных народов. Масонам удалось познать и восстановить смысл античных мистерий, обрядов жрецов древнего Египта и Вавилона, расшифровать тайны карт Таро, разглядеть подспудную взаимосвязь буддизма, конфуцианства, даосизма с Ветхим и Новым Заветом.

Дальнейшая история масонства широко известна. Состоит она из взлетов и падений – масоны то обретали широкую общественную поддержку, то вновь становились загадочной и непонятной сектой заговорщиков. Они до сих пор придерживаются по сути прекрасного, но весьма подпорченного Великой Французской и Великой Октябрьской революцией лозунга «Свобода, Равенство, Братство». Придерживаются, но не всегда следуют: имидж масонства очернен деяниями американских президентов, открыто декларировавших свою принадлежность к Ложе. Наиболее яркий пример – приказ об атомной бомбардировке Хиросимы и Нагасаки, отданный масоном Гарри Трумэном. Двести тысяч погибших – какие уж тут Свобода, Равенство и Братство…

От царевых ласк до острога

История российского масонства не столь богата, как история Западноевропейской и Североамериканской ложи, однако в деталях во многом ее повторяет. Российские масоны знали и взлеты, и падения, покровительство первых лиц государства и разнузданную травлю.

По сведениям, которые, впрочем, едва ли можно причислить к разряду исторических данных, первым российским масоном был царь Петр Великий, который в 1699 году, во время пребывания в Англии с Великим Посольством, принял посвящение. По другим сведениям в Ложу Государя ввел его старинный друг и соратник Франц Лефорт. Никаких документов, подтверждающих это событие, не найдено. Однако достоверно известно, что масонские ложи существовали в России уже в 30-х годах XVIII. Назвать российскими их можно лишь с некой натяжкой, поскольку в них состояли почти исключительно иностранцы, а первым «великим мастером для всей России» в 1731 году стал английский капитан Джон Филипс.

Довольно скоро масонство в России перестает быть иноземной диковиной, обогащается духом просыпающегося национального самосознания и поэтому может быть с уверенностью названо первым идеалистическим течением русской общественной мысли.

По мнению Николая Бердяева, высказанному в работе «Русская идея», духовное влияние масонства на российское общество было огромно: «лучшие русские люди были масонами. Первоначальная русская литература имела связь с масонством. Масонство было первой свободной самоорганизацией общества в России, только оно и не было навязано сверху властью».

Но во второй половине XVIII века положение изменилось.

С подозрением Екатерина II воспринимала связи российских масонов с масонами Западной Европы. После пугачевского восстания императрица начинает с враждой относиться к идеям свободы личности и народного просвещения - революция во Франции лишь убеждает ее, что такого рода идеи могут представлять для монархии страшную опасность. Меры по искоренению масонства не заставили себя ждать: гонениям подверглись масон и просветитель Новиков, князь Прозоровский, куратор Московского университета Херасков. Конфискованные масонские книги в количестве более 18000 экземпляров были сожжены, Новиков провел в Шлиссельбургской крепости почти 15 лет.

Некое послабление, предоставленное вольным каменьщикам императором Павлом не принесло облегчения: в 1822 году масонство было запрещено, но не исчезло. Однако после событий декабря 1825 года на Сенатской площади быть в России масоном стало просто-таки небезопасно.

В начале XX века возникла надежда на возрождение российского масонства - в 1906 была открыта ложа «Возрождение» в Москве и чуть позднее – «Северная Звезда» в Санкт-Петербурге.

Однако обстановка, в которой действовали новые русские ложи, едва ли можно было назвать благоприятной. Все они находились под надзором полиции. Чувствуя постоянный пригляд охранки, ощущая постоянную угрозу масоны неизбежно стали политизироваться. Новое русское масонство по сути дела превратилось в секретный политический клуб, тесно связанный с кадетской партией. Вместе в кадетской партией оно и исчезло.

В октябре 1917 года власть перешла в руки большевиков, часто весьма необоснованно причисляемых к ложе. Революция стала началом конца российского масонства. До 1922 года существовала контролируемая властью так называемая «Генеральную Ложа Астрея». С приходом Сталина к власти она была ликвидирована.

Теперь российские масоны, равно как и зарубежные братья, предпринимают попытки возрождения. Масоны пытаются стать открытыми. Они осознали пагубность существования в качестве тайного общества, осознали несоответствие кулуарных методов действия провозглашенным грандиозным задачам.

Как писал Осоргин, возводимый масонами «величавый Храм растет вширь и ввысь, - но масштабы его таковы, что только все человечество могло бы общими дружными усилиями завершить его постройку достойным куполом». Вот только на помощь человечества масонам рассчитывать не приходится. Слишком много времени упущено. Времени, за которое человечество привыкло к несвободе и неравенству. Потому храм всеобщего благоденствия вряд ли будет возведен – это с сожалением приходится признать.

Михаил ПЕТУХОВ

Оракул №10 (октябрь)/2010