ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА: РЕАЛЬНАЯ УГРОЗА ИЛИ СОВРЕМЕННЫЙ МИФ?
"Власть", 19.12.2001, Москва, n12, стр.19-23
Павлютенкова Марианна Юрьевна - доцент кафедры политологии и политического управления Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации, кандидат политических наук
"Попытки в полной мере осознать все грани понятия информационной войны напоминают усилия слепых, пытающихся понять природу слона: тот, кто ощупывает его ногу, называет его деревом; тот, кто ощупывает хвост, называет его канатом и так далее. Можно ли так получить верное представление? Возможно, слона-то и нет, а есть только деревья и канаты. Одни готовы подвести под это понятие слишком много, другие трактуют какой-то один аспект информационной войны как понятие в целом..." (см.: Libicki М. What is Information War? Washington, 1995).
Технологическая цивилизация
По мнению известного американского футуролога Э.Тоффлера, развитие науки и техники осуществляется рывками, в его терминологии - волнами. Первая волна, которую он назвал "сельскохозяйственной цивилизацией", прокатилась 10.000 лет назад. Она сломала первобытно-общинные формы самоорганизации, привела к разделению труда и созданию иерархических организационных структур. Вторая волна - "промышленная цивилизация", которая началась 300 лет назад, создала "самую могучую, сплоченную и экспансионистскую социальную систему, равной которой мир еще не знал" (Тоффлер Э. Третья волна. М., Aст, 1999. стр. 54.). Третья волна, начавшаяся в середине 50-х годов ушедшего столетия, связана с так называемым "информационным взрывом", т.е. лавинообразным ростом информации, в результате которого человек оказался не в состоянии справиться с ее объемом без помощи новых информационных технологий. Поэтому третья волна, в которую вступило человечество, была названа технологической цивилизацией,
Каждая из волн имела свою экономику, свои социальные и политические институты, культуру, свои средства коммуникации, а также свой способ и характер ведения войны. Связывая смену волн со сменой типов войн, Т. Червинский отмечает: "Войны "первой волны" велись за землю, волны "второй волны" - за способность физической продуктивности; возникающие войны "третьей волны" будут вестись за доступ к знаниям и контроль над ними. Поскольку "формы боевых действий" любого общества следуют за "формами создания благосостояния" этого общества, то войны будущего будут в основном, но не только, "информационными войнами"(см.: Czerwinski T.J. The Third Wave: what the Tofflers never Told You // Strategic Forum, N72. April 1996).
Понятия, используемые для определения и изучения информационных войн, порожденных "технологической волной", еще не устоялись, что создает множественность трактовок этого термина.
Что же такое информационная война и откуда произошло это понятие?
Информационное воздействие как таковое существовало всегда. В давние времена в качестве первых информационных атак использовались, например, мифы. Так, войска Чингисхана шли вслед за рассказами об их невероятной жестокости, что в сильной степени подрывало моральный дух противников. Психологическая установка на сопротивление, защиту отечества и победу поддерживалась также и соответствующей идеологией и воспитанием. (Еще древние греки говорили: "Красна и сладка смерть за Отечество" (Гораций, 25, 105); "Сила и слабых мужей не ничтожна, когда совокупна" (Гомер 22, 252) и т. п.).
Существенная зависимость современной цивилизации от информационной составляющей сделала ее гораздо более уязвимой. "Быстродействие и широкое распространение информационных сетей многократно увеличило мощь именно информационного оружия. Дополнительно влияет на ситуацию и принятая сегодня модель общества как принципиально открытого, что предполагает гораздо больший объем разнообразных информационных потоков, чем в случае закрытого общества.
Впервые термин "информационная война" появился в наше время, в середине 80-х годов XX в. в связи с новыми задачами Вооруженных сил США после окончания "холодной" войны и явился результатом работы группы американских военных теоретиков в составе Г.Е. Экклз, Г.Г. Саммерз и др. В дальнейшем термин начал активно употребляться после проведения операции "Буря в пустыне" в 1991 г. в Ираке, где новые информационные технологии впервые были применены в военных целях.
Информационная война происходит из новых подходов к применению информации, определению ее роли и места в обществе. Две принципиально различные сферы функционирования информации - гуманитарная и техническая - задают два варианта трактовки термина "информационная война".
В гуманитарном смысле "информационная война" понимается как те или иные активные методы трансформации информационного пространства. В информационных войнах этого типа речь идет об определенной системе (концепции) навязывания модели мира, которая призвана обеспечить желаемые типы поведения, об атаках на структуры порождения информации - процессы рассуждений.
В информационном обществе, на пороге которого стоит прогрессивное человечество в канун нового века и тысячелетия, жизненные стандарты не навязываются силой, а умело пропагандируются и распространяются с помощью новых технологий, так называемых "мета-технологий". Основным объектом воздействия "мета-технологий" является массовое сознание. "Постоянная адаптация массового сознания к формам воздействия на него вызывает объективную необходимость постоянного же обновления самих форм. Без получения обновленных технологий, которые появляются сначала в стране-лидере, а уже затем тиражируются в остальных странах, массовое сознание обществ, использовавших эти технологии воздействия на него, начнет выходить из-под контроля государства" (см.: Делягин М.Г. Мир для России, каким он нам нужен и что мы с ним можем сделать. Краткое изложение открытой части аналитического доклада Института проблем глобализации. 1999// www.ccsis.msk.ru/russia/l/deljagin.htm). Опыт показывает, что современные СМИ, электронные в первую очередь, формирующие информационное пространство сегодня, оказываются технологически оптимальным способом воздействия на массовое сознание.
Новый статус информационного пространства и общественного мнения, характерный для конца XX в., активно используется во внешней политике. Оказалось возможным достижение военно-политических целей посредством формирования общественного мнения. Например, американские аналитики говорят о медиа-войне, которая создает очень сильный временной прессинг на лиц, принимающих решения, не оставляя времени для консультаций и анализа последствий принимаемых решений. Следовательно, теперь противник может достигать своих целей не только военными методами, но и чисто гражданскими.
Каждое общество для самосохранения использует релевантные информационные режимы. Так, бывший Советский Союз ограничивал возможности внешних коммуникаций, видя в них опасность сохранения строя. Запад же, напротив, настойчиво требовал культурных обменов, по которым, в результате, и приходила губительная для СССР информация.
Учитывая отрицательный опыт своей истории, Россия в последние годы активно изучает возможности информационных технологий по установлению военно-политической стабильности. Следует добавить, что наша страна начала активно проводить информационные атаки и на своей территории, вызванные противостоянием и противопоставлением олигархов, в результате чего на страницах современных российских СМИ появился и стал привычным термин "информационная война". Следует заметить, что СМИ трактует этот термин в основном как "слив компромата", чему в немалой степени способствует и появление нового средства массовой телекоммуникации - компьютерной сети Интернет, которая идеально подходит не только для неконтролируемого распространения компрометирующих материалов, но и для вброса в общество нужной и своевременной информации, которую печатные и электронные СМИ смогут затем тиражировать. Именно глобальная сеть Интернет открывает возможность рассмотрения понятия "информационная война" с другой позиции - технической.
Существует довольно много разных определений информационной войны и с технико-технологической точки зрения. В коридорах Пентагона бродит, например, такое шутливое определение "Информационная война - это компьютерная безопасность плюс деньги".
Прежде чем всерьез анализировать различные определения информационной войны с технической точки зрения отметим одно ее важное свойство, имманентно ей присущее: ведение информационной войны никогда не бывает случайным или обособленным, а подразумевает согласованную деятельность по использованию информации как оружия для ведения боевых действий -будь то на реальном поле брани, либо в экономической, политической, социальной сферах. Поэтому в качестве первого, наиболее общего определения информационной войны предложим следующее: "Информационная война - это всеобъемлющая целостная стратегия, обусловленная все возрастающей значимостью и ценностью информации в вопросах командования, управления и политики" (см.: Завадский И.И. Информационная война - что это такое?).
Поле действия информационных войн при таком определении оказывается достаточно широким и охватывает следующие области:
1) инфраструктуру систем жизнеобеспечения государства - телекоммуникации, транспортные сети, электростанции, банковские системы и т. д.;
2) промышленный шпионаж - хищение патентованной информации, искажение или уничтожение особо важных данных, услуг; сбор информации разведывательного характера о конкурентах и т. п.;
3) взлом и использование личных паролей VIР-персон, идентификационных номеров, банковских счетов, данных конфиденциального плана, производство дезинформации;
4) электронное вмешательство в процессы командования и управления военными объектами и системами, "штабная война", вывод из строя сетей военных коммуникаций;
5) всемирная компьютерная сеть Интернет, в которой, по некоторым оценкам, действуют 150.000 военных компьютеров, и 95% военных линий связи проходят по открытым телефонным линиям.
Какой бы смысл в понятие "информационная война" ни вкладывался, оно родилось в среде военных и обозначает, прежде всего, жесткую, решительную и опасную деятельность, связанную с реальными боевыми действиями. Военные эксперты, сформулировавшие доктрину информационной войны, отчетливо представляют себе отдельные ее грани: это штабная война, электронная война, психотронная война, информационно-психологическая война, кибернетическая война и т. п.
В общем плане военные подходят к информационной войне так, как это сформулировано в Меморандуме N30 (1993 г.) заместителей Министра Обороны и Комитета начальников штабов Вооруженных Сил США. Под информационной войной понимаются "действия, предпринимаемые для достижения информационного превосходства в поддержке национальной военной стратегии посредством воздействия на информацию и информационные системы противника при одновременном обеспечении безопасности и защиты собственной информации и информационных систем". Основными формами ведения технической информационной войны являются радиоэлектронная борьба, война с использованием средств электронной разведки и наведения, нанесения удаленных точечных ударов с воздуха, психотронная война, борьба с хакерами, кибернетическая война.
Одним из примеров технических средств ведения информационной войны является глобальная разведывательная сеть "Эшелон", разработанная в США и способная перехватывать поток радиоэфира во многих диапазонах частот. Специальные мощные компьютеры позволяют фильтровать по ключевым словам всю перехваченную информацию, обрабатывать и хранить в банках данных.
Созданная в США в том же 1993 г. Комиссия по безопасности, объединившая представителей Министерства Обороны и ЦРУ и исследовавшая проблематику информационных войн, пришла к выводу, что вторжение в информационные системы и сети - это важнейшая угроза безопасности в этом десятилетии, и, вероятнее всего, что в следующем столетии сети передачи данных превратятся в поле битвы будущего. Информационное оружие, стратегию и тактику применения которого еще предстоит тщательно разработать, будет использоваться с "электронными скоростями" при обороне и нападении. Информационные технологии позволят обеспечить разрешение геополитических кризисов, не производя ни одного выстрела.
Американская комиссия также отметила: "Наша политика обеспечения национальной безопасности и процедуры ее реализации должны быть направлены на защиту наших возможностей по ведению информационных войн и на создание всех необходимых условий для воспрещения противоборствующим США государствам вести такие войны". (Цыганков В.Д., Лопатин В.Н. Психотронное оружие и безопасность России. М., СИНТЕГ, 1999. стр. 15).
В качестве иллюстрации сказанного можно привести пример памятной всем недавней войны в Югославии, где наземная группировка альянса, развернутая в Албании и Македонии, была в 20 раз меньше по численности, чем в войне с Ираком. Но за 78 суток воздушно-морской наступательной операции авиация НАТО совершила 35 тыс. боевых вылетов, нанося целенаправленные точечные удары. Впервые были применены управляемые авиабомбы с наведением по сигналам космической навигационной системы НАВСТАР и другие новейшие системы оружия и боевого обеспечения (см.: Слипченко В.И. В третьем тысячелетии мир ожидают совсем другие войны // Независимое военное обозрение. N 8, 2000). В результате почти вся инфраструктура экономики Югославии оказалась разрушенной, материальный ущерб составил около 100 млрд. долларов, произошла смена политической власти в Югославии. Президент С. Милошевич, отставки которого добивался Запад, был переизбран "демократическим" путем и продан Международному Трибуналу в Гааге. Политические цели стран НАТО в отношении Югославии были достигнуты.
Однако специалисты американского Института компьютерной безопасности считают, что информационная война, в конечном счете, нацелена на мировую экономику. А потому в Университете национальной обороны в Вашингтоне создана специальная группа студентов с целью подготовки специалистов по ведению компьютерной войны. Их основное оружие - клавиатура, с помощью которой они на расстоянии смогут вывести из строя неприятельские коммуникации, манипулировать средствами информации и связи, разрушать финансовые системы.
Следовательно, цели информационной войны совершенно иные, нежели войны в общепринятом понимании: не физическое уничтожение противника и ликвидация его вооруженных сил, не уничтожение важных стратегических и экономических объектов, а широкомасштабное нарушение работы финансовых, транспортных, коммуникационных сетей и систем, частичное разрушение экономической инфраструктуры и подчинение населения атакуемой страны воле страны-победителя. Более того, в эпоху информационных войн планы боевых операций разрабатываются военными вместе с гражданскими специалистами, причем нередко последние играют ведущую роль в этом. Впервые вооруженные силы оказались вынуждены вначале овладевать новыми информационными технологиями, а уже потом изыскивать пути их использования.
Глобальное информационное окружение и национальная безопасность
В эпоху информационных войн вводятся новые понятия, одним из которых стало понятие глобального информационного окружения. Именно оно влияет на формирование военных и политических решений, поскольку успевает освещать их в приближенном к реальному масштабу времени. В качестве примера можно привести деятельность телекомпании CNN, демонстрирующей войны в реальном масштабе времени. Американские официальные военные документы подтверждают это: "Глобальное информационное пространство является таким важным источником информации, что его следует принимать во внимание во всех будущих военных операциях". (см.: Concept for Information Operations. TRADOC Pamphlet 525-69. 1 August 1995).
Однако, по мнению Дж. Штейна, в формирующемся информационном обществе США не смогут успешно противостоять своему противнику в информационной войне по следующим причинам:
1) поскольку США являются открытым обществом, они уязвимы из-за невозможности вводить жесткие методы контроля над информационными сетями;
2) неясны политические и юридические аспекты информационных войн;
3) американский плюрализм не позволяет выработать единую политику в области стратегии информационных войн;
4) при любом техническом развитии конечной целью информационных войн остается человек, но вряд ли имеющиеся исполнительные структуры обладают достаточно образованными людьми, чтобы повлиять на смену дискурсов в другой стране.
Все это лишний раз свидетельствует о специфичности проблематики информационных войн, связанной с особенностями ее объектов - информации и человека.
Подобное положение дел в США дает России шанс осознать существующую реальную угрозу информационной и, как следствие, национальной безопасности и предпринять соответствующие меры по защите информационной инфраструктуры и информационного пространства государства. В этой связи приобретают особую актуальность проблемы правового характера, решение которых должно определить соотношение между свободой слова и секретностью, открытостью глобального информационного пространства и вопросами информационной безопасности государства, защитой информационных систем от внешних атак. Вопросы правового регулирования информационной сферы в России еще ждут своего решения.
Важным шагом в этом направлении стало принятие 9 сентября 1999 г. Доктрины информационной безопасности Российской Федерации. Документ представляет собой "совокупность официальных взглядов на цели, принципы и основные направления обеспечения информационной безопасности Российской Федерации". Доктрина развивает Концепцию национальной безопасности Российской Федерации применительно к информационной сфере и служит основой для формирования государственной политики в области обеспечения информационной безопасности России. В документе особо подчеркивается, что информационная сфера является системообразующим фактором жизни общества. Национальная безопасность Российской Федерации существенно зависит от обеспечения информационной безопасности, под которой понимается состояние защищенности ее национальных интересов в информационной сфере, определяющихся совокупностью сбалансированных интересов личности, общества и государства", и по мере развития технического прогресса эта зависимость будет возрастать.
Одним из основных источников угроз информационной безопасности России в Доктрине справедливо рассматривается "разработка рядом государств концепций информационных войн, предусматривающих создание средств опасного воздействия на информационные сферы других стран мира, нарушение нормального функционирования информационных и телекоммуникационных систем, сохранности информационных ресурсов, получение несанкционированного доступа к ним". Для защиты государства от таких угроз в документе определяются основные элементы, функции и организационная основа системы обеспечения информационной безопасности Российской Федерации.
Несмотря на специфический язык документа и недостатки, хлестко прокомментированные прессой и аналитиками после опубликования, в нем затрагивается широкий круг проблем, связанных с состоянием и первоочередными задачами обеспечения информационной безопасности России, выработкой государственной политики, международным сотрудничеством в этой сфере. Рамочный характер позволяет развивать отдельные положения документа более детально, с учетом быстро меняющегося информационного окружения.
На пороге информационного общества мощный и качественно новый информационный поток создает новую реальность, на которую необходимо реагировать. Одним из специфических проявлений этой реальности является то, что происходящие в ней информационные войны не только усиливают более развитые страны, но и дают шанс стать на равных странам бывшего второго и третьего мира, что связано с асимметричным характером информационного оружия, позволяющего любому государству в критический момент быть наравне с самым сильным. Применение информационного оружия при этом оказывается наиболее адекватным ответом на чужие агрессивные действия. России нужно успеть активно включиться в этот процесс, ведь в сфере высоких технологий наша страна обладает большим потенциалом.
