Загадка Марии Целесты
Загадка Марии Целесты - загадка, будоражащая умы исследователей с конца девятнадцатого века и до сих пор. Обычное судно с немного несчастливой судьбой однажды было найдено без команды. Команда, как ее ни ждали, не объявилась до сих пор. Владельцем корабля был американец мистер Винчестер. Капитаном - Бенжа-мин Бриггс, штурманом - Альберт Ричардсон, вторым штурманом - Эндрю Джиллиг, коком -Эдвард Хэд. Они были американцами. Еще четыре матроса - норвежцы: Фолькерх Лорензен, Боас Лорензен, Ариан Харбенз и Гуттлит Гутшаад. Кроме того, Бриггс взял с собой в плаванье жену и дочь.
4 декабря 1872 года, 38 20' северной широты и 17 37' западной долготы, 400 миль от Гибралтарского пролива, в море найден пустой корабль...
В судовом журнале последняя запись значилась 24 ноября 1872 года. Судя по ней, судно находилось в точке с 36 57 сш. И 27 20 зд. Получается, что за десять дней до находки корабля он взял курс на восток, а моряки его встретили идущим на запад.
Был открыт люк носового трюма, деревянные лючины валялись внутренней стороной вверх. В самом трюме - около метра воды.
На палубе - перепутавшиеся снасти, обрывки канатов свисали даже за борт, в воду.
Все окна кормовой надстройки закрыты брезентом и заколочены досками.
В каюте капитана - непонятно почему открытый верхний люк. Палуба, переборки и весь пол - влажные. Мебель на своих местах, койка аккуратно заправлена, одежда на вешалке, на письменном столе - рулон карт.
В каюте старшего штурмана было все сухо, все на своем месте. На ковре стоял набор плотницкого инструмента. Обычно инструмент находится в носовом кубрике, где живут матросы, в том числе и судовой плотник.
В кают-компании все выглядело так, будто люди только что вышли. На обеденном столе были разложены тарелки и чашки, лежали ложки, ножи и вилки. У иллюминатора стояла швейная машинка с незаконченной работой - детской рубашкой. На полу разбросаны игрушки.
На письменном столе - грифельная доска, на которой судоводители обычно делают черновые пометки перед тем, как сделать запись в вахтенном журнале. Оказалось, 25 ноября 1872 г. в 8 часов утра бригантина находилась в шести милях к зюйд-зюйд-весту от острова Санта-Мария (один из Азорских островов). В самом низу каким-то острым предметом была нацарапана надпись: «Франциска! Моя дорогая и любимая жена!». Франциска - имя жены штурмана Марии Целесты и дочери владельца судна. Сравнение почерков показало, что царапина была сделана штурманом, а все остальные надписи - неизвестно, не капитаном и не штурманом.
В ящике стола - деревянная, инкрустированная перламутром шкатулка, в которой, кроме драгоценностей, была толстая пачка банкнот по десять фунтов стерлингов и, потоньше, американских двадцатидолларовых (это полностью отвергает возможность нападения пиратов).
На диване - ящик, под ним тоже влага, что говорит о том, что его поставили на диван после попадания в каюту воды.
На палубе кубрика - тоже плескалась вода, а в остальном - порядок: рундуки с личными вещами матросов на месте, четыре койки заправлены, на лине, натянутом у переборки, сушились матросские робы и зюйдвестки.
Сыщиков сильно сбил с толку вот какой факт: матросы не взяли с собой курительных трубок. С ними матросы расстаются в самых крайних случаях. Значит, произошло что-то очень страшное, непредвиденное, раз люди настолько поспешно покинули судно.
В камбузе по залитой водой палубе плавали кастрюли, черпаки, миски и медный таз. В смежной с камбузом кладовой оставался большой запас провизии, которого хватило бы на полгода.
Кормовой шлюпки нет. Яла - тоже. Поручни у трапа левого борта сняты. На кораблях такого типа должно быть две шлюпки, но одна была сломана сорвавшимся грузом еще в порту, так что судно поплыло только с одной шлюпкой.
На «Целесте» не оказалось секстана, хронометра и, кроме журнала, никаких документов. Компас валялся разбитым на корме у штурвала, а нактоуз сдвинут с места, как будто ломом. Как выяснилось потом, кто-то в спешке пытался вынуть компас, сломал при этом нактоуз, а компас случайно уронил.
За неделю до находки судна в районе Азорских островов штормов не отмечалось. А если бы корабль и попал в шторм, то катушка, масленка и шпонка скатились бы со швейной машины от качки, чего не произошло. Вся посуда так же была цела, а бритвенные лезвия матросов не заржавели (нержавейки тогда еще не было).
Под кроватью капитана была найдена сабля с бурыми пятнами, которые, правда, оказались вековой давности (капитан увлекался коллекционированием старинного оружия). Под кроватью она, вероятно, оказалась, чтобы ею не поранилась дочь капитана.
На поручнях были найдены глубокие зарубки, сделанные, видимо, топором.
Отсутствие приготовленной еды четко говорило о том, что ее взяли с собой покинувшие корабль люди.
При обследовании подводной части корпуса выяснилось, что недавно Марии Целесте поставили медную обшивку. В трех местах листы неплотно прилегали к доскам, из-за чего, скорее всего, вода и попала в трюм.
Форштевень, киль и руль были в отличном состоянии, что говорило о том, что судно не сталкивалось с другими судами или дном. Зато в полуметре выше уровня воды по'обшивке, по обоим бортам, шла странная узкая полоса глубиной в дюйм и шириной чуть шире дюйма. Для чего она была сделана? А еще и с обеих сторон корабля? Удалось определить, что надрезы были сделаны как раз в конце ноября, то есть как раз ко времени исчезновения команды. Если ко всем остальным «почему» и можно придумать вероятное, логическое объяснение, то это - необъяснимо.
И, самое интересное, грузом Марии Целесты были 1700 бочек со спиртом, точнее - коньячным ректификатом. Одна бочка была вскрыта и в ней не хватало одной трети.
Скотланд-Ярд, комиссия Ллойда и множество народа бились над этой загадкой: что случилось с командой судна? Почему был вскрыт груз? Почему крышки трюма валялись на палубе перевернутыми? Почему окна кормовой надстройки были забиты досками и брезентом? Почему набор плотницких инструментов оказался в каюте старшего штурмана? Почему были спущены паруса второй мачты? Почему на борту не осталось ни одного документа, кроме самого главного - вахтенного журнала? Почему последняя черновая запись на грифельной доске была сделана не капитаном или штурманом, а кем-то другим? Почему штурман Ричардсон нацарапал на доске «Франциска! Моя дорогая и любимая жена!»? Почему сабля оказалась под кроватью капитана Бриггса? Почему на поручнях правого борта появились зарубки? Этого всего до сих пор никто не знает.
Подготовила Марина РОМАН.
Секретные исследования #2(46),2002
