|
«Когда мне было шесть лет, наша семья переехала в большой пятистенный дом. Мы разместились в одной половине дома, а с противоположной стороны поселилась супружеская пара. Во дворе мне вполне хватало для игр небольшого местечка под старой ветлой у крыльца. Однажды, по обыкновению рассадив кукол возле столика под ветлой, я начала копаться в ворохе досок, сваленных друг на друга под деревом. Вдруг заметила, что под ними что-то белеет. Раздвинув пару досок, увидела что-то бетонное. Вскоре я приспособила этот кусок бетона под свои детские игры. Через небольшой промежуток времени я заболела какой-то непонятной болезнью - все время хотела играть под старым деревом. Меня тянуло как магнитом на это место. Я стала раздражительной, непослушной. Чуть что, тут же бежала под ветлу и играла там до упоения. Как-то вечером мы с соседскими детьми играли в мяч возле дороги у дома. Внезапно появившийся мотоциклист на «Яве», мчавшийся на бешеной скорости, только чудом не сшиб меня. Помню перекошенные от страха лица соседских детей. А через пару дней я с родителями ехала в пригородном поезде в гости к бабушке. Тут началась драка между двумя мужиками. Будто управляемый какой-то силой, в самом разгаре драки этот узел дерущихся взрослых упал на меня и чуть не лишил жизни. Окружающие были в ужасе. Я отделалась легким испугом. В сентябре, когда начался учебный год, я возвращалась около полудня из школы домой. Увидела, что возле нашей калитки стоит старая женщина и, наклонившись, смотрит в дверную щель, пытаясь что-то высмотреть во дворе. Я не знала этой старухи. Меня обуяло волнение, и остаток дня до прихода родителей я провела в школьном сквере. В июле отец взял отпуск, принялся приводить двор в порядок. Когда он добрался до ветлы, чтобы разобрать доски, лежавшие рядом с ней, из-под них выползла огромная лягушка. Она не квакала, а скорее мяукала. Не скакала, а на задних лапах, упираясь передними о доску, ушла в дровяной сарай. Под досками мы обнаружили большой бетонный крест. Он был немного врыт в землю или утоп в ней от тяжести. Папа не стал его трогать, а заложил сверху теми же досками. Через какое-то время папа узнал, что до нас в доме жила старая женщина. Крест она, скорее всего, приготовила для себя... Через год мы переехали на другое место жительства. Соседи расчистили двор и место под ветлой. А спустя некоторое время хозяин этого дома покончил жизнь самоубийством, повесившись в сарае. Жена с ребенком съехала к родителям. Поселилась другая семья. Ее глава срубил до половины старую ветлу. Вскоре он лишился рассудка, его поместили в психбольницу. Эта семья тоже съехала оттуда. Дом опустел. Теперь там никто не живет. Там своя жизнь, свои законы, правила, невидимые хозяева. Если детям в моем, нежном тогда возрасте, рассказывают сказки на ночь для устрашения, то я вовсе не нуждалась в них, ведь первая половина моей жизни прошла именно в стране страшилок».
|
