Машина времени: Вперед в прошлое. Алхимия

Машина времени: Вперед в прошлое. Алхимия

Кратко о статье: Искатели философского камня Получать благородные металлы искусственно — старая мечта человечества, уходящая корнями в глубокую древность. В течение тысячелетий алхимики пытались найти “философский камень”. О нем рассказывали истинные чудеса: своему обладателю он должен был не только принести сверкающее золото, но и открыть тайну вечной молодости и долгой жизни.

Автор: Александр Стоянов

Искатели философского камня

Блеск и нищета алхимии

Я думаю, алхимики должны были бы признать, что их фантазии претворены в жизнь и даже превзойдены человеческим гением.

Академик А. Е. Ферсман

Получать благородные металлы искусственно — старая мечта человечества, уходящая корнями в глубокую древность. В течение тысячелетий алхимики пытались найти “философский камень”. О нем рассказывали истинные чудеса: своему обладателю он должен был не только принести

сверкающее золото, но и открыть тайну вечной молодости и долгой жизни.

Золото... Никакой другой металл не обладал столь магической притягательной силой! Мерцающий блеск возбуждал людскую алчность, манил вдаль бесчисленных искателей приключений и являлся поводом кровавых войн. Причина притягательности золота — в его необычайных свойствах: химической стойкости, высокой плотности, легкости обработки. И к тому же по распространению на Земле золото занимает 77 место. Очень давно золото стало “королем металлов”: мерилом ценности, универсальным средством обмена и расчетов.

“Царство алхимии”. На

гравюре видно, что

уровни поднебесья,

представленные

зодиакальным кругом,

сопоставляются с

уровнями подземелий,

хранящих драгоценные

элементы.

Считалось, что получить золото из менее ценных материалов можно при помощи химической реакции, в которой должен участвовать философский камень — некое твердое или жидкое вещество. Кроме того, по поверьям, существовал и “камень второго порядка”, который служил получению серебра.

Все источники, говорящие о начале алхимии, единогласно сообщают, что ее отцом был Гермес Трисмегист (трижды великий). Имя Гермес — это греческий аналог Тота, египетского бога мудрости. От его имени науку стали называть “герметической”. Одно из его сочинений якобы называлось “Кеми”, арабы добавили частицу “ал”, и таким образом возникла алхимия, которая сейчас используется для обозначения искусства золотоделания.

И хотя в основном люди, которые называли себя алхимиками, были авантюристами, среди них попадались честные и трудолюбивые ученые, искренне верящие в свою идею. Арабы Гебер и Разес, испанцы Раймунд Лулл и Арнальдо да Виллонова, немец Альберт Великий, англичанин Роджер Бэкон, Парацельс, Глаубер, Ван-Гельмонт, Лейбниц и даже сам Исаак Ньютон! Все эти люди в разные времена называли себя алхимиками и искали “философский камень”. Так все же превращение элементов — это миф или реальность?

Колыбель алхимии

Для народов Средиземноморья Египет издавна был сокровищницей знаний, окутанных тайной. Все, кто хотел познать эти секреты и прослыть мудрецом, стремились сюда. В египетских храмах служили одновременно и богам, и знаниям, и ремеслу. При многих из них были музеи и школы, в которых жрецы, наиболее образованные по тем временам люди, обучали инженерному и строительному делу, готовили смотрителей для копей, рудников и мастерских по выплавке и выделке металлов. То, что они знали и умели, для смертных вовсе не предназначалось. Не удивительно, что алхимия зародилась и бурно развивалась именно здесь, в Египте.

Средневековая алхимическая

лаборатория и ее работники.

Еще в предалхимический период египтянам были известны многие металлы и способы их плавления. Но минералы, из которых получались металлы, никогда не содержали металлы в чистом виде, поэтому при плавлении чаще всего получались сплавы иных цветов и со свойствами, отличными от свойств чистых металлов. Так, цвет сплава золота и серебра (электрум или азем) представляет что-то среднее между привычными цветами того и другого металлов, а обрабатывается и плавится легче чистого золота. При соединении меди и олова получается бронза, если сплавить медь и цинк — желтая латунь и красно-желтый томпак. В то время было почти невозможно определить эти примеси, которые часто даже в ничтожных количествах придавали металлу новые свойства.

Потому и появилось предположение, что сам металл подвергался изменению во время выплавки, и вера в это укреплялась целым рядом природных фактов, которые в течение времени стали известными. Так, свинцовые руды почти всегда содержат небольшое количество серебра.

Алхимическая печь.

Если полученный свинец прокалить на воздухе, то свинец сгорает, а серебро остается — вот вам и превращение свинца в серебро! Подобное “превращение” происходило и с золотом в медных рудах, где его содержание также не бывает большим. А при перегонке ртути получается остаток в виде королька золота или серебра. Отсюда делался вывод, что ртуть превращается в благородные металлы, и даже что она есть не что иное, как жидкое серебро. Чтобы вернуть серебро в первоначальное состояние, ему просто следует возвратить твердость...

Прибыльное искусство

Алхимия приобрела большое значение в средние века, во-первых, из-за увеличения спроса на благородные металлы, вызванного ростом населения и связанного с этим расширения торгового обмена, и, во-вторых, из-за снижения продуктивности старых

Алхимическая посуда

17-18 веков.

золотоносных месторождений. Непрерывный спрос на золото со стороны правителей также должен был подтолкнуть представителей практической металлургии к реализации превращения элементов. Точнее, не к реализации (которая осуществилась только в эпоху ядерного синтеза), а к поискам ее возможности.

Вера в возможность превращения металлов получила “научную” основу, и ученые мужи стали искать верные методы для “облагораживания” неблагородных цветных металлов. Чем больше “драгоценных свойств” (например, красивого блеска) имел металл, тем ближе, по мнению алхимиков, была возможность его полного превращения. Так, желтую латунь признавали за “несовершенное золото”, а олово — за “переходной” металл от свинца к серебру.

Теории алхимиков

Как же алхимики объясняли себе эти превращения металлов? Конечно, в древнейшие времена они и не пытались дать какое-либо естественное объяснение этим явлениям. Ученые лишь удивлялись этим загадочным превращениям, которые, по их понятиям,

Реторта — постоянный спутник

алхимика.

указывали на непосредственное вмешательство богов. Собственной силой человек не в состоянии провести ничего подобного; для этого необходима божественная помощь. Потому добрая половина древнейших алхимических сочинений состоит из волшебных формул, гимнов и воззваний.

Позднее, когда развилась астрология, посредниками между богами и земными явлениями стали планеты. Тогда было признано, что каждый из различных металлов развивается в земле под влиянием своей планеты. Вероятно, в это время возник обычай каждый металл связывать со знаком планеты: золото — с Солнцем, серебро — с Луной, медь — с Венерой, железо — с Марсом, свинец — с Сатурном, олово — с Юпитером и ртуть — с Меркурием.

Астрологические таблицы подтверждают тесную связь, существовавшую в то время между алхимией и астрологией.

Урбонос — драконоподобный

символ алхимии.

Мудрость греков

Несомненно, что первые попытки естественно объяснить превращения металлов ведут свое начало от древних греков. В их основе лежит учение греческих философов о природе. Эмпедокл разработал учение о четырех стихиях: огне, воздухе, земле и воде, которые являются основой всего сущего. Платон представлял себе, что четыре стихии происходят от превращения одной и той же основной, первоначальной материи. Аристотель дополнил теорию эфиром — пятым началом для небесных тел.

До распространения христианства ни в Греции, ни в Риме собственно алхимические исследования не проводились; в то же время греческая культура оставила в наследство Востоку свою философию, в частности, аристотелевская физика передала александрийской школе идею превращения одного элемента в другой.

Такая теория, посредством которой можно было легко объяснить превращения металлов, и была принята античными алхимиками. Они признавали, что из первобытной материи, materia prima, произошли четыре элемента, а затем посредством их различных соединений — все остальные вещества. Таким образом, всякое вещество содержит в себе все элементы.

“А все-таки оно

светится!” — Брант

открывает фосфор.

Если требуется один металл превратить в другой, то надо только отнять известную часть одних элементов и добавить части некоторых других. Если удастся обратить металл в первоначальную форму, то ее можно будет преобразовывать в какой угодно другой металл.

Когда ученым стала известна ртуть, то именно в ней думали найти “первоначальную форму”. Ртуть вообще легко вступает в соединения с другими металлами, образуя амальгамы с резко отличающими от первоначальных металлов свойствами. Затем в роли такой “универсальной” составляющей выступала сера. По мнению алхимиков, ртуть и сера разной чистоты, соединяясь в различных количествах, дают начало металлам. Несколько позже третьей составной частью металлов стали считать мышьяк; он служил, главным образом, для приготовления сплавов, обладающих цветом золота и серебра.

После того как Египет вошел в состав могучей Римской империи (Греция вошла на полтора века раньше), и особенно после возвышения христианства, для ученых настали тяжелые времена. В конце 3 века н. э. император Диоклетиан жестоко подавил восстание египтян и заодно приказал сжечь древние книги, искренне полагая, что в них есть доступные только египтянам секреты изготовления золота в неограниченном количестве. Позже император Юстиниан запретил любые химические занятия, объявив их богопротивным делом.

Конечно, в своих попытках алхимики шли по ложному пути, но “по дороге” они все-таки сделали много полезного для науки. В частности, был улучшен процесс выделения золота из руд, усовершенствована металлургия, производство керамики, и стекла, покраски тканей. Был открыт нашатырь, найден способ

Лаборатория времен заката

алхимии (чертеж 18 века).

извлечения ртути из киновари и нанесения позолоты на предметы (амальгирование).

Средневековая традиция

Связующим звеном между средневековой и античной традициями стала арабская алхимия. Мудрость греков пришла в Европу именно из арабских сочинений. Непосредственное влияние на развитие алхимии оказал Абу-Мусах-Джафар аль Софи, известный также под именем Гебера. На основе трудов греческих ученых он создал химическую теорию о соединениях металлов, которой придерживались во всем мире вплоть до 18 века.

В Европе широкий интерес к алхимии возник на рубеже 11-12 веков, и вскоре началась “алхимическая лихорадка”. Большинство искателей философского камня к науке не имели никакого отношения. Это были дилетанты, слепо верившие, что его секрет действительно можно найти в древних писаниях. Церковь, однако, к идеям алхимиков уже не проявляла такого враждебного отношения, как в первые века нашей эры. К тому времени считалось, что многие персонажи Библии имели отношение к алхимическим опытам. К тому же некоторые церковники были не прочь истолковать отдельные места из священного писания в пользу развития алхимии.

Мечта алхимика —

современная химическая

лаборатория.

Средневековая алхимическая теория мало отличалась от когда-то предложенной Аристотелем. К открытым ртути и сере добавлялось еще одно “начало” — соль. К химическим элементам причисляли и землю (то есть собственно почву). Как ни странно, но металлы (золото, серебро, железо и т. п.) считались не исходными элементами, а их производными!

И в то же время, беспорядочно перетирая, смешивая, сжигая материалы, алхимики неуклонно прокладывали путь прямому научному эксперименту (причем, растворяя и перегоняя вещества, они часто подвергали свою жизнь опасности). В своих фантастических экспериментах алхимики находили ценные химические продукты: Кункель получил рубиновое стекло, Бетгер — европейский твердый фарфор, а Бранд открыл фосфор. Именно трудам алхимиков мы обязаны получением спирта и пороха, а также нашими познаниями о минеральных кислотах и щелочах. Добывая эти знания, алхимики готовили рождение новой полноценной научной дисциплины — химии.

Странные тексты алхимиков

Страница из

средневекового

алхимического

манускрипта.

Практически полное отсутствие системы в терминах приводило к тому, что большинство применяемых реактивов каждый алхимик называл по-своему, что вводило путаницу в алхимические тексты. К тому же алхимики стремились зашифровать каждое свое новое открытие. И поэтому новому алхимику было легче открыть что-либо самому, чем расшифровывать чужой рецепт.

Вот что можно прочесть в одном алхимическом трактате:

“Пусть король или лев будет поглощен серыми волками, а волк сожжен на огне, чтобы король снова освободился. Когда серый волк будет сожжен трижды, то лев одолеет волка. Затем соверши бракосочетание Марса и Венеры, и получишь зеленых львов. Накаливай 9 месяцев, все время усиливая огонь в философской печи, и в результате черный ворон породит павлина, а из последнего выйдет белый лебедь, потом появится феникс с птенцами. Они и есть та красная субстанция, которая может быть умножаема до бесконечности. То есть философский камень”.

Такая вот вразумительная рекомендация для начинающего алхимика.

Трюки алхимиков

Сейчас презрительная кличка “алхимики” прилипла к ученым-шарлатанам, что неудивительно. Много раз “золото”, полученное алхимиками, оказывалось обманом: латунью, томпаком или бронзой. Были также умельцы, которые получали “серебро” в виде серебристо-белого сплава добавлением к медному расплаву

мышьяка. “Искусство превращения” веществ понималось слишком упрощенно: достаточно было, чтобы неблагородный металл приобрел лишь окраску желаемого благородного металла.

В других случаях требовалась только ловкость фокусника, чтобы незаметно подбросить в расплав кусок благородного металла. Как именно осуществить это — зависело от фантазии умельца. Некоторые “мастера золотой кухни” предпочитали пользоваться для перемешивания расплава полой палочкой, внутри которой прятали несколько зерен золота, а отверстие закупоривали воском, другие использовали тигли с двойным дном, из которых при накаливании выливалось золото, или угли с запаянным внутри золотом. Иногда успеху способствовала золотая пыль — ее вдували в расплав вместе с воздухом, накачиваемым воздуходувкой.

Наиболее популярным в те времена фокусом было выделение золота, “запрятанного” в ртути. В измельченном состоянии золото почти мгновенно растворяется в жидкой ртути, которая не меняет при этом своей характерной серебристой окраски. Образующиеся амальгамы остаются жидкими вплоть до содержания 10-12% золота. Отогнать жидкую ртуть — это детская игра для алхимиков. После испарения ртути в тигле оставалось чистое золото.

Но нельзя забывать, что были также честные, убежденные алхимики, ставшие жертвой самообмана. Они твердо верили, что получили золото при переплавке больших количеств серебра, ртути, свинца или при переработке их руд. В силу скудости знаний по аналитической химии они не ведали, что лишь обогащали то небольшое количество золота, которое уже присутствовало в металлах и рудах. В частности, серебряные монеты, часто служившие для эксперимента, всегда содержали небольшое количество золота, если они чеканились до 1830 года. Удаление следов золота из серебра для чеканки было невозможным по тогдашней технологии или просто слишком дорогостоящим делом.

Профессор Ниевенбург и философский камень

Профессор Ниевенбург в 1963 году взял на себя труд повторить многочисленные операции алхимиков с помощью методов современной науки. В одном из опытов он действительно наблюдал описанные алхимиками изменения окраски. После удаления всей ртути и ее солей он получил очень красивое красное вещество. Сверкающие призматические кристаллы были химически чистым хлорауратом серебра AgAuCl4 (его образование связано с наличием примесей серебра и золота в исходных материалах).

Возможно, что это соединение и было тем самым философским камнем, который в силу высокого содержания в нем золота (44%) мог вызвать желаемое “превращение”. Конечно, с помощью этого соединения нельзя было произвести больше золота, чем оно само содержало

Дракону подрезают крылья

Дракон — распространенный символ алхимии, для которой философский камень был целью и средством. В 15-16 веках алхимия стремительно теряет свое значение. В естествознании вырисовываются материалистические взгляды и воззрения, которые начинают освобождаться от оков религии и астрологии, от мистики, веры в демонов, духов и других суеверий.

В начале 16 века Парацельс отверг домыслы о философском камне и отнес его существование к области сказок. Истинной целью алхимической науки он считал не получение золота, а изготовление лекарств. Немецкий ученый Иоахим Юнгиус отбросил четыре элемента древности и три элемента алхимии, а также постулат о превращении металлов. Химические элементы, объявил он, являются едиными и неделимыми веществами.

К началу 19 века удалось с помощью электрического тока выделить такие элементы, как алюминий, барий, кальций, магний и кремний, а также щелочные металлы, галогены и тяжелые металлы. Шведский химик Берцелиус в 1818 году впервые опубликовал таблицу, в которой привел атомные массы всех известных к тому времени химических элементов и ввел их символику (в основном, она принята и в настоящее время). Спектральный анализ с 1860 по 1863 годы открыл для человечества цезий, индий, рубидий и таллий.

Назрела необходимость классификации элементов и их соединений. Со школьной скамьи мы помним, что наш соотечественник Д. И. Менделеев первым открыл и развил учение о периодичности. Следствием чего стала Периодическая система элементов, которая перевернула последнюю страницу в истории алхимии: современная наука навсегда избавилась от префикса “ал-”.

Открыватель философского камня

Николас Фламель.

Многие поклонники фантастики и фэнтези слышали о Николасе Фламеле. Еще бы, ведь в первой книге про Гарри Поттера он называется единственным человеком, который нашел философский камень! И Фламель — действительно существовавшая в истории личность!

В своем сочинении Фламель пишет, что однажды купил очень старую алхимическую книгу, изготовленную из молодой древесной коры, в позолоте. Фламель был в восторге, и с энтузиазмом изучал приведенные в книге рецепты, указания, опыты и предложения. Вскоре ему удалось (согласно его сообщениям) превратить большое количество ртути в золото. Однако главным его “достижением” было раскрытие тайны бессмертия.

Из более поздних летописей следует, что Фламель получил большое наследство и, не желая рисковать своей репутацией алхимика, распространил слухи, что владеет секретом изготовления золота.

Фламель похоронен в саду церкви Сен-Жак де ля Бушери. Надпись на его могиле говорит о том, что он учредил во французской столице 14 госпиталей, семь церквей и три капеллы. Но как все было на самом деле, мы все равно не узнаем. Философский камень Николаса Фламеля останется загадкой минувших эпох.

Мир фантастики и фэнтези